Роковое пари
Шрифт:
— Ты невероятно мила, Кира, — потупив взгляд, без зазрений совести вру я. — Но всё моё время отнимает учёба, школьная газета и работа в канцелярии. Боюсь, тебе будет со мной скучно.
— Глупости! — отмахивается она, начиная действовать мне на нервы. — Ты очень интересная личность. Мы могли бы говорить о том, что советует тебе папа для того, чтобы оставаться человеком с благочестивыми помыслами. Это очень интересно и правильно!
Ага, а это уже издёвки. Могла бы и получше скрыть в своём голосе пренебрежение.
Жаль нельзя отшить её, как Лейна — Додсон та ещё сплетница, а
— Хочешь я прямо сейчас прочту тебе одну из заповедей, что любит мне читать папа? — с энтузиазмом предлагаю я.
Додсон не удаётся скрыть ужаса на своём лице, но от ответа её спасает Лейн.
Не Ронни, слава Господу, а Бонни.
Девчонка осторожно входит в кабинет и, подозрительно поглядывая то на меня, то на Киру, спрашивает:
— Кира? Что ты тут делаешь? Здравствуй, Мелисса.
Додсон заметно пугается и начинает сбивчиво оправдываться:
— Мы тут с Мелиссой... обсуждали... обсуждали предстоящий забег твоего брата. Она показывала мне фото с предыдущих соревнований... Это так интересно!
— Ясно, — медленно кивает Бонни и берёт Додсон за руку. — Пойдём, я хотела с тобой поговорить. Извини нас, Мелисса.
Извинить, поблагодарить, расцеловать — я готова на всё в награду за то, что она избавила меня от общества своей подружки. Но... Должна признать, что меня вновь настораживает вся ситуация в целом. С учётом, что Бонни, двигаясь вдоль коридора, склонилась к Додсон и что-то горячо ей выговаривает.
Впрочем, нужно вернуться к работе и, наконец, отобрать единственное фото для статьи Поли, чтобы больше не вспоминать о чёртовом Лейне.
Вот только он сам и не думает прекращать напоминать мне о себе...
Начнём с того, что я нахожу в своём шкафчике романтическую записку. Слащавая цитата неизвестного мне автора и самоуверенная приписка от Лейна. Такая глупость. Но такая милая, что я против воли улыбаюсь.
Дальше, Томи Браун на уроке литературы, на которую мы ходим вместе, передаёт мне плитку шоколада от своего друга. Внутри обёртки я нахожу клочок бумаги с вопросом о свидании. Удручённо качаю головой — это же как нужно было постараться, чтобы оставить записку внутри запакованной шоколадки...
Но, Господи, почему?
С чего вдруг такой интерес ко мне?
Мне не нужно ничего такого. Мне не до свиданий, не до романтических записок и уж тем более, не до отношений. Сейчас мне важно сосредоточится на поступлении в КелАрт*, это моя единственная мечта, цель, сама жизнь!
А прочих волнений и тревог мне и так хватает.
Но откуда это знать несносному Ронни Лейну, верно?
В конце дня он застаёт меня в одиночестве на месте миссис Вонг в приёмной директора. Облокачивается на стойку и широко улыбается. И что-то такое есть в этой его дерзкой улыбке... Что-то, что приятно отзывается в сердце.
Но я не подаю вида.
— Опять нагоняешь интригу, Лейн? — смотрю я на него исподлобья.
— Не угадала, — хмыкает он. — Теперь этим занимаешься ты, Коллинз.
— Что ты имеешь ввиду? — невинно интересуюсь я.
— Шоколад понравился? — сужает он глаза.
— Прости, Лейн, но я
не ем шоколад, — нагло вру я и пожимаю плечами. — Аллергия.— Серьёзно? — вытягивается его лицо, и я едва не прыскаю от смеха — таким растерянным он выглядит.
Впрочем, парень быстро берёт себя в руки и начинает обходить угловую стойку. Что меня, нужно признать, тревожит.
— Я не шутил по поводу свидания, Коллинз, — негромко сообщает он по пути. — Наша сегодняшняя встреча... Ты меня заинтриговала. — Лейн останавливается напротив офисного кресла, на котором я сижу, и, медленно склонившись, обхватывает пальцами подлокотники. Я вытягиваюсь стрункой, вжавшись в спинку стула. Лейн продолжает: — Мне бы хотелось познакомиться с тобой ближе, Мелисса.
Господи, зачем он так произнёс моё имя? Шёпотом, мягко и доверительно. Я ведь вовсе не железная...
— Насколько ближе, Лейн? — так не кстати дрожит мой голос. — Сообщая тебе о том, что я вовсе не святая я имела ввиду не то, что ты подумал.
— Ты знаешь, что я подумал?
Резонно.
— Не трудно догадаться.
— Допустим. Тогда, что ты имела ввиду сегодня утром? — дерзко блестят голубые глаза.
Я дергаю ногой в районе его паха. Немного резковато, но сгодится.
— То, что легко могу врезать тебе между ног, если понадобится.
У Лейна вырывается смешок. Затем ещё один. И ещё. Просмеявшись, он вновь смотрит мне в глаза и обещает на полном серьёзе:
— Не понадобится. Даю слово.
Врёт или нет? Хочу ли я ему поверить?..
Впрочем, мне всё это не нужно. Да.
Я отворачиваюсь в сторону и с усилием разворачиваю кресло к столу, вынуждая Лейна отступить. Сообщаю за плечо чистую правду:
— Я не хожу на свидания, Лейн. Вообще.
— Почему?
А вот здесь приходится соврать, что давно удаётся мне с невероятной лёгкостью:
— Папа запрещает. Он человек старой закалки... набожный, что тебе и так известно. Он совершенно не доверяет нынешним подросткам-мальчикам. Его слова. В общем, тебе и правда стоит держаться от меня подальше.
Лейн хранит молчание, пока я складываю в стопку бланки с успеваемостью старшеклассников, чьи фамилии начинаются на букву «К», а затем задаёт вопрос, который заставляет моё сердце тревожно замереть:
— Но ты же представляла своё идеальное свидание? Какое оно?
Похожее на первое свидание мамы и папы...
Я ловлю себя на том, что тянусь одной рукой к запястью другой, и, взяв себя в руки, снова берусь за бумаги:
— Нет. Не представляла.
— Врёшь, Коллинз, — раздаётся возле уха, отчего я вздрагиваю.
К счастью, в приёмную возвращается миссис Вонг. К несчастью, она видит Лейна, склонившегося возле меня.
— Почему вы находитесь за моей стойкой, молодой человек? — строго спрашивает она с порога, меряет меня обеспокоенным взглядом и приказывает Лейну: — Сейчас же выйди оттуда!
Лейн усмехается, но приказ выполняет, правда, негромко предупреждает меня напоследок:
— Мы не закончили, Коллинз.
Руки так и чешутся снова показать ему средний палец, но я ведь прилежная ученица и хорошая девочка, которая и помыслить не смеет о чём-то настолько оскорбительном.