Респ4ун

— Вали его, Том! — крикнул тот же парень, что вынес такое убийственное предложение по решению проблемы вернувшегося мужа.

Сзади на Джереми налетел шестой участник этой оргии, который, где-то задержался и не успел к началу, зато к развязке как раз вовремя. Он обхватил его сзади, блокируя его дальнейшие движения, в этот момент ожили остальные пятеро. Джереми не понял, как оказался на полу, все конечности его были скованны, шестеро жлобов держали его крепко, затем они принялись его связывать, в конце концов, Джереми оказался прикованными к одному из стульев. Занимая сидячее положение, руки заведены за спину и обмотаны скотчем, ноги оказались приклеены к ножкам стула тем же скотчем, да и, рот заклеили на всякий случай.

— Ну, и что теперь? — спросила Карен, когда вязатели отошли от пленника. — Кто будет его убивать?

Джереми итак был слишком подавлен случившимся, а тут еще его любимая жена спрашивает одного из своих любовников, каким способом от него избавиться.

— Кэлвин, может быть, продолжишь? — сказала Карен, делая пригласительный жест, в сторону своего мужа. — Раз уж ты начал.

Кэлвин улыбнулся:

— Я знаю, что дальше. Пускай это останется моим маленьким секретом. Все равно надо будет ждать до вечера.

— И сколько надо ждать, твоего сюрприза?

— Как стемнеет — так и пора — проговорил он сквозь улыбку — Кстати, у тебя есть здесь снотворное?

— Нет у меня никакого снотворного. — Махнула рукой Карен.

— Ну что ж ты за хозяйка такая, если даже снотворного в доме нет — сказал Кэлвин с издевкой.

— Да пошел ты…

— Шучу. Шучу. Буч — Кэлвин указал на еще одного мужчину, доселе сохранявшим молчание — одевайся и спустись вниз, зайди в аптеку и купи снотворного.

Буч кивнул и вышел из комнаты.

— Зачем? — спросил Алекс.

— Неужели ты хочешь, чтобы наш дорогой Джереми, находился в сознании все время ожидания?

— А! — только и сказал Алекс.

Повисло молчание, через секунду Кэлвин и Алекс вышли из комнаты. Бродин долго и упорно продолжал разглядывать связанного Джереми, по его лицу трудно было судить, о чем этот человек сейчас думает, но уж точно, чего не было в его чертах — так это раскаяния и соболезнования.

— Вот видишь — внезапно молвил Бродин — как иногда смертельно опасно возвращаться домой раньше обычного.

Бродин тоже покинул помещение. Через секунду Том, со словами «Пойдем, пропустим по рюмке», уволок с собой всех оставшихся мужчин. В комнате остались лишь Карен, абсолютно нагая, сидящая на кровати и Джереми, прикованный к стулу и с замороженным взглядом в никуда.

— Знаешь, а ведь все началось очень давно — внезапно сказала Карен — я тогда встречалась с Алеском и Бродином, они правда не знали друг о друге. Затем однажды их пути пересеклись — Карен усмехнулась — так мы стали трахаться втроем. Потом мы нашли через Интернет группу Кэлвина…

Карен поднялась с постели и подошла вплотную к Джереми, наклонилась к его лицу и прошептала:

— Я знаю, что я больна, но мне нравиться это состояние, и ты все равно не смог бы меня вылечить, даже если бы делал попытки,… я могу трахаться часами. Но с тобой мне уже не интересно, — она повысила голос до нормального уровня — Ты как пройденный этап. Или нет — своего рода прикрытие моей настоящей — Карен сделала непонятный жест, раскинув руки в стороны, — жизни. Чтобы остальные люди не подозревали. Вот для чего ты мне нужен. Был! Нужен! Теперь я буду убитая горем вдовой — Карен хихикнула. Последовала пауза, Карен смотрела ему прямо в глаза, и ему казалось, что он тонет в них, он никогда не обращал внимания, насколько они глубоки и многоосмысленны. — Знаешь, меня даже заводит ВСЯ эта ситуация. Хочешь отсосу напоследок?

Джереми попытался запротестовать, ему было даже противно об этом думать, но как он не старался увернуться, Карен все же расстегнула ему ширинку. Как только его член оказался у нее во рту, сработал заложенный рефлекс — эрекцию он никак не мог удержать.

Прежде чем он кончил, вернулся Буч со снотворным. В комнату вошел Кэлвин и лишь улыбнувшись увиденному, сообщил, что муженька можно усыплять. Карен подняла голову и спросила, изыскано вытирая пальчиками уголки губ:

— Как ты собираешься это провернуть?

— Засунем ему в рот пару таблеток.

— Так он тебе и дался. Погоди секунду… — она поднялась с колен и направилась к Кэлвину и, отведя его в сторону, что-то сказала ему, затем вернулась — ну, дорогой, на чем мы остановились?

Она продолжила делать ему минет, причем так умело и искусно, что Джереми на секунду забыл про то, что твориться вокруг и воспринял все как игру. Но это лишь на секунду, затем он вспомнил, что в их семейной жизни, минет, был всего лишь раз: после свадьбы, и то закончилось все травмой, болезненной для его гениталий. Через десять минут он почувствовал, что сейчас кончит, и опытная Карен тоже это почувствовала. Усилила его ощущения, и, когда момент настал, внезапно рядом очутился Кэлвин.

Оргазм протекал бурно, и он лишь остатками рассудка отметил тот факт, что ему сдернули скотч со рта и запихнули две таблетки снотворного, затем, не давая ему опомниться, в его глотку ручьем потекло мартини. Джереми проглотил все без остатка. Ему снова залепили рот.

Когда он поднял глаза, комната уже была пуста. Отчаяние захватило его с новой силой, он потерял надежду, и еще… ему было страшно.

Через полчаса он уснул сном без сновидений.

***

Действие снотворного кончилось глубокой ночью. Причем с таким тошнотворным чувством, что Джереми чуть было, не вырвало.

Проснувшись, он осмотрелся и понял, что сидит на водительском кресле своей машины. Что он здесь делает? Он не смог ответить на этот вопрос, он вообще не мог вспомнить ничего, что произошло и как, он оказался здесь. Затем память вернулась, с такими мучительными подробностями, что ему захотелось умереть.

Он хотел, было пошевелить рукой, чтобы открыть дверцу и выйти наружу, но обнаружил что, его руки плотно связаны. Он запаниковал. Джереми попытался освободиться, оказалось, что он весь накрепко привязан к креслу, и вырваться без посторонней помощи ему никак не удастся.

Он устремил взгляд сквозь лобовое стекло, но тьма была всем, что он за ним увидел.

И тут тьма озарилась огненным светом, машина практически мгновенно вспыхнула ярким пламенем, облитая бензином или еще какой-нибудь горючей жидкостью. Огонь пока не перекинулся в салон, горела внешняя обшивка и корпус, но Джереми знал, что это лишь вопрос времени. Ему предстояло заживо сгореть!

Если бы он знал молитвы, он запел бы их, но вместо этого дико заорал.

Когда огонь проник внутрь, его затрясло от страха, изо рта пошла пена.