Пыль

— Дикие? — испуганно произнесла Лиза.

— Это люди, когда-то укрывшиеся в катакомбах под городом; хотели переждать катаклизм. Они там обезумели живут в темноте как крысы. Недавно начали расползаться по подвалам, по заброшенным зданиям — вообще они есть там, где темно. Город растёт, люди обживают всё большие и большие территории. Дикие попривыкли к местным. Некоторые горожане пытаются даже приручить диких, возвратить к свету, к человеческой жизни. Очеловечить, хах. Так что местных дикие не трогают, а вот чужого в миг утащат и сожрут. И вряд ли вам кто-то поможет.

По улицам чудесного города вьюжил пепел.

— Наверно, когда-то здесь жили счастливые люди. — произнесла Лиза.

— И сейчас живут и потом будут. — ответил Итгор.

— Потом?

— После нас.

Лёгкий кашель Лизы, перешёл в харканье мокротой с кровью.

— Лиза, что-то случилось? Ты заболела?

— Чешется, чешется. — Лиза расчесала горло затем заскрежетала глоткой после чего раскашлялась ещё сильней.

— Вернёмся. Есть у вас врач? — Обратился Здал к Итгору.

— Устала я за эти дни.

— Ну ка посмотри на меня. — Итгор взял Лизу за подбородок и попросил её открыть рот. — Это серьёзно.

— Возвращаемся!

Врач не сказал, чем больна Лиза, лишь утешительно и обречённо покачал головой, и настоятельно порекомендовал лечь в больницу на дальнейшее обследование. Лиза отказалась вновь расставаться со Здалом, и он сидел рядом с ней в комнате с печкой с дымоходом за окно.

Когда её вновь осматривал доктор в дверях появился Итгор:

— Нас ждут. — не громко произнёс он.

— Выздоравливай, — Здал пожелал Лизе, та лежала в испарине не в силах произнести ни слова. — Доктор, э-э. Я не знаю, как сказать, но постарайтесь. Пожалуйста.

* * *

— Как ярые противники тирании, мы объявляем войну Генералу и Армии уже-нелюдей. Тем более необходимо обеспечить защиту от нападок врага, которые по данным разведки неминуемо должны случится, и принять меры для контрнаступления.

— Экономика войны, как на счёт этого? — ответил мордоворот с не пропорционально худым туловищем. — Любая армия должна быть обеспечена пайком я не говорю уже о расходах на экипировку бойцов и обеспечение тягловой силы для тяжёлых орудий.

— Мы не думаем, что вопрос корысти уместен, когда речь идёт о сохранении развитого общества. Тем более что не мы её начали — войну!

— Но мы можем оборонятся, враг не пойдёт дальше своих территорий. Экономически не выгодно вести всеобщую мобилизацию и начинать обширные боевые действия.

— Враг уже нападает! Армия Генерала — это на сегодняшний день основная преграда, которая служит помехой для развития нового государства в том числе и экономически выгодного. Если мы понесём затраты для достижения победы, то со временем окажемся в выгодном положении, нежели если позволим ему властвовать на территории севера — тогда мы будем нести убытки всегда. И даже есть опасения что со временем Генерал накопит силу для подавления Москвы. Тогда на всяком развитии можно будет ставить крест.

— За Генерала уже сейчас весь север. — сказал Здал.

— Ты пытаешься нас отговорить? — обратился к нему Гесолин и казалось от его лукавой интонации Итгор потянулся за оружием чтобы расстрелять Здала на месте.

— Нет. Я только хочу предупредить что надо основательно подготовится. В селениях и деревнях живут запуганные люди, которые рады будут свержению Генерала. Но пока он жив север будет за него.

— Значит мы должны, обязаны свергнуть Генерала. Но для этого необходимо мобилизовать наши собственные войска. Как ты знаешь мы считаем, что ты шпион Генерала.

— Нет!

— Замолчите и не перебивайте. Чтобы оправдать своё имя и, если потребуется смыть предательство кровью вам требуется довершить незаконченную операцию отряда воссоединения, вам вместе с Итгором. Надеюсь вам это удастся.

Здал посмотрел на Итгора, на его лице не выступило ни малейшего признака удивления. Значит всё уже решено, Здала просто поставили перед фактом.

— Ну конечно я же предатель. — шёпотом вырвалась мысль.

— Итак, первый пункт где необходимо осуществить призыв войск город Воронеж. По дороге набирайте бойцов тоже в наши ряды. Те города за нас, проблем быть не должно, транспортом и экипировкой вас снарядят непосредственно перед отправкой. На все не более тридцати дней, должно хватить.

— Не нравятся мне эти пункты опять. Как на испытаниях в «Армии».

— Не сметь! сравнивать развитое общество Москвы с… Вам будут предоставлены лучшие лошадиные силы. В сопровождении с группой Итгора проблем не должно быть. И да, Здал мы будем наблюдать за тобой и набирать войско параллельно с других мест. Так что можешь передать Генералу.

— Я не шпион! Я сам бежал от Армии они меня на шкурасдиратель отправить хотели! Ладно, я конечно пойду, но у меня есть и другое задание. Патриарх Константин говорил, что… Ну что-то он мне говорил.

— Сейчас у всех одно задание, а у вас тем более об этом уже было сказано. Когда вернётесь из Воронежа, мы подумаем, и вынесем решение, что делать дальше. Сейчас у нас более важная задача!

— Как раз…

— Военную кампанию нацеленную на свержение Генерала и уничтожение «Армии уже-нелюдей» объявляю открытой. Действуйте!

— Гесолин распорядился выдать тебе форму отряда «Воссоединения».

— Я в отряде?!

— Не радуйся громко. Весть о том, что противник разгромил отряд облетела ближайшие города, в том числе и «Воронеж» если на тебе будет форма люди будут сочувствовать. Это поможет.

«Воронеж»

При каждой остановке по пути к Воронежу Итгор выбирал дома и устраивал там призывные пункты. А Здал проводил агитацию, рассказывал про козни Генерала и зверства что творятся в Армии уже-нелюдей. Но большинство людей прекрасно понимали, что такое Армия и Генерал, все знали, что Армия уничтожила Отряд Воссоединения и все пылали жаждой расправы над ненавистными уже-нелюдьми. Ведь в отряд входили люди чуть ли не со всего Подмосковья и боль расправы над отрядом была почти для каждого утратой близкого. Поэтому даже женщины рвались отомстить за сынов которых даже не знали. Здалу лишь оставалось подкинуть хворосту в костёр общей ненависти.

Люди рвались в бой всадники и пешие, с оружием и без — некоторые отправлялись сразу в Москву, с вестями об успехах миссии Здала, многие вставали в ряды шли за Здалом и Итгором дальше.

— Неужели Генерал такой дурак чтобы навязать себе войну с Москвой, он же осознаёт, что силы превосходят над ним.

— Когда ты убегал при нашем первом знакомстве я и представить себе не мог что из тебя выйдет толк. — отвёл тему Итгор. Он усмехнулся и вообще казался в отличном настроении.

— Наше первое знакомство, тот глупый допрос и попытки вывести меня из себя. Мне и представлять не надо было что ты из себя представляешь. Кстати я про что, когда я в Армии бы сам Генерал мне не казался дураком, а вот прихвостни его…