Родственные души

С общепризнанной точки зрения его не назовешь красивым: высокие скулы, квадратный подбородок и большой, четко очерченный рот. Нос не прямой и явно пару раз перебитый, а глаза слишком пронзительные — их взгляд выдает человека отчаянного и страстного. Длинные волнистые черные волосы дополняли этот несколько зловещий портрет.

И вдруг ее осенило — он ведь так притягивает ее к себе потому, что прошел через те же испытания, что и она, и набил точно такие же шишки. Он, сам того не подозревая, — родственная ей душа.

К несчастью, она ненамеренно разбудила в нем воинственный пыл. Поскольку ее появление имело отношение к его дочери, он становился вдвойне опасным. Она зажмурилась, призывая на помощь все свои силы. Надо скорее исправлять ситуацию, так как этот человек явно не любит проигрывать.

Глубоко вздохнув, она посмотрела на него. Он молчал, но и без слов было понятно, как он разгневан. Того и гляди бросит ее на растерзание толпе. Что же все-таки происходит? Каким образом она из постороннего наблюдателя превратилась в центральную фигуру этого циркового представления с участием репортеров?

— Пожалуйста, — просящим тоном прошептала Джей, крепче прижимая к себе девочку.

Но он оставил эту мольбу без ответа и, выхватив из ее рук свою дочь, посадил ребенка к себе на плечо. А затем… его тяжелая рука обняла ее. У Джей ужас сменился облегчением. Казалось, она обрела наконец защитника. Крепко прижимая к себе Джей, Рейвен стал медленно пробираться сквозь толпу. В последний момент она вспомнила о портфеле и подхватила его с пола.

Рейвен провел их в конец холла. Репортеры, крича, двигались следом. Не успели они подойти к лифту, как раскрылись двери и появились человек пять охранников.

— Простите, шеф, — задыхаясь, произнес один из них. — Эта проклятая машина застряла на полпути. А ваш компьютер твердил, что мы совершаем какую-то ошибку.

— Избавьте нас от посетителей, — приказал Рейвен и ввел женщину и ребенка в кабину лифта. — В мой кабинет, — произнес он, когда дверцы сомкнулись.

К изумлению Джей, прозвучал голос Джем.

— ХОРОШО, МИСТЕР СЬЕРРА. ЧЕРЕЗ МИНУТУ СОРОК ПЯТЬ-СОРОК СЕМЬ СЕКУНД ВЫ ТУДА ПРИБУДЕТЕ.

— Джем, что ты здесь делаешь? — спросила удивленная Джей.

— ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕДСТАВЬТЕСЬ.

— Это я, Джей Ранделл.

— СЕЙЧАС ПРОВЕРЮ. — Из динамиков раздались пронзительные сигналы, затем Джем произнесла:

— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КОНСОРЦИУМ СЬЕРРЫ, МИСС РАНДЕЛЛ. КАК ПРОШЛО ВАШЕ ПУТЕШЕСТВИЕ?

— Прекрати болтать, Джем, — вмешался Рейвен.

— ЗАМЕЧАНИЕ НЕПОНЯТНО. ПРОСЬБА ПЕРЕФРАЗИРОВАТЬ.

— Замолкни! — рявкнул Рейвен. — Ясно?

— ХОРОШО, МИСТЕР СЬЕРРА. ЗАМОЛКАЮ.

Он повернулся к Джей, и она приготовилась отразить атаку.

— Теперь ваша очередь, милочка. Что, черт возьми, вы здесь делаете? И откуда вам известно про Джем? Вы связаны с МОС?

— МОС? — не поняла она.

— Международные охранные системы — компания Ника Колтера. Они изобрели этот компьютер.

— О, нет. Мы только недавно купили эту систему. Видно, они для всех программ используют один и тот же голос.

Ответ его удовлетворил, но он продолжил:

— Чудесно. А вы, простите, кто и что здесь делаете?

— Я — Джей Ранделл. Я работаю у Блакстона.

Это фирма из Сиэтла, принадлежащая Матиасу Блакстону. Она занимается поставками…

— Блакстон! Сукин… — Рейвен замолчал, бросив взгляд на дочь, и уже тише спросил:

— Значит, это он все устроил?

— Что устроил?

— Вас. Устроил ваш приезд.

Внутренний голос подсказывал: «Отрицай все», но… у нее есть задание, которое необходимо выполнить.

— Да, меня послал он.

Рейвен придвинулся, и сразу в просторном лифте стало тесно. Мужчина навис над Джей и не спускал с нее пронзительного взгляда.

— Что ж, неситесь обратно в Сиэтл и скажите своему боссу, что мой ответ не изменился.

Ничего не понимая, Джей уставилась на него. Она здесь всего пятнадцать минут и уже умудрилась провалить свое первое рождественское задание.

— Вы хотите, чтобы я уехала? В ту же секунду расплакалась Ривер и стала отчаянно трясти отца за ремень брюк.

— Папа! Не отсылай! Она приехала, чтобы исполнить мое желание. Не отпускай ее.

Выражение его лица мгновенно преобразилось: ярость сменилась беспокойством.

— Какое желание, голубушка? О чем ты? Ривер поплотнее прижала к себе тряпичную куклу и виновато взглянула сначала на отца, затем на Джей.

— Желание на мой день рождения. Я загадала желание, а Юстис приехала, чтобы оно исполнилось. Она так сказала.

— Кто такая Юстис? Ривер указала на Джей.

— Вот Юстис. Разве ты не помнишь? Она — фея из моей книжки.

Джей с трудом смогла проглотить слюну. Ух!

Положение осложняется.

— Я не фея, милочка. Я — просто человек, — сказала она Ривер.

Девочку это не убедило, но она не успела возразить, так как дверцы распахнулись. Джей вышла из лифта в большой пустой вестибюль и повернулась к Рейвену.

— Послушайте… Произошло какое-то недоразумение. Давайте присядем и все выясним.

— Согласен. — Рейвен поставил дочку на пол. — Обсудим все сейчас же, чтобы вы могли успеть на ближайший рейс. — Ривер снова начала плакать. Тогда он указал на высокую дверь, представляющую собой деревянную мозаику: из светлых и темных кусочков дерева был сложен затейливый рисунок, в котором Джей сразу разглядела ворона. — Подождите меня в кабинете.

Не говоря ни слова, она открыла дверь, оставив отца с дочкой вдвоем. Кабинет походил на кабинет ее зятя. Как и Матиас, Рейвен не любил изобилия расцветок. Но если в кабинете Блакстона было всего два цвета — черный и белый, то здесь дерево удачно сочеталось с белыми стенами и сизовато-серым берберским ковром, что создавало в комнате уют. Как неожиданно, подумала Джей.

Поверхность письменного стола была инкрустирована так же, как и дверь. Чудесно подобранные кусочки дерева покрывало тяжелое стекло. Джей стала разглядывать и заметила то, чего не увидела раньше: над бурлящим ручьем летел ворон; он так широко раскинул крылья, словно собирался накрыть ими всю поверхность воды. Символизировала ли вода его дочь Ривер [2] ? Похоже, что и у такого сурового человека есть уязвимые места.

2

«River» (англ.) — река.