Ребекка

Ударила пятками в бока лошади, но Альберт перехватил ее под узду, не позволяя мне необдуманно ворваться в бой.

– Миледи, вам нельзя туда.

Но едва я собралась возмутиться, как поле боя начало затягиваться густым, как молоко, туманом. А вот и заклятье Грунельды, демоны бы ее побрали!

– Ребекка! – выкрикнул туман голосом Шарли.

– Бекка, где ты? – вторил ей голос Анны.

Проклятье! А они что здесь делают вообще?

Туман клубился, извивался, скручиваясь в жгуты, создавая причудливые силуэты. Или это и были силуэты людей. Не стало видно ни земли, ни неба. Руку протяни – и не увидишь пальцев. Гул начинающегося боя сменился ошарашенным молчанием, растерянными выкриками. Даже в голове, казалось, тоже все затягивалось каким-то вязким туманом, мешая думать, нашептывая что-то, но слов не разобрать.

Мысли путались, веки постепенно тяжелели, а тело и вовсе словно свинцом налилось. Я окаменела, вглядываясь в колдовской туман, пытаясь разглядеть хоть что-то. Прислушиваясь к родным голосам. Сердце сжалось. Как же я по ним соскучилась, оказывается.

Но! Можно было ждать здесь кого угодно, но не моих сестер. Что они здесь забыли? Как попали в Северный предел прямиком на поле боя? Я ведь не писала в Ньеркел! И действительно ли это они? Или просто видение, наведенное колдовством Грунельды?

Я тряхнула головой, тщетно пытаясь сбросить с себя видение.

– Альберт! – позвала я. Но ответа не последовало. Хотя повод моей лошади до сих пор удерживала сильная мужская рука. Значит, и его разум затуманен колдовством.

Моя гнедая всхрапнула, застригла ушами и слегка присела на задние ноги. Будто готовилась к прыжку. Животные всегда тонко чувствуют колдовство. Именно это и насторожило.

Я спешилась и на всякий случай сделала шаг в сторону, словно нырнула в молоко. Мало ли как лошадь отреагирует на мои чары. Может и сбросить, и понести.

– Миледи, нам лучше отправиться в замок, – настороженно заговорил Альберт, все еще придерживая узду. Кажется, он даже не заметил, что меня уже не было в седле. Что еще раз подтвердило мою догадку.

– Бекка! Где ты? Ты нужна мне! – снова позвала Шарлотта.

Скорее всего, колдунья с островов даже отдаленно не знала характера Шарли. Да та в жизни не стала бы блеять таким жалобным голосом. Чего-чего, а решительности моим сестрам хватит на сотню мужчин. Как и энергичности. Хоть что-то общее у нас с ними было. На душе стало гораздо свободнее. Я даже вздохнула с некоторой долей облегчения. Случись мне оказаться в такой ситуации полгода назад, я бы не раздумывая рванула на звуки голосов сестер. Теперь же была умнее, опытней, дальновидней.

– Миледи! – снова позвал Альберт, не дождавшись ответа.

– Мы не будем возвращаться и прятаться, – холодно отчеканила я, сложив руки и сосредотачиваясь, отрешаясь от всего – от голосов, тумана, страха.

– Ребекка, – снова позвал меня туман. На этот раз голос принадлежал Нейту. И в груди что-то дрогнуло – болезненно и тоскливо. Но и на этот раз я просто выдохнула и взялась за дело. Чем больше промедлений, тем меньше шансов на победу.

Прошептала заклинание, вкладывая в него магическую силу. Затаила дыхание. Кобыла недовольно всхрапнула, почуяв неладное, рванула, едва не выдернув Альберта из седла.

С последними звуками заклятья подул ветер, врываясь в стену из тумана, разрезая его, разрывая в клочья. Снова и снова разметая колдовство Грунельды, обнажая поле боя.

У меня на какое-то мгновение перехватило дыхание. Островитяне, пользуясь тем, что защитники Северного предела были слепы в тумане, просто убивали их – без сражения, подло, со спины. И я с ужасом поняла, что защитников замка осталась едва половина.

– Я говорил, что этот бой будет проигран, – глухо пробормотал Альберт, напряженно глядя на происходящее. Его руки с силой сжались на поводьях. И сам он походил на каменную статую. Может, не все так, как мне казалось? Может, я ошиблась, считая, что Альберт предатель. И он действительно просто хотел защитить меня, отдать долг?

Время покажет!

Я снова обернулась к сражающимся. Вновь обретшие зрение воины под командованием лиров смогли начать отбиваться. Завязался бой. Мне сложно было разглядеть, на чьей стороне преимущество. И защитники, и мятежники сражались отчаянно, каждый вкладывал в сражение всего себя.

Я рыскала взглядом по оставшимся в стороне предводителям. Только бы Нейт не поплатился за то, что лиры ослушались меня. А ведь мне не хватило лишь пары мгновений, чтобы освободить его. И теперь весь продуманный, казалось бы, план полетел на дно самой глубокой бездны. Не получится применить то заклятье, которое я планировала. И от бессилия и разочарования хотелось что-то расколотить. Желательно о головы неразумных лиров, не способных усмирить свое безразмерное эго. Неужели так унизительно прислушаться к словам женщины. Тем более что я открыла им свою тайну, поведала о своих способностях, а получила взамен…

Зло скрипнула зубами, поднявшись на возвышение.

Ведьма с островов стояла в стороне, снова начитывая заклинание. Рядом возвышался могучий воин, один вид которого внушал мне ужас. Хоть бы у сира Кристофера все получилось как должно. Давать ей отпор куда сложнее, чем упражняться в кабинете, в покое и тепле. Даже с возросшей силой я уже не была уверена, что справлюсь. Невозможно было хоть что-то предугадать.

Людей Кречета было меньше, но постепенно они стали теснить защитников замка. Люди падали на землю, щедро поливая ее кровью. Выглядело это все ужасно.

А мне вспомнилось, как когда-то, когда я еще была просто бесприданницей из Ньеркела, навязанной правителю северных земель самим королем, сир Кристофер, которого я приняла за простого воина из отряда и даже не думала, что наши судьбы сплетутся так тесно, запретил мне смотреть на сражение. Мелкая потасовка, если сравнивать с нынешней битвой. Он сказал, что лоно женщины пустеет, если она часто видит смерть.

Как же давно все это происходило!

Внезапно настроение на поле битвы изменилось. С запада в бой ворвался мужчина на вороном коне. Нейт. Это был мой муж.

И я закусила губу, боясь поверить уже собственным глазам. Хоть бы это было не очередное колдовство северной ведьмы.

Грунельда тоже заметила перемену. Вскинула руки со связкой мелких амулетов. Но и я медлить не стала, выставив стену на пути ее атаки. И ее колдовство развеялось, так и не достигнув цели. Это разозлило колдунью, и следующий ее удар я отразить не успела. Мне в грудь ударило чистой, не ограненной заклинанием силой. Это была скорее вспышка гнева, но меня сбило с ног, а мир успел несколько раз перевернуться, прежде чем я смогла понять, где небо, а где земля.

Во рту появился соленый металлический привкус крови. В ушах противно зазвенело, и едва получалось вдохнуть.

– Проклятье! – процедил сквозь зубы Альберт, осторожно поднимая меня на ноги. Я даже не поняла, когда он успел спрыгнуть с лошади. – Миледи, как вы? Можете подняться?

– Сложно сказать! Но если ты меня будешь так трясти, то лучше мне от этого не станет, – пробормотала я, опираясь на его руку и силясь подняться на ноги.

– Теперь-то вы готовы прислушаться к моим словам?