Пустое море
Шрифт:
– Неправильно, что я, сейчас оторван от жизни, но и это меня не пугает. Меня убивает то, что ты это сделала. Пока я там… Ты…
Все! Ткань не выдержала такого грубого натиска и порвалась. В комнате стало очень тихо, слышно только, как крупные капли дождя сильно бьют по железному карнизу.
– Должна ты мне, - так тихо произнес Славка, что она еле разобрала его слова.
Она увидела его невозмутимую улыбку и машинально улыбнулась.
– Что?
– глупо спросила она.
– Я ко всему был готов, но только не к этому… Хочу компенсации.
– Какой такой компенсации?
– не поняла Марина.
– Ты специально, да?
– он вопросительно на нее взглянул.
–
– Ты живешь хорошо, твой муж тебя обеспечивает, поэтому я думаю, он не будет против, если я получу небольшое вознаграждение, мне причитающее. Подъемные, так сказать…
«Размечталась, идиотка, - пронзила ее внезапная мысль, когда она смотрела ему прямо в глаза.
– Полная дура, каких свет не видывал. Я думала, что он пришел за мной, потому что я нужна ему… А ему, всего-навсего нужны только деньги. Деньги и ничего более…»
На ее глаза навернулись слезы, и она закрыла лицо руками. Так больно ей не было уже несколько лет. В груди разрасталось такое горькое чувство, что сердце разрывается на части, больно разрывая и само тело. Все, что удерживало ее в этой жизни, что вселяло надежду, что она нужна кому-то, что где-то теплится огонек любви к ней, все это исчезло с такой скоростью, будто забрало всю ее жизнь, мгновенно, словно ее и не было. Было так больно, что она даже не смогла зарыдать, ее грудь просто парализовало, причиняя при вдохе такие мучения, что ломай ей сейчас кости, она бы даже не заметила этого.
– За каждый год, по 10 штук, - продолжал он, пристально рассматривая застывший ее силуэт.
– Можно сразу, можно по частям. Я не жадный, могу подождать.
Она не двигалась, будто не слышала его, ничего ему не ответила, и он тоже замолчал. Через несколько томительных минут, он дотронулся до нее и она вздрогнула с такой силой, что от ее резкого движения руки, на пол упал стакан, который не разбился, но оглушил их обоих пронзительным звоном.
– Ты должна мне, - повторил он, когда она испуганно посмотрела на него.
– За каждый год по 8 штук.
– У нас нет такой суммы, - испуганно возразила Марина, беспомощно взглянув на него. Она не понимала, намеренно он ее пугает этими словами или нет.
– Нет здесь, дома, ты хочешь сказать?
Марина промолчала. Она знала, что в банке, на их счету была и не такая сумма, поэтому возражать не стала.
– Я сейчас уйду, дам время на раздумье. Поступай, как знаешь. Хочешь с ним говори, хочешь сама доставай деньги, мне все равно.
Он встал и слегка потянулся.
– Я сам дам знать, где и когда.
– он прошел в прихожую, и Марина поплелась за ним.
Он поднял свое пальто, накинул его, не застегивая и, остановился. Засунул руки в карман, поворошил там мелочью и сказал.
– Да, кстати. Можешь сейчас мне выдать пять сотен, в качестве аванса. Такие деньги у него в доме наверняка есть.
– Что?
– не поверила своим ушам Марина.
– А что ты удивляешься? Я без средств к существованию. Только что освободился, бывший уголовник. Мне даже остановится негде.
Марина не нашла что ответить, поэтому прошла в свою комнату. В ящике у нее лежала небольшая сумма. Плод ее лени, как говориться. Когда она обходилась без вкусненького, когда плевала на новую косметику, все средства, не помещающиеся в ее кошельке, стекались в этот ящик с нижним бельем. Почему именно туда, она не знала, наверное, потому, чтобы ничего не объяснять Антону.
Деньги, Славка, взял не колеблясь. Быстрым взглядом просмотрел пачку, словно отсканировал и спрятал в карман. Потом провел рукой по своим коротким волосам и посмотрел на нее.
– Ты изменилась, - он приподнял ее подбородок.
– Я еще не знаю, в какую сторону, но меня это
И не прощаясь, хлопнул входной дверью.
Глава 5
Марина не помнила тот день, когда они впервые заговорили об убийстве. Она не верила, что это, вообще, можно обсуждать буднично, будто выбираешь покупки в супермаркете. Она не хотела понимать и принимать реальность этих умыслов. Но Танька упорно и методично, день ото дня, заманчиво рисовала в ее воображении другую жизнь. Свободную жизнь. Личную жизнь. Жизнь без Антона. И Марина чувствовала, что ее рассудок медленно течет, как сливочное масло на солнце. Она уже не верила, что существует такая возможность, когда можно соединить прошлую жизнь с будущей, и вычеркнуть настоящую, навсегда из памяти, словно ее никогда и не было.
– Танька, скажи, что мы не серьезно, - Марину то и дело бросало в жар и она систематически дула себе под нос.
– Я уверена, что ты шутишь. Да, ты так зло шутишь. Ты потом встряхнешь меня, и я пойму, что мне нужно просто уйти и все… Просто уйти от него…
– В каждой шутке, есть доля правды.
– И в нашем случае?
– В любом случае.
– Не знаю, что хуже для меня. Сама шутка или сама правда.
– Марина, ты разумный человек. Ты вольна выбирать все, что тебе захочется. Ты сама строишь свою судьбу и ничего не произойдет, пока сама этого не захочешь. Конечно, ты можешь уйти… Ты взрослая женщина… Скажи, ты сможешь уйти?
– Я хочу этого, больше всего на свете. Я хочу жить, будто в моей жизни никогда не было Антона. Я хочу просыпаться утром, зная, что из соседней комнаты никто и никогда не выйдет. Никто и никогда на меня не посмотрит такими глазами, будто пронзает меня тысячами иглами, и я, никогда не отвернусь от мужского взгляда, будто боюсь, что даже эта встреча глазами, для меня равносильно объятьям. Я очень хочу этого, но я.., боюсь… Он не отпустит меня… Я это знаю…Они сидели у Марины за столом на кухне, курили и пили кофе. От дыма у обоих угрожающе покраснели глаза, но форточку так никто и не догадался открыть.
– Ты сама говорила, что не можешь так больше жить, - вставила Танька аргумент, который и был решающим.
Марина, не мигая смотрела на Таньку.
– Я с ума схожу. С ним или без него. Я чувствую, что я живу, словно во сне. Вот-вот я проснусь и у меня будет другая жизнь. Та которую я хочу… Только вот проснуться все никак не получается…
– Вот именно!.. Тебе необходима встряска или переворот.
Марина невесело усмехнулась.
– Вчера, когда я получила его костюм с прачечной, тотчас подумала, что буду в этом костюме его хоронить. Он настолько новый и красивый, что прекрасно подходит под такой случай… Ужас!
– Марина схватилась руками за голову.
– Я, живу с мужем и обдумываю его убийство. Нет, я точно чокнулась.
– Живешь с мужем?
– фыркнула Танька.
– Я тебя знаю больше года, и вижу, что ты с ним просто соседствуешь. Неужели ты видишь дальнейшую свою жизнь именно такую?
Марина не ответила, она наконец-то встала, распахнула, настежь, окно и вдохнула полной грудью.
Во дворе, в эту дождливую погоду никого не было. Намокшие деревянные качели потемнели, а у детской песочницы что-то тоскливо вынюхивала одинокая белая собака.
– Первое время с ним, я жила как в тумане. Он позволял себе очень многое, а я и позволяла все это ему. Но однажды туман рассеялся, и я оглянулась вокруг. То, что я увидела, подвергло меня в шоковое состояние. Я увидела чужой мир чужой Марины, где нет места для меня, прежней… Настоящей… Понимаешь? Это так странно. Везде были мои фотографии, было полно красивых платьев и белья. Но все будто не мое… Чужое…