Путь хитреца

— Чего приуныли? Отвисайте, будет все ок.

Но эта ободряющая фраза на Сергея Игоревича не оказала никакого успокаивающего воздействия. Шкварин уже передал ответ специалиста, смысл которого заключался в том, что он появится своевременно. И не для того, чтобы что-то выяснить, а скорее с целью отвлечься, генеральный директор вступил в разговор:

— Где Артем Викторович?

— Да он в вашего клиента вирус инсталлирует. Сейчас подготовит, а перепрограммировать будем уже здесь.

— Чего? Какой вирус? — не понял Рыжиков.

— Ну, оперативку ему перегружает. Проще говоря, мозги как надо настраивает. Как нам с вами надо, — пояснил самоуверенный помощник. — Подготовит, здесь останется только кликнуть по монитору, и дело в кепке.

Часы уже изрядно перевалили за восемь, когда в офисе появился специалист. Он с располагающей улыбкой пожал всем руки.

— Вы готовы? — спросил он Рыжикова после приветствия. — У нас тоже все по плану. Кофе клиенту не предлагать, можно чай, вот этот, — он передал Шкварину коробку, исписанную иероглифами, и с улыбкой уточнил: только сами не пейте.

Он внимательно посмотрел на своего партнера — тот был бледен как первый снег — и, подойдя к нему вплотную, как бы ободряюще похлопал сзади по плечу, одновременно поднеся к его лицу какую-то странную штуковину вроде брелока. Под толстым стеклом что-то было. И пока Рыжиков пытался рассмотреть что, специалист сделал неясное движение рукой. Сергей Игоревич почувствовал легкое давление пальца выше плеча. Уже в следующий момент Берестага убрал руку, а Рыжиков ощутил, как его тело впервые за последние пять дней расслабилось. Он вдруг осознал, что специалист что-то говорит, услышав лишь окончание фразы:

— …удивительным то, что сигнал от зрачка активирует нужные участки мозга, расслабляя другие.

Рыжиков почувствовал, что его внутреннее состояние изменилось от нервно-панического до расслабленно-уверенного. «К черту такие фокусы», — подумал он, решив держаться на всякий случай подальше от новоявленного Калиостро.

В это время Оленька в приемной готовила принесенный специалистом чай. Она много слышала об удивительных оздоравливающих свойствах восточных чаев. И ее так манили таинственные иероглифы, что она не удержалась и, убедившись, что никто не видит, сделала несколько глотков.

— А почему так рано начинаем? — поинтересовался Шкварин, вспомнив, что убедить инвестора на это время удалось лишь благодаря уловке, якобы представитель крупного заказчика — по сценарию его изображать должен был сам Берестага — после обеда улетает в загранкомандировку.

— Чтобы клиент был в нужном состоянии, — пояснил специалист.

Такое ли состояние клиента нужно было Берестаге, но вид наконец-то с приличным опозданием появившегося инвестора явно желал быть лучше. Навстречу открывшему дверь Шкварину шагнул человек со взбитой шевелюрой и сдернутым галстуком. Первым делом он попросил пить, и секретарша Рыжикова, которую почему-то стало клонить в сон, принесла подготовленный по рецепту специалиста и уже остывший чай. Пока Станислав Михайлович пил, все отметили жесткий тремор его руки со свежей царапиной. Инвестор был явно не в себе. Затем он поднял красные от лопнувших капилляров глаза и произнес дрожащим голосом:

— Простите за задержку, я только что сбил человека.

Надо сказать, что последние сутки в жизни Артюхина выдались не самые сладкие. Вынужденно согласившись на ранние переговоры, Станислав Михайлович решил лечь пораньше, дабы со свежими силами противостоять жалобному нытью мошенника Рыжикова. Но едва его мысли начали терять сосредоточенность, затрещал дверной звонок.

— Какого клоуна принесло? — ругнулся хозяин квартиры и, накинув халат и тапочки, пошел открывать. В глазок никого не было видно. Он уже повернул обратно, как раздался второй звонок. — Кто там?

— Дяденька, купите щеночечка! — раздался из-за двери тоненький детский голосок. Артюхин еще раз посмотрел в дверной глазок. На этот раз разглядел чью-то шапку и открыл дверь.

— Вы чего?

Перед дверью стояли два сорванца не старше десяти-одиннадцати лет, держа в руках маленький шерстяной комочек.

— Купите щеночечка, — загнусавил один из них, — а то мы его утопим.

— А ну быстро по домам! — прикрикнул бизнесмен и захлопнул дверь. — Пацаны деньги выпрашивают, — пояснил он жене.

Раздраженный, он успел только накрыться одеялом, как звонок повторился. Тяжело дыша, Артюхин снова залез в шлепанцы и халат. Потопал к двери.

— Я что, неясно сказал? — рявкнул Станислав Петрович, открыв дверь.

— Ну, жалко же щеночечка-то! — заныл тот, что помельче.

Поняв, что просто так они не отвяжутся, Артюхин сбавил обороты:

— Сколько хотите, вымогатели?

— Двести.

Станислав Петрович сходил за деньгами и, заплатив пацанам, закрыл дверь. Не успел он сделать и нескольких шагов от двери, как снова заверещал звонок.

«Похоже, вечер удался», — подумал Артюхин.

— Что еще?! — он был на взводе.

— Вы щеночечка забыли.

Приобретение неясной породы пришлось накормить и напоить. Чтобы не мешал спать, невольный собаковод закрыл его на кухне. Но щенку это не понравилось. Недовольный, он начал скрестись в кухонную дверь и громко скулить. Артюхин накрыл голову подушкой, надеясь, что пес успокоится. Промучившись полчаса, возмутилась жена:

— Да сделай же с ним что-нибудь!

Оставалось только освободить заключенного. Счастливый друг человека радостно залаял и, ворвавшись в спальню, первым делом полез на кровать. Его пришлось скинуть. Так появилась первая царапина на руке инвестора. В следующие полчаса спаситель животных боролся за свое право спать на постели только с женой. И когда щенок, наконец, прекратил попытки, уставший Станислав Михайлович сомкнул глаза.

На этот раз из небытия его вырвал мобильник. Артюхин даже подпрыгнул в постели от громкой сирены. Это сработала охранная система его «хаммера», посылая сигнал через сотовую сеть. Безрезультатная пробежка до машины и назад развеяла остатки сна. В тот момент Станислав Михайлович не подозревал, что таких пробежек будет еще не менее трех. Посвятив им полтора часа беспокойной ночи, измученный, он плюнул на машину и, выключив мобильник, пошел спать. Но перед самой кроватью его нога скользнула по мокрому, и Артюхин всей своей массой рухнул в собачью лужу. Пока Станислав Михайлович принимал душ, щенок мирно посапывал, прижавшись к его жене.

Бороться с маленьким беспечным вредителем сил больше не было. Станислав Михайлович улегся на свое место и решил не реагировать ни на какие раздражители. Но его тонкое обоняние не позволило это сделать. Гадкий запах отходов собачьей жизнедеятельности раздражал нюх. Самым неприятным было то, что источник запаха находился где-то совсем рядом. Найти его удалось на ощупь. На грязных лапках маленького чудовища. Как выяснилось, щенок наделал посреди комнаты и перед тем как залезть на кровать просто побегал по своей куче.