Разрывы

Когда такси наконец доехало до места, синхронно со временем прибытия поезда, Марк мгновенно выбрался из машины и побежал к вокзальному зданию. Проходя через турникеты, он почувствовал на себе пристальные и удивленные взгляды полицейских. Его необычный образ, сочетание пуховика с праздничным букетом, явно вызывал подозрения и любопытство. Проход через металлодетектор добавил юмористическую ноту к его несколько напряженному прибытию.

– Это подарок для моей девушки, – быстро пояснил Марк, улыбаясь в ответ на вопросительные взгляды. – Её поезд только что прибыл, и я просто не могу позволить себе опоздать на встречу.

Его решительный тон и четкие объяснения быстро убедили полицейских отпустить его без дополнительных задержек. Достигнув платформы, где уже стоял поезд, Марк с напряжением начал просматривать перрон, ища знакомые черты лица. Вокруг него также были другие мужчины с букетами, каждый из которых, так же, как и он, с нетерпением ожидал свою вторую половинку.

Как только люди начали выходить из вагонов, Марк сразу заметил её в толпе. В своем ярко-желтом платье и с таким же чемоданом она выделялась среди других, как луч солнца в серых буднях. Её светлые волосы красиво развевались на ветру, придавая ей образ легкости и изящества. Аккуратные брови подчеркивали выразительность взгляда, а привлекательный нос, который так и хотелось ущипнуть, добавлял ей очарования. В её знакомых движениях сквозила естественная грация, а глаза, темные, как сумерки, полные тайн и загадок, сканировали толпу в поисках кого-то.

Желая избежать её испуга от неожиданной встречи, Марк решил дать Эвелине возможность подойти поближе, прежде чем показаться. Словно хищник, ждущий идеального момента для атаки, он в напряженном ожидании держался в стороне от основной толпы, позволяя ей приблизиться. Когда Эвелина оказалась на расстоянии нескольких шагов, Марк с намеренно сдержанным голосом начал произносить слова приветствия.

– Здравствуйте, прекраснейшая девушка на свете, – начал он, слегка густея голосом и на мгновение задумываясь о своем выборе слов. – Мы… – он запнулся, промелькнула мысль: «Кто мы? Отряд заблудших полярников с букетами цветов?» Не сдержавшись, он улыбнулся, продолжая своё нелепое, но трогательное обращение, – мы решили вручить вам этот волшебный букет, столь же очаровательный, как и вы. С праздником вас!

Вручив букет, Марк с интересом наблюдал за реакцией Эвелины. Её озадаченность и недоумение сделали этот момент бесценным. Она стояла неподвижно, пытаясь разобраться в происходящем. Понимая, что перед ней человек, одетый в пуховик посреди весеннего тепла, Эвелина начала с заметной смущённостью:

– О, спасибо, это так мило с вашей стороны, и так неожиданно, – её голос колебался между радостью и смущением. – Вы ведь не снимаете случайно какой-то розыгрыш или пранк? – добавила она с легкой улыбкой, пытаясь разгадать его намерения.

Марк оказался на грани потери контроля над своими эмоциями. Смех, грозивший разразиться волнами по всему вокзалу, боролся за выход наружу, делая эту ситуацию ещё более забавной, чем он ожидал. В глубине души он всегда подозревал, что обладает некоторыми актерскими способностями, но не думал, что его маскировка окажется настолько эффективной. С каждой секундой смех все сильнее пробивался сквозь его попытки оставаться серьезным, и, в конце концов, сдержанный хохот прорвался наружу, заразительно раскатываясь по вокзалу.

По мере того, как голосовые волны искреннего смеха распространялись вокруг, замешательство на лице Эвелины начало уступать место растущему пониманию и удивлению. Её глаза расширились, полные изумления, а уголки губ медленно поднялись в улыбке, когда она узнала загадочного незнакомца в пуховике. Она сделала несколько шагов вперед, и её взгляд заискрился восторгом, и, с переполняющими голос эмоциями, Эвелина воскликнула:

– Ма-а-арк, это же ты?! – её голос дрогнул, а в глазах появились искры изумления и радости. Из-под шапки сразу же начали выпадать его вечно непокорные темные локоны, и шарф небрежно сполз с лица, открывая такие знакомые ей черты. Когда же из-под пуховика выглянул костюм, последние тени сомнений окончательно рассеялись.

Слезы счастья накатили на глаза Эвелины.

– Ты чего, совсем с ума сошел?! – смеясь, она старалась скрыть свое волнение. – Весь день думала, что придется встречать праздник в одиночестве, уже хотела за какие-то более срочные дела тебя отчитать, а ты… ты устроил всё это?!

– А у меня разве могут быть дела важнее тебя? – откликнулся Марк, в его голосе чувствовалась трогательная нотка. – С праздником, моя дорогая! Люблю тебя больше всего на свете.

Слезы счастья беспрепятственно стекали по щекам Эвелины. Она была настолько тронута, что едва могла сдержать себя, и, обняв огромного Марка, крепко прижалась к нему. Её слова «и я тебя» прозвучали с невероятной нежностью и искренностью. Вокруг них словно все остальное растворилось, оставив их в замершем времени и пространстве.

Для Марка каждое такое мгновение становилось квинтэссенцией самой жизни. Жить ради неё, ради этих мимолетных встреч с чистым, всепоглощающим чувством, которое он испытывал, обнимая её. Такие моменты были его воздухом. Он взглянул вверх и увидел нечто захватывающее: на краткий миг небеса казались искаженными, словно в пространстве образовался разрыв, сквозь который в этот сказочный день пробился поток метеоров. Яркими вспышками они пронеслись по небу.

Марк совсем не удивился этому зрелищу; ему казалось, что мир открывает перед ними свои самые сокровенные тайны. С закрытыми глазами он молча доверил мгновению свое единственное желание – чтобы время остановилось, заморозило этот момент, превратило его в вечный монумент их неугасимой любви. Окутанный ароматом её волос, чувствуя тепло её объятий, Марк отдался полному блаженству, в котором каждый нерв его тела был наполнен чувством полноты бытия. Это состояние глубокого умиротворения и радости стало для него источником силы, настолько мощным и вдохновляющим, что показалось, будто весь мир затаил дыхание в ожидании того, что случится дальше.

Примерно пять минут они стояли, плотно обнимаясь и утопая в глубине своих чувств, пока не осознали, что остались наедине с пустотой вокруг. Реальность неумолимо взяла верх, зазывая их обратно из пучины мечтаний. Эвелину ожидала задача – распаковать вещи и подготовиться к вечернему торжеству, а Марку нужно было срочно сменить зимний наряд на что-то более подходящее.

– Ты как-то втиснул под куртку еще и костюм? – удивленно спросила Эвелина, не понимая, зачем он так заморочился. – Ты наверняка весь пропотел, как в тот раз, когда я наткнулась на твою переписку с Ариночкой о ваших «научных страстях», – подшутила она над ним. – Похоже, пора домой. Тебе определенно нужен душ, иначе никакие духи соблазнителя тебе не помогут.

Уже давно перевалило за полдень, и впереди их ждал день, не менее насыщенный теплыми моментами и празднованием особого случая. Они планировали вечерний ужин в ресторане в самом сердце города, затем посещение театрального спектакля, повествующего о трагической любви, и, наконец, продолжение их счастливой совместной жизни. Взявшись за руки, они направились к выходу под звуки голоса, объявляющего о прибытии следующего поезда и призывающего встречающих подойти ближе к краю платформы.

Глава 3: Берегись мечты

В ночной тиши неожиданно разразился проливной дождь, превращая улицу в затуманенный водяной мир. Из кафе, чьи огоньки потухали один за другим, вышли двое – парень и девушка. Широко раскинув куртку, молодой человек старался защитить свою спутницу от буйства погоды и вел ее по мокрым тротуарам в направлении светящегося входа в метро.

Несмотря на ненастье, их разговор не прерывался ни на мгновение; фразы переплетались с льющимся дождем, а лица светились радостью. Смех молодых людей смешивался с гулом дождя, создавая мелодию, заглушающую звуки города. Мелькали машины и, пролетая мимо, резко сигналили нарушителям. Но эти гневные предупреждения тонули в бурлящем потоке эмоций двух сердец, укрывшихся друг в друге от всего мира.