Рэй!

Выйдя из главного донжона, он лоб в лоб столкнулся с гномом. Тот с огромными перепуганными глазами, покрытый холодным потом замер перед ним, схватил его за мантию и что есть силы заорал:

— А-А-А-А-А-А-А!

После этого он отпустил его и ринулся в сторону стены. Взобравшись по лестнице, он взглянул на стену и снова что есть сил завопил дурным голосом:

— А-А-А-А-А-А-А-А!

Фил почесал голову и проводил взглядом гнома, что сломя голову ринулся к противоположной стене.

— Псих какой-то, — буркнул он и поднялся по лестнице на стену.

Зайдя на нее и подойдя к краю, он замер, наблюдая, как рядом проплывает облако. За стеной была пропасть под которой медленно и неторопливо проплывали леса и какие-то поля.

— Так… — проморгался Фил, затем встряхнул головой, отчего та отозвалась ноющей болью, а затем снова уставился вниз. — Та-а-а-а-ак…

— А-А-А-А-А-А! — завопил с другого конца замка спятивший гном.

— Фил! — раздался голос Карла от входа в главный донжон. — У меня две новости! Хорошая и плохая!

— Давай с плохой, — не сводя взгляда с проплывающего под ними поля, произнес маг.

— Гномы схалтурили. Там вместо канализации дыра в которую виднеется какое-то поле.

— Мда-а-а-а? — протянул Фил. — А хорошая?

— Я нашел золотой трон… кхе… в туалете, — произнесла темная сущность.

— У меня тоже две новости. Хорошая и плохая, — обернулся к другу Филимон.

— Давай с хорошей, — тут же сориентировался Карл.

— У нас получилось… не знаю как, но замок летит.

Карл тут же взбежал по стене и взглянул в низ.

— Твою мать! Фил, как? Как это могло получиться?!!

— Боюсь нам придется хорошенько облапать артефакт, чтобы это выяснить, — буркнул друг. — Но сначала нам надо что-то поделать с второй новостью.

— Какой?

— Я понятия не имею как управлять этой хреновиной. Мы летим непонятно куда! Высота не большая и у нас есть вполне вероятная возможность врезаться в какую-нибудь скалу или гору, — пояснил Фил и взглянул на Карла, который нервно сглотнул.

— А-А-А-А-А-А-А! — снова заорал гном и пулей помчался к другой стене замка.

* * *

Мужчина с широкими плечами, в простой рубашке из грубой ткани перехватил поудобнее мотыгу и ударил по земле. Еще раз и еще.

Ночью прошел дождь, смочив истосковавшуюся по влаге почву. Не глубоко, но этого хватило, чтобы работа в поле не превратилась в каторгу. Мотыга входила в землю достаточно глубоко, позволяя обрабатывать землю и готовить ее к посадке.

Удар, еще удар…

Мужчина работал спокойно и размеренно, но тут на него наплыла густая тень. Понимая, что на небе были лишь легкие облака, работник нахмурился и поднял голову, придерживая соломенную шляпу.

Над ним, заслоняя полуденное солнце, медленно и неспешно пролетал замок, снизу обрамленный острыми камнями.

Селянин приоткрыл рот и растерянно замер.

Стены, башни, огромный белый флаг, на котором русскими буквами было написано «Миядзаки — выкуси!».

Он так и стоял, пока замок не пролетел прямо над ним.

— А-а-а-а-а! — донесся до него далекий истошный вопль.

В этот момент, прямо перед ним, на землю шлепнулся кусок дерьма, тут же превратившись в плоскую лепешку.

Мужик посмотрел на дерьмо, потом на замок и пару раз хлопнул глазами. Шестеренки в голове самого обычного селянина со скрипом закрутились, а затем ожидаемо заклинили.

— Летают тут, орут… — произнес он, поднял мотыгу и принялся распределять дерьмо, перемешивая его с землей. — Еще и срут… хорошо хоть не на голову…

Глава 18

Спальня была шикарной.

Даже по меркам обеспеченных аристократов.

Высокие потолки, окна от потолка до самого пола с прекрасным видом в сад. Закрывались они тяжелыми плотными шторами, на которых шелковыми нитями был вышит не менее прекрасный пейзаж.

У стены располагались два массивных шкафа из черного дерева с изумительной резьбой и огромным зеркалом на дверце, что само по себе считалось большим шиком.

Кровать с балдахином из такого же черного дерева и не менее роскошной резьбой. Матрас, высотой около полуметра, был настолько мягким, что в нем тело просто утопало, но при этом достаточно упругий, чтобы восстановить форму после ночного сна.

Рядом небольшой журнальный столик из позолоченного металла, со столешницей из стекла. Ножки у него были выполнены в форме голов дракона, хвосты которого удерживали толстую стеклянную столешницу.

Одним словом — запредельная роскошь, доступная разве что королю Гельшталя.

И посреди всей этой роскоши, на полу у кровати сидел Рэй.

Парень недовольно огляделся, поежился от ощущения чужеродности всей этой обстановки, затем вздохнул и посмотрел на блюдце со стеклянным шаром, что стояло прямо перед ним.

Рука потянулась к стальному обручу со структурами, а как только он положил его в специальный желобок на тарелке, светильник изготовленный Шен и Роди включился и залил комнату приятным теплым оранжевым светом.

Парень не включал магического освещения, оставленного Есинеем, сидя в полумраке, поэтому свет просто залил всю комнату.

Начинающий маг усмехнулся, глядя на артефакт, а затем тяжело вздохнул, погрузившись в свои мысли.

С каждым днем, аристократы наседали все сильнее. Просьбы, навязчивые приглашения на обеды, ужины и мероприятия. Дошло до того, что к нему, без предупреждения начали заявляться гости, настойчиво прося об аудиенции. Явившись на три таких встречи, парень не услышал ничего кроме липкой, противной, а порой и пошлой лести. Для чего приезжали эти люди и со скандалом требовали встречи Рэй так и не понял.

Не прошло и двух недель, как ему напомнили, о его согласии на ночь с девушками аристократического происхождения. Новоявленный придворный маг избегал этого как только мог, но прошлой ночью его все же поставили перед фактом и привезли девушку, а так же деньги.

Рэй поморщился, от воспоминаний.

Тогда он с мрачными мыслями вошел в спальню и обнаружил в ней молодую девушку. Красивое лицо, небольшая грудь, одетая в пышное платье с обнаженными плечами, высокая, слегка бледноватая. Волосы уложенные в крупные кудри, аккуратные худые руки.