Путь души
Шрифт:
Обильным ливнем хмаристых небес
И шепотом в отельных кулуарах
Цветущих, обаятельных метресс.
Готовы были мы на труд и подвиг —
Бродяжной жизни кажущий венец, —
А в памяти наматывался ролик
Крутых, незабываемых чудес.
Указ Отца сантехники российской [3]
Кромсать заставил стены с потолком,
И градом пота с щедростью облитый
Стонал и содрогался бедный дом.
Мы обнажали
3
Отец сантехники российской – так мы величали сантехника уже в годах.
Сдирая наслоений шелуху.
Казалось, ангелы с небес слетели
Окинуть взглядом нашу ворожбу.
Мы все прошли! И пыль вдыхали горлом,
Растягивая жилы на руках.
А вечером бродили в коридорах
И застревали в душных номерах.
Встречались, словно после тяжкой битвы,
И мир сужался горлышком в стакан,
Но жаждущие славы колесницы
Нас уносили в утренний туман.
И женщины прекрасные желали
Наш взгляд с готовностью понять.
Гусарский треп с улыбками встречали
И позволяли рюмки наполнять.
И жертвовали мы ночным покоем,
Спрессовывая время бытия,
А по субботам, на лихом запое,
Рвалась наружу с песнями душа.
Мы песнями глушили наши боли
И смехом – застоявшийся оргазм.
И снова ностальгические боги
Нас заставляли корчиться от спазм.
Но мысли были слабы в утешеньях,
И в разговорах – сумрачный обман.
А жизнь, как будто в разных измереньях,
Не подносила радость, лишь туман.
Но если мне почтенное собранье
Позволит высказать, обиды не тая,
Я провозглашаю обещанье
Вернуться в воспоминаниях сюда.
2
И вновь я здесь.
$$$$$Былое возвратимо,
Хоть в ракурсе ином, в ином ключе.
Но вера в дружбу в нас неистребима,
Как верит Бог в надежду на земле.
Поразбросало нас.
$$$$$Горим, сгорая
И пылью в рот по-прежнему дыша.
Малы осколки питерской бригады,
Но жив костяк, и память не мертва.
А память нам раскручивала ролик!
Сравненьям – несть числа: не то, не то!
Условия пожестче стали втрое,
И смехотворно наше бытие.
И песни наши стали глуше, глуше!
Аккорд не тот, тональность, нет, не та,
И гложет ностальгия наши души,
И водкой заливаем мы глаза.
Но памятью заполненные мысли
Безжалостный диктуют нам вердикт —
Мы помним, что из Питера мы вышли,
А это о великом говорит.
Вторую зиму нам поют метели,
И в снег, и в дождь – строительный наряд,
Но все, что мы смогли и что сумели,
Не стыдно
будет людям показать.Бичуют нас ремонты на квартирах,
В гостинице безрадостный успех.
Усталость накопилась в коллективах.
В безвременье живем и без утех.
Но все ли так жестоко, мрачно, серо:
И будничный обман, и мишура?
Придет ли время, чтобы вновь запела
Нам в полный голос звонкая струна?
Чтоб только песня грела наши души,
Чтоб не было обид, раздор и ссор,
И водкой чтоб не заливали муки,
И цель была, как светлый коридор.
Я верю в возрождение былого,
И сумрак не обидит наших грез!
Мы победим!
$$$$И нет пути иного —
Без обольщенья, жалости и слез!
Отвергнутый друг
С вниманием обласканных невежд,
Отринутый в глухую даль просторов,
Судьба мне слала искорку надежд
На дружбу без подвоха и раздоров.
И дружба виделась в умении дружить,
И боль друзей своей считать бедою,
И более того – себя винить,
Когда стоявший рядом был виною.
Когда стоявший рядом возомнил
Себя судьей, и оскорблять он вправе —
Он вероломно дружбу подкупил,
Нацеживая кубками отравы.
Отравы лестью и вниманья яд
Он распылял, и ложное смиренье.
И в душу устремлял прескверный взгляд,
Не замечая своего паденья.
И с ложью правда так переплелась,
Что истина осталась за забором.
Во мне засеял он плевелы зла,
И день греха назначен мной позором.
Пришел тот день, отшелушилась ложь,
И правда голою предстала в свете…
Ведь сердце вряд ли лаской проведешь,
Когда тепла не видишь в человеке.
«Жизнерадостность – не тема…»
Жизнерадостность – не тема,
Может, кто-то не поймет,
Что грустить уже проблема —
Жизнь проносится в галоп.
Отграничились все страны,
И мелькают города.
Воевать не перестали,
Вновь везде идет война.
Вновь кого-то убивают,
Вновь и слезы, кровь и пот,
Ни конца здесь нет, ни краю…
Смерть проносится в галоп.
«Не в поле, не в море…»
Не в поле, не в море,
Не в белую стынь
Уносят невзгоды
Неправды полынь.
На сердце назреет,
Как спелая ржа,
Могилой повеет
Печаль и тоска.
Заплещется море
Забытых обид,
Навалится горе,
Как тяжкий гранит,