Робинзонки

Собственного тела он не чувствовал, только это неважно. Важно, что Дани как во время прыжка отключилась, так и не приходила в себя, и это было плохо. Щепки и мусор от взрыва качались на волнах всюду, грозя распороть что-нибудь.

Хорошо, что он заставил ее прыгнуть в воду прежде, чем рвануло. И сам успел... почти. Опалило неожиданно.

И рвануло-то непонятно почему, все ведь было в порядке... Неужто топливо?.. Он как раз наполнил бак — сюда долетели на старой заправке. Только ведь все куплено... как всегда.

Не как всегда. Доставили на адрес, по «акции для постоянных клиентов».

Может, Джерри и не так уж неправ со своим револьвером. Только... и он оказался бессилен, ха...

— Дани, умоляю, только держись... — вновь безуспешно встряхнул девушку Том.

Одно дело попасть в переплет самому или с другом, и другое — утянуть на дно фею.

— Только не это, прошу...

И он уже едва не плакал, когда над волнами пронесся громовой крик, несущий надежду:

— То-ом! То-ом!

Джерри. Джерри — это спасение. Джерри — это всегда есть твердая надежда, что все будет хорошо.

Том из последних сил взвалил тело Дани на какой-то огрызок сиденья, все больше наощупь, а сам оперся о сломанный полоз, взмахнул рукой и проорал:

— Кук! Мы здесь!

И рухнул куда-то в темноту.

— " -

Даниэлла Тур пришла в себя и со стоном дотронулась виска. Щипало. И еще примерно в области затылка — постреливало.

— Лежи, — тихо сказала Айли и приложила к ее лбу прохладный компресс.

Где-то трещал огонь, невдалеке спокойно шумели волны.

— Что... случилось? — с трудом поворочала языком Дани.

Язык не очень охотно слушался.

— Гидроплан взорвался, — Айли не умела щадить чувств, да и не считала нужным, так что у Дани тут же сердце зайцем выскочило в горло, и она все вспомнила. — И Том вместе с ним. Как он удержался на волнах — не знаю, еще и тебе не дал утонуть... Джейн его... собирает по кускам.

Дани решительно села, прислушиваясь к ощущениям.

Голова сразу немилосердно закружилась. Хотя в целом... Да платье превратилось в клочья. Но и Айли сидела в корселете, лишь в наброшенной поверх мужской рубахе. Джейн и того хуже — только шарф навязан поверх белья, склонилась в тени... над телом.

Внутри все похолодело. Том. Он был так мил. Летели вместе над островом, и казалось — все возможно, и ничто не важно. Словно кадры из прошлой жизни. А ты... сомневалась. Конечно, все возможно, и даже... сейчас.

Кук бегал туда и сюда, выполняя приказы Джейн. Без рубахи вовсе. И куда спина подевалась.

— Помоги мне встать, — твердым голосом попросила Даниэлла Айли.

— " -

— Да в порядке я, — прошептал, пытаясь улыбнуть распухшими губами, Том.

Сколько же голов склонилось над ним — и солнца не видно. Или уже просто закат? Алое все какое-то и сумрачное. Верно, закат.

— Еще бы в порядке, — проворчал Джерри. — Только уши и торчат.

— Лицо в ожогах, пара на руках-ногах и груди, — сообщила Джейн, — но кожный покров восстановится, разве что шрамы останутся... Отделался легким сотрясением, судя по всему — да и то, возможно, это еще с понедельника, да парой сломанных ребер. Завтра посражаемся с ожогами календулой — наверняка, на острове растет — она и воспаление снимет. Пока я дала ему салицилловую кислоту, чтобы сбить лихорадку, и — Том, постарайтесь уснуть.

— Да, — сказала Дани.

Она держала его за руку. И уже не отпустит никогда.

Значит, он правда сумел выбросить ее в воду до того, как все случилось.

— Ты... как? — уточнил Том, хотя говорилось с трудом.

— Я бы попросила... — начала Джейн, но Дани взяла ситуацию в свои руки.

— Я в порядке. Благодаря тебе, да? — положила палец ему на бинты, скрывшие лицо. — Не говори. Я знаю. Я никуда от тебя не уйду, обещаю. Просижу вот так всю ночь. И всю жизнь. А ты спи и поправляйся. Дженни, я буду менять ему компрессы, что еще нужно?

— Кук... — начал было Том, но его прервали:

— Пожалуйста. Все завтра.

— Да... — подал голос и Джерри неохотно. — Отдыхай. Все завтра.

Только Айли видела, что он это для засыпающего Тома говорит. А сам себе взъерошил волосы и дал ходу на пляж. И ничего до завтра откладывать не собирался, как любой настоящий невротик. Ха.

— Куда ты? — поймала она его за локоть уже на обрыве.

— В закат, — усмехнулся Кук, тыча в горизонт.

Да, сегодня небо побаловало видами. Жаль, оценить — не атмосфера.

— Зачем? — нахмурилась Айли.

— Хочу посмотреть на останки... после крушения, — пробормотал Кук, вырывая руку.

Да мало ли зачем.

Но Айли снова остановила его, на сей раз обоими руками схватилась за предплечье.

— Пока доплывешь — будет темно. Да и что ты увидишь?

— Не знаю... Все наши пожитки были там. Может, радио выжило, может... Тогда я смогу дать сигнал... Я не могу сидеть сложа руки, неужели ты не понимаешь!

Айли понимала. Как и то, насколько бесполезна сейчас эта затея.

— Если ты считаешь, что плыть в ночь туда необходимо, то ты не поплывешь один, — заявила она решительно.

Кук поднял брови. Даже возмущаться перестал — в такое недоумение привел его очередной ультиматум рыжей лисы.

— Только возьмем наш фонарь. Со светом таки сподручнее. Джейн с ранеными справится, ей не впервой на дежурство заступать... Ну, что волком смотришь? Я тебя одного не отпущу, да и удобнее вдвоем, к тому же...

— Тебе-то какое дело? — не слишком вежливо прервал ее Кук.

— А я откуда знаю, — задумалась Айли. — Есть какое-то... — напрашивающиеся матримониальные выводы в духе Дженни Сати ей категорически не понравились, так что девушка сердито всплеснула руками: — Обычное человеческое дело!

Пауза получилась враждебной. Война есть война. Ну да... по принятию и оказанию помощи... Айли вздохнула первой.

— Брось, Кук, мы впятером — одни на этом острове. До воскресенья. Потом приплывет «Лигурия» и заберет нас. Увы, не получится вам раньше слинять, — пожала плечами Айли с виноватой улыбкой.