Роковое место
Шрифт:
Разговаривая, Багина то и дело с интересом поглядывала на изображавшего беспечное равнодушие Голубева, будто хотела понять, ради чего молчаливый вахлак приперся в ее фешенебельную квартиру. Заметив косые взгляды подруги, Живанкова с шаловливой гордостью сказала:
– Это мой новый бойфренд. Его зовут Слава.
Багина иронично улыбнулась:
– Поздравляю. Игорешу Купчика кинула?
– С Игорешей у нас свободный брак, и Купчик мой спонсор-кормилец.
– В редакции опять не платят?
– Третий месяц редакционные финансы поют романсы. Только на выпуск газеты денег хватает.
– Не расстраивайся. Скажи Игореше, пусть фантазирует. Найду другого кандидата.
– Я, конечно, на тебя надеюсь, но и сама решила не дремать. В соавторстве со Славой сочиню крутой детективный роман. Вначале напечатаем его с продолжением в нашей газете. Увеличится тираж, появятся дополнительные деньги на зарплату. После издадим книгой – опять навар. Хочешь стать прототипом главной героини?
– Любопытно, как ты меня изобразишь…
– Во всей красе, как блестящую специалистку по пиар-технологиям. А чтобы читатели не тыкали пальцем, изменим начальные буквы в имени и фамилии.
– Что из этого выйдет?
– Скажем, Лада Вагина. Звучит?
– Это слишком узнаваемо будет, – с лукавой улыбкой сказала Багина. – Лучше измени среднюю букву в другой фамилии… Сделай меня Ладой Чехуяковой.
Живанкова, недолго подумав, закрутила головой:
– Неблагозвучная фамилия получается. Издатели нас неправильно поймут.
Багина внезапно расхохоталась:
– Ох, проказница Элька… вы с Игорешей… два сапога – пара лаптей. Зачем мозги мне морочишь? Как только ты завела разговор о Чешуякове, я сразу догадалась, что твой новый «бойфренд» либо из прокуратуры, либо из Управления по борьбе с организованной преступностью, – Влада посмотрела Голубеву в глаза: – Так, Слава, или чуть ошибаюсь?
Голубев улыбнулся:
– Самую чуточку. Я из уголовного розыска.
Багина словно с облегчением вздохнула:
– Ну, вот и разобрались, кто есть кто.
Живанкова смущенно опустила глаза:
– Извини, Владка, что так глупо получилось. Совсем не хотела тебя обидеть. Ты ведь меня знаешь…
– Знаю, язык у тебя без костей.
– Зачем же рассказала свою тайну?
– Не с кем было душу облегчить, – Влада грустно улыбнулась. – Не расстраивайся, Эля, попусту. Мне нравится, когда ты несешь безобидную чепуху.
– Правда, не обижаешься?
– О, святая простота, на тебя невозможно обижаться, – Багина достала из пачки сигарету. Щелкнув зажигалкой, прикурила и после трех коротких затяжек посмотрела на Голубева. – Я готова к серьезному разговору. Что вас интересует?
– Правда и только правда, – сказал Слава.
– Скрывать мне нечего. Постараюсь быть искренней.
Рассказанное Багиной о столкновении с мотоциклом во всех деталях совпадало с тем, что Голубев узнал от Живанковой. Добавила она лишь то, что актриса Егошина была в рыжем парике и сидела с художником Питеровым на заднем сиденье джипа с правой стороны. Прислушиваясь к интонациям спокойного грудного голоса, Слава не уловил фальши. Чувствовалось только, что разговор этот для Влады неприятен, и, когда повествование коснулось ее интимных отношений
с Чешуяковым, она заговорила с иронией, как будто осуждала свою уступчивость любовным притязаниям пожилого шефа.– Есть ли, по вашему мнению, какая связь между гибелью Суханова и убийством Чешуякова? – спросил Слава.
– В том, что Суханов погиб по чистой случайности, точнее сказать, из-за собственной невнимательности при управлении мотоциклом, не сомневаюсь. Эта жуткая трагедия оставила на моей щеке след… – Багина притушила в пепельнице окурок сигареты. – А об убийстве Чешуякова мне ничего не известно. Поэтому не могу сказать на ваш вопрос ни «да», ни «нет».
– Не знаете, с какой целью Чешуяков на другой день после аварии поехал в спорткомплекс?
– О своих целях Федор Павлович никогда не распространялся. Утром он позвонил мне и спросил, как себя чувствую. Ответила, что сижу с заплаткой на щеке и не знаю, как в таком виде появляться на работе. Чешуяков на это заявил буквально следующее: «Оставайся дома, пока щека не заживет. Приказ на месячный отпуск подпишу сегодня же. Постарайся к началу выборной кампании быть в форме». А уже в конце дня позвонили из фонда и сказали, что, по сообщению Ахмета Полеева, шеф и его шофер Вася Цикалов убиты неподалеку от спорткомплекса.
Примолкшая было Живанкова не удержалась от вопроса:
– Влада, неужели Хватов при телефонном разговоре не рассказал тебе подробностей?
– Эля, Хватов сам ничего не знает, – в тон ей ответила Багина.
– О чем же вы тогда говорили?
– Да ни о чем. Хватова интересовало, не было ли за то время, пока он находился в Москве, каких-либо наездов на шефа. Я ответила, что мне ни о каких «наездах» не известно. Коротко сказала о намерении Чешуякова участвовать в губернаторских выборах.
– И все?
– Все, Элечка.
– Удивительно. Виталя ведь до самозабвения обожает потрепаться о себе любимом.
– Сейчас ему не до трепа. При Чешуякове он жил, словно у Христа за пазухой, а как сложатся отношения с новым шефом, кто знает…
– Сам Хватов не метит на место шефа? – спросил Голубев.
Багина усмехнулась:
– Помните, как рабочий зоопарка ответил на вопрос: съедает ли слон полагающийся ему рацион?… «Съесть-то он съест, да кто ж ему даст». Вот и с Хватовым так. Без влиятельной протекции на такую должность кого попало не назначают.
– Есть другие претенденты, пользующиеся покровительством высоких чиновников?
– Наверняка будут, но, кому подвалит счастье возглавить денежную фирму, угадать трудно.
– Хотя бы предположительно кого-то из них можете назвать?
– Самым подходящим, по-моему, является нынешний вице-президент фонда, то есть заместитель Чешуякова, Олег Иванович Лобастов, но не знаю, согласится ли он взять на себя такую ношу.
– Охарактеризуйте его вкратце.
– Тридцатипятилетний холостяк. Заслуженный мастер спорта по пулевой стрельбе. Двукратный олимпийский чемпион. Умеет ладить с коллективом. Не заносчив, хорошо образован, интеллигентен и внешне приятен. Сейчас отдыхает на Канарских островах. Недостаток, пожалуй, один: не любит хозяйственную деятельность. А у фонда «Парус» богатство солидное.