Революционер
Шрифт:
– Товарищ маршал... — Боец стоящий рядом явно был растерян. — ...а разве маршалы в боя ходят?!
– Ходят. — Заверил я. — Когда ставки ТАК высоки, и маршалы ходят в бой.
Бойцы переглянулись. А я оглядевшись, подошел к стоявшему рядом грузовику с откидным бортом и забрался ему в кузов.
– Внимание! — Повторил я. — Сегодня будет очень важный день... — Я прошелся в сторону кабины и пинком ноги откинул борт грузовика, превращая его в своеобразную трибуну. — ...Обычно, когда мы сталкиваемся с чем-то выше наших возможностей, мы говорим: «Я всего лишь один из огромной толпы и сам ничего
Так что за каждым из вас стоят миллионы поколений которые придут за нами. Так что мы просто не имеем права облажаться! И хотя я не люблю громкие слова, но с этого момента — даже смерть не повод передавать присягу!!!
Мне вторил рев толпы.
====== 69. Ты спасёшь нас, точно знаю... ======
Когда все разошлись спать по своим палаткам, я остался один в пустом штабе, стоя у стола, склонив голову. В мыслях творился полный кавардак, но одна чётко пульсировала у моих висков – Это моя последняя ночь.
Любой, кто прошёл через бой – маленький или большой – всегда чувствует за собой дыхание смерти, которая когда-то не угналась за ним. Так и сейчас я чувствовал на себе этот тяжёлый взгляд старухи с косой, стоявшей за моей спиной. Она была благодарна мне, ведь если бы не я, то завтра у неё не было бы работы.
Кронос, молчаливо стоявший голограммой в зале, в какой-то момент кивнул мне и исчез. Проектор, привезённый из алмазного пика, сам выключился.
– Эй, – позвал меня тихий и милый голос за спиной, – Не волнуйся, здесь никого кроме меня.
Рея знала чем приободрить. Но её единственной не было на нашем совещании. Возможно потому что она не сколько друг…
– Ты сам понимаешь, что отговаривать меня от участия – глупо, – прочитав мои мысли, сказала она, – Ты сам видел на что я способна. Ты хочешь это на поле боя.
Я молча кивнул в знак согласия. Какой ещё военный откажется от такой силы на своей стороне?
– Я никогда не буду тебя винить, если ты попросишь идти с тобой. Я даже смогу… ну знаешь. Повеселиться.
– Там не будет весело, Рея, – вслух сказал я. Самочка тихо засмеялась, развернулась и уселась на стол справа от меня.
– Я практически бессмертна. Единственное, чего я могу боятся, так это огнемётов, но пусть сначала догонят. Ведь я ещё и… всевидяща.
– Ты богиня, – улыбнувшись, добавил я, посмотрев на неё.
Она искренне засмеялась, и потупила свой взор.
– Ты сделал меня такой. Показал мне то, что скрывали от меня столько лет…
Она не стала говорить дальше, но ответ на мой немой вопрос, я всё-таки получил. Она показала его мне, свои воспоминания о том, что с ней было в Алмазном Пике, как её создали, каждую секунду её бытия.
Она никогда не знала хороших чувств. Всю свою жизнь она тренировала в себе стойкостью ко всем известным ей эмоциям: зависть, гнев, страх. Она отрицала любое проявление
эмоциональных действий, поддаваясь лишь холодному, точному расчёту сил на поле боя. Всю свою жизнь Рея не знала ничего кроме войны. Но не знала, что таит в себе сила, скрытая в лучших чувствах.– Но почему я, – спросил я её, как только виденье её прошлого вышло из моей головы, – Что сделало меня особенным?
– Ты настоящий, – шепнула она, – В тебе всё самое настоящее.
– О да, -усмехнулся я, постучав себя по нагрудной броне, – Сто процентный зверь.
Рея смущённо кивнула. Наш разговор оборвался, но мы просто стояли друг на против друга.
– Не думаю, что сейчас время для близости, – признался я.
– Ты прав, – кивнула она, – Хотя перед боем многие хотели бы…
– Так пусть себе ни в чём не отказывают, – кивнул я, – До решительного сражения можно всё что угодно.
– Тебя хотят видеть, – вдруг сказала Рея и тут же растворилась в воздухе, как будто её и не было. Я вздохнул – всё-таки непривычно когда кто-то вот так по волшебству исчезает из под твоего носа. Но она была абсолютно права – в мою палатку просунулась морда нашего Бандита.
– Вот вы где, товарищ маршал, – сказал он, заходя внутрь. Увидев его, я слегка удивился – лис одел строгий костюм, галстук-бабочку и даже где-то нашёл ботинки для своих лап. Выглядели они немного нелепо, да и сама рыжая морда, торчавшая из человеческого тела, и рыжий хвост нарушали композицию, которую человечество придумывало и блюло столетиями, – Могли бы предупредить заранее, что мы сегодня выступаем!
– Я и сам этого не знал, Чак, – признался я, -Чем меньше знаем мы, тем меньше знает разведка нашего противника.
– Не надо прописных истин, товарищ маршал, – как-то нагло заявил Чак, – Вы готовы?
– К чему?
– Вы обещались поженить меня!
Я смущённо улыбнулся, а потом обвёл лапами свой наряд. Чак махнул на меня лапой, и заявил:
– Думаете легко было найти этот костюм во всей нашей армии? Не говоря уж о том, что моя невеста идёт под венец тоже не в белой фате!
– Тогда тебе тоже стоит переодеться, – кивнул я ему, – Думаю что парадный костюм в армии найти куда проще, чем гражданский.
Чак в душах хлопнул себя по лбу.
– Парадка! Как я мог забыть…
– Ищи. И невесте эту идею передай.
– Не успеем всё сделать, – выдохнул Чак.
– Я организую, – улыбнулся ему я, – Давай, за полчаса управишься.
Он охотно козырнул мне, после чего выбежал из палатки. Рея появилась у меня за спиной сразу, как его рыжий хвост скрылся за порогом.
– Тебе помочь?
– Может быть, – пожал плечами я, – У меня есть одна идея насчёт алтаря, можешь организовать поиск цветов?
– Я найду, – охотно кивнула она, – Десять минут.
– Давай.
Она вновь исчезла из виду, но я уже покинул палатку, решительно направившись к грузовику, на котором несколько минут назад толкал свою речь, а сейчас же его оккупировали разнообразные бойцы моей армии. Завидев меня, все подскакивали со своих мест, отдавая честь.
– Вольно, – крикнул всем я, – Организуйте на кузов грузовика лестницу! Широкую, хорошую. Тент снять, у дальнего края сложить несколько ящиков, и сделайте хоть раз всё аккуратно!