Регенерат

На миг задумалась о том, что у аристократов вроде бы принято угощать гостей чаем, но даже и не подумала просить об этом Дарью. Чай ещё на них тратить, ага! Обойдутся. Пусть радуются, что вообще денег дам.

А ведь если подумать, двести тысяч - это не такие уж и большие деньги. Для какого-нибудь управленца всего одна зарплата. Но нет… Устроили тут балаган, угрожать вздумали!

Уроды моральные.

Чем бы его эдаким наградить, м?

Всерьез задумавшись над тем, что предпочтительнее: болезнь Паркинсона или простатит, ишемическая болезнь сердца или тромбофлебит, я прошла за стол и села в старинное кресло, сразу ощутив продавленность его сидения и слегка поморщившись (срочно нужно новое кресло!), но вставать было уже поздно - в кабинет один за другим вошли трое мужчин.

Один лет шестидесяти: тучный, рыхлый, с нервно бегающими поросячьими глазками, в темно-малиновом пиджаке, неприлично натянувшимся на пузе, и с ослабленным клетчато-синим галстуком, совершенно не гармонирующием по цвету с костюмом.

Подозреваю, это был барон.

За ним шли два знакомых молодчика, которых я видела вчера.

Прекрасно зная, что титул графа высокороднее титула барона, я не встала вставать, но заранее поставила локти на стол и переплела пальцы так, чтобы мужчины увидели мой перстень. И поприветствовала их кивком.

– Здравствуйте, ваше сиятельство, - откровенно нервно произнёс толстяк.
– Позвольте представиться: барон Томилин Харитон Евгеньевич. Батюшка ваш денег мне должен…

Из нагрудного кармана была вынута мятая расписка, а когда я протянула руку, требуя её себе, барон поколебался, словно не доверял, но всё же подошел ближе и вручил, чуть перегнувшись через стол и стрельнув глазами в стопку ещё не разобранных ценных бумаг.

Я же, пробежавшись взглядом по тексту, где было сказано, что граф Ржевский занимает у барона Томилина двести тысяч и обязуется вернуть (дата, подпись), убедилась, что документ подлинный (это подтвердил поручик), после чего открыла верхний правый ящик стола, кинула внутрь расписку, а взамен вынула из него четыре пачки пятисотенных купюр. В каждой пачке было упаковано по сто банкнот и на бумажной ленте, которая эти пачки скрепляла, стоял штампик “100 шт”.

– Это ваше.

Я прекрасно видела - барон не рад деньгам. Ну вот вообще не рад. Уверена, он шел сюда с надеждой, что денег у меня нет, а если и есть, то не все. И явно намеревался воспользоваться моей слабостью.

Увы, я ему такую возможность не предоставила, и сейчас он колебался.

Неужели не возьмет?

Видя и то, что он довольно слабый одаренный земли, я для верности подправила ему теплообмен, усилив работу надпочечников и заставив интенсивно потеть. В кровь попал адреналин, вызвав панику, но и этого мне показалось недостаточно - я запустила процесс активного брожения в его желудке, отчего мужчина уже через несколько минут покраснел, потом пошел пятнами, сгреб деньги со стола, сбивчиво попрощался и сбежал так быстро, что его прихвостни даже не сразу поняли, что им тоже пора.

– А вам особое приглашение нужно?
– поинтересовалась я ледяным тоном и этого хватило, чтобы мужчины, переглянувшись, замотали головами и поспешили уйти.

Эх, всегда бы так…

– Тц! Красава!
– восхищенно цокнул Ржевский и тоже направился к двери.
– Я прослежу, ты не против?

– Конечно. Проследи и убедись, что он больше ничего не задумал.

Оставшись одна, какое-то время я просидела за столом, прикидывая, чем мне необходимо заняться в первую очередь, накидала на листок список первоочередных покупок, для верности сфотографировала на телефон обстановку кабинета, чтобы не ошибиться в расцветке, проверила через банковское приложение на телефоне баланс на накопительном счете, который пока ещё радовал приятной суммой, и отправилась вниз.

Там, предупредив домочадцев, что мне нужно по магазинам, порадовала бескровным решением проблемы с первым кредитором, но всё равно попросила запереть за мной дверь и никому не открывать, пока не вернусь.

На улице сегодня снова было солнечно и я, решив немного прогуляться, прошла вдоль набережной реки Лазури, перешла через мостик на другой берег, прошла ещё квартал и добралась до торгового дома “МиоРио”. Он был не самым лучшим и крупным, но ближайшим, и там я без проблем нашла в мебельном отделе славное кожаное кресло уровня “руководитель”, заказав доставку на вечер понедельника, в соседнем отделе приобрела обогреватель на случай, если погода снова испортится или начнутся затяжные дожди и в доме станет сыро, и пробежалась по бутикам с одеждой, уделяя внимание прежде всего сегменту “с претензией на высокий стиль”.

Раньше мне вполне хватало простейших джинсов и футболок, но, надев на палец графский перстень, мне следовало забыть о пролетарских замашках и соответствовать новому уровню.

Пускай он сам был ещё довольно неопределен.

Как бы то ни было, прибарахлилась я от души, заодно потратив кучу денег, но оно того стоило. И одежду красивую купила, и настроение повысила, да и просто развеялась, чего не делала уже довольно давно.

Напоследок заглянула в аптеку и спустила там ещё кучу денег, набрав витаминов впрок для себя и всех, кого угораздило жить со мной в одном доме. Они у меня ещё не знают, каково это - жить рядом с медсестрой!

Пообедать зашла в кафе неподалеку, где заказала очень вкусную отбивную с клюквенным соусом, а на десерт латте и фруктовое пирожное, и уже попросила счет, когда моё внимание привлек мужчина, присевший за соседний столик лицом ко мне.

Между нами стояла тумба с длинным кашпо, где зеленел раскидистый папоротник, но это не помешало мне рассмотреть незнакомца. А посмотреть было на что!

Темно-синие джинсы и темно-серая футболка, поверх - стильный пиджак на тон темнее. Высокий, фигура спортивная, мускулистая, но за счет роста не грузная. Сам смуглый, волосы ещё не черные, но очень темно-каштановые, коротко стриженные, особенно с висков, но стильно - с небрежной укладкой набок. Широкие брови, крупные, выразительные черты лица. На щеках легкая щетина, а глаза…

Серебристые.

Засмотревшись на них, далеко не сразу поняла, что он ещё и одаренный, причем довольно высокого ранга, что видно по ауре, хотя та и скрыта. Качественно, да, но я уже привыкла смотреть именно в суть, и сразу поняла, что мужчина силен. Очень!

А потом он отвлекся от изучения меню и посмотрел мне четко в глаза, слегка приподнимая бровь.

Боже, как неловко!

Ощутив обычно несвойственное мне смущение, потерла кончик носа, но решила, что терять мне по большому счету нечего, и призналась честно:

– Простите, залюбовалась.

Вторая бровь присоединилась к первой, но ко мне уже подошла официантка, и я поторопилась отвлечься на неё. Расплатилась по счету, прихватила свои бесчисленные пакеты и коробку с обогревателем, и отправилась на выход.

Правда, для этого пришлось идти мимо столика незнакомца… И даже не представляю, чего он ждал, но когда я уже почти прошла мимо, то с недоверчивым смешком поинтересовался:

– И всё?

– Приятного аппетита, - проявила вроде как уместную вежливость, а сама прикусила губу и прибавила шаг, радуясь, что он не видит моих пунцовых ушей.

Дожили! Уже сама на мужчин практически вешаюсь! Неужели проклятие Ржевских добралось и до меня?

На улице, не выдержав, хихикнула, и всю дорогу до дома шла с легкомысленной улыбкой на губах, радуясь весне, солнышку и просто хорошему дню.

Дома меня ждал обед, от которого я с сожалением отказалась, признавшись, что поела в кафе, неглаженый Парамон, променявший меня на Юленьку, и комната, требующая ремонта. В итоге, поставив пакеты с обновками в угол рядом с кроватью и переодевшись в одежку попроще, я вооружилась стремянкой, шпателем, обеззараживающей жидкостью и валиком и до самого вечера чистила потолок и обрабатывала стены, подготавливая комнату к следующему этапу.