Путь дурака

«Как здорово Мудрец все объясняет на своем личном примере, - подумала Синильга, - показывает все процессы, которые сейчас в нас, на себе и, главное, дает конкретные методы, а что же делать, когда ты это увидел, как нужно начинать действовать. И, если бы мы хотя бы старались делать все так, как говорит Рулон, мы бы очень быстро развивались, но мы же, получается, просто бессмысленно радуемся всему скоморошеству Великого, а сами палец о палец не хотим ударить, чтобы действительно началась настоящая работа над собой».

– Проблемы в жизни никак не кончаются – одна проблема, аспект, следующая проблема, еще аспект, конца края нет, - продолжал Рулон, - и я думаю: «Все, Господи, спаси и помилуй!» - я взмолился. Когда мне насрали в портфель, я думаю: «Ну че я бегаю с этим портфелем? Оставлю-ка я учительнице свой портфель с говном», - Гуру Рулон открыл свой ранец, посмотрел в него и, скорчив физиономию так, как будто там действительно было говно, закрыл его обратно и швырнул от себя.

– И каждый должен подумать, что моя голова есть такой же портфель, в который набита всякая чушь. Когда я был маленький, то я видел, что у хулиганов есть зажигалки. Я думаю: «О, зажигалка, у всех зажигалки, и у меня должна быть зажигалка». И так во всем, человек является обезьяной – у всех сотовый и мне нужен сотовый. Это просто обезьяны – все хотят то-то, и мне это нужно, а человек должен все наоборот делать – все так, а я по-другому, для начала хотя бы, чтобы обезьяна ебнулась, понимаете ли, - закричал Рулон, и, изображая ебнувшуюся обезьяну, расслабив все тело, завалился на один бок. Жрицы, веселясь, тут же подхватили Мудреца, под бурные аплодисменты рулонитов возвращая его в исходное положение.

– А потом я подумал, как мой кот Мурзенька: «Да зачем мне все это нужно?» Я коту говорю: «Кот, смотри, у меня сотовый есть, ты хочешь сотовый?» - и, взяв сотовый телефон, Мудрец стал пихать его в морду Коту, который величественно сидел на подлокотнике кресла и только отворачивал голову от странного предмета, не понимая, что от него хотят. Рулониты прикалывались с такого шоу, радостно тыкая пальцами в Нараду, который прославился на весь Рулон-холл своей болезнью сотовых и джипов. Нарада же надулся и обиженно смотрел на всех, вместо того, чтобы посмеяться над собой и наконец-то расстаться со всей этой хуйней.

– Но кот меня не понимает, потому что у него нет ложной личности, ему что сотовый, что не сотовый, ему колбасы бы дали, Мурзик-то все понимает. И мы должны понять, что в нас существует такая обезьяна, попугай, который все копирует, всему подражает. Я увидел у всех зажигалку, и мне захотелось зажигалку, а нахрен мне зажигалка? Я не курю, зачем она мне, да у меня ее еще и отобрали бы, если бы она была, потом бы подошли и моей же зажигалкой мне волосы бы зажгли. Я так подумал немножко интеллектуальной частью интеллектуального центра: «Ну что я за обезьяна-то такая, увидел, что кто-то там зажигает, и мне понадобилась эта зажигалка, потом умом подумал, что будет, если у меня будет зажигалка. И я подумал: «А, нахрен мне эта зажигалка нужна». Смотрю, кошке не надо, а мне тогда зачем. Вот если бы мы всегда так себя видели, то это была бы уже работа интеллектуальной части интеллектуального центра. А как работает наша механическая часть? Это обезьяна и попугай: что-то услышал, не понял, что именно, а уже другим повторяет, уже учит других. Поэтому я стал смотреть и думать: «Да елки-палки, это что я буду попугаем». Стал думать над всем, что в жизни происходит, почему это или то в жизни происходит, почему люди поступают так или иначе, особенно себе, а почему я так поступаю, а почему тут я так поступаю, а зачем я так подумал, а зачем я это сделал. И так каждую свою реакцию я отслеживал, и я пришел в ужас: «Да я какой-то психопат, умалишенный».

«Так вот как я должен поступать, - снизошло вдруг озарение на Мудю, и он от волнения зачесался в жопе и в носу одновременно, - если уж Гуру Рулон считал себя психопатом и столько прикладывал усилий в работе над собой, так мне нужно пахать и пахать. А мне все некогда просветлевать: то я жрать захотел, то полениться, то пообижаться, то на голые жопы посмотреть. Н-да, теперь Мастер наглядно показал, что так я никогда не достигну Просветления».

– Я понял, что я - круглый дурак и громко захохотал, - продолжал глумиться над собой Гуру Рулон, показывая ученикам, как каждый из них должен смеяться над собой, не боясь расстаться со всем своим говном.
– Это дело было на уроке, и учительница спрашивает: «В чем дело, почему ты хохочешь?» А я говорю: «Потому что я понял, что я дурак». Весь класс надо мной захохотал, значит, теперь мне легче.

– Оказалось, что людям трудно рассказывать про себя гадости, - неожиданно задел самую болезненную тему для рулонитов Мастер, ясно увидев, как каждый крепко держится за свое говно.

– В том-то и суть ложной личности, что человек всегда себя оправдывает во внутреннем диалоге. Обосрался, и он оправдывает себя – не успел добежать. «Ну, почему меня вовремя не отпустили, эх, товарищи, товарищи», - постоянно себя оправдывает вместо того, чтобы сказать, например: «Ну, вот я такой чучик дурной, не то съел, в жопе говно у меня не удержалось» - все нормально, ну, обосрался, ну, хорошо. Пробуждение начинается с того, что мы перестаем оправдывать себя и начинаем видеть весь позор нашего существования. Если мы видим весь позор нашего существования и приходим в ужас, значит, мы прозрели. Если мы видим, что мы никуда не идем, что мы крутимся по одному и тому же кругу, значит, мы прозрели, потому что все в нашей жизни повторяется. Успенский Гурджиева спрашивает: «А есть возвращения?» А Гурджиев говорит: «Да какие возвращения, у вас в этой жизни все повторяется, а вы о возвращениях все думаете, думайте об этой жизни». Поэтому мы не должны оправдывать себя, а должны видеть весь ужас и стыд нашего состояния. Если мы это сделали, значит, мы прозрели, значит, мы увидели себя реально, значит, мы начинаем изменяться.

«Ну вот, опять меня обосрали», - загрузился Нарада, почувствовав, что все сказанное касается его в большей степени, так как буквально вчера он приставал к Гуру Рулону с заумными вопросами о прошлых жизнях, о жизни после смерти, пытаясь убежать от самых настоящих духовных вопросов, которые его мучили: как не быть подкаблучником, как не быть маменькиным сынком и не бегать за жопой Синильги.

– Я однажды сидел в классе, тренировал волю и жидко обосрался, - снова стал весело про себя рассказывать Гуру Рулон, показывая пример ученикам, как нужно не бояться рассказывать о себе гадости, что это просто смешно, - и я начал себя оправдывать: «Ну, ладно, я же тренировал волю, это же хорошо». А потом думаю: «Ну, что за дурак, просто обосрался, значит, еще мало воли, еще плохо управляю своим инстинктивным центром, надо волю больше тренировать, я не могу справиться с собой, я обосрался в классе, ну, ничего, я не буду оправдываться. Виноват, исправлюсь, я вижу весь позор своего существования. И мы должны увидеть свой сон, мы должны понять, что мы спим глубоко, и нас удерживают во сне наши самооправдания, а это буфера, которые мешают. Возникает какой-то дискомфорт, и сразу начинаем оправдываться - буфера настроим и спим. Чем больше буферов, тем больше частей, части множатся, множатся. Каждое самооправдание множит все новые, новые части, и между ними никакого соприкосновения, и вот так получается дебил, - сказал Рулон, состроив рожу полного дебила. И все снова заблдели.

– А, если мы себя один раз не оправдали, второй раз не оправдали, то эти буфера начинают рушиться, и у нас возникает единое «я». Если нет буферов, значит, нет частей, нет частей, значит, возникает единое «я». И вот таким образом я и пришел к просветлению, теперь мы знаем, как это делается, нужно просто не оправдывать себя, а смотреть, как я обосрался сегодня: вот так, а еще так.

Поэтому, если мы видим весь стыд нашего существования, если мы пришли от себя в ужас, значит, мы уже все увидели верно, значит, просветление пошло, просветление началось. А когда мы уже пришли от себя в ужас, что дальше? А теперь этот ужас начинает нас изменять. Мы все время прятались от него, все время оправдывали себя, все время эту рефлексию подпитывали. Почему нам больно, когда нас кто-то ругает, когда мы попадаем в неудобную ситуацию, потому что мы помним, как мать нас в детстве шлепала по жопе, и теперь эта рефлексия в нас срабатывает просто от одной мысли, что нас осудят. Материны удары по жопе, ремень отца. Человеку стоит только о чем-то подумать, как тут же срабатывает рефлексия, и он сразу начинает оправдываться: «Нет, я хороший». И теперь вы можете вслух говорить: «Я хороший, я хороший», - стал Гуру Рулон утрировать состояние человека, желающего постоянно быть хорошим, - и похохотать немножко над собой, тогда ужас, возникший от видения самого себя, начнет вас изменять, и вы просветлеете. А если вы прячетесь от этого ужаса и стыда, то все, никакого просветления вам не видать, как своих ушей, потому что, что такое оправдание? Это ложь. Вы один раз себя обманули, второй раз обманули, третий раз себя оправдали – ложь множится, множится, и вы уже не видите ни себя, ни окружающий мир реально, одна ложь.

«А ведь это действительно страшно, - загрузился Гурун, выпучив глаза от волнения и заливая себе за шиворот сок, - как бы теперь постоянно помнить о том, что сказал Мудрец. А то ведь я такая неосознанная скотина, что стоит мне выйти сейчас с костра, как я все забуду и начну так же механично на все реагировать. Нет, я буду стараться изо всех сил эмоционально пережить то, что говорит Гуру Рулон и главное, сразу начну так действовать».

– И поэтому в Евангелии когда было сказано, Христос говорит: «Мой отец Бог, а ваш кто отец?» Они говорят: «Наш отец Авраам». А Христос говорит: «Ваш отец Дьявол, потому что вы сыны лжи, вы сотканы из лжи, и когда вы говорите ложь, говорите свое». И человек ничего не знает, кроме лжи. Почему? Потому что он всегда оправдывал себя, он никогда не пытался обвинить себя, смотреть на себя реально. И для того, чтобы мы реально видели себя, Мурзик разработал ряд фраз, которые вы сейчас повторяете: «Я, скотина, которая все время хочет оправдываться», «Одно из моих многочисленных «я», которое скоро исчезнет», «Я - результат стечения обстоятельств и вмонтированных в меня сумасбродных желаний», - хором вместе с Мудрецом стали повторять жрицы.

– И каждый должен осознанно повторять эти фразы. Но, если мы будем повторять их как попугаи, то они нам не помогут, мы должны осознавать: «Сейчас во мне говорит вот это одно только «я», которое вылезло в силу сложившихся обстоятельств, в силу того, что ударили кулаком по роже, а скоро оно может исчезнуть». У Сергея было «я», которое играло в индейцев. Когда он приехал к нам на дачу, мы говорим: «Ну, давай, поиграем в индейцев с тобой». А он говорит: «Ну, я уже совсем изменился, я другой человек». Он сказал нам, что это его «я», которое играло в индейцев, уже умерло, его уже нет. Он не понимает, что это игра. А человеку не плохо было бы знать, что все, что он делает – это игра, в которую он играет по стечению обстоятельств. И эти фразы нам могут здорово помочь, напоминать, чтобы мы не спали, чтобы мы не приписывали себе единого «я». Мы думаем: «У меня единое «я», я все могу, я все знаю». Но человек не может без страха, например, опоздать на работу, вовремя проснуться, не может без страха, без голода, без секса. Самое великое, что у людей есть – их амбиции, гордыня.

Но мы не должны быть автоматами, мы должны каждую вещь рассматривать с десяти сторон одновременно и осознавать себя хоть малость однажды с нескольких сторон. Потому что нужно несколько точек зрения. У нас даже два глаза, чтобы мы лучше видели, а точек зрения должно быть еще больше, чтобы глазы-ы-ы-ы нашего ума что-то видели, - снова стал придуриваться Гуру Рулон, коверкая слова и вращая глазами, как будто он искал глазы ума.
– Без такой школы, без того, чтобы нам кто-то постоянно напоминал, мы ничего не можем. Если бы наш желудок нам не напоминал, что мы хотим есть, то мы бы сдохли с голоду, вот что было бы.