С..а - любовь

Ее последние слова разбивают мне сердце и побуждают задать следующий вопрос.

— Ты сказала, что все началось как часть исследования. Значит, исследование феномена объятий закончилось и трансформировалось во что-то еще. Тогда почему ты продолжаешь это делать?

— Потому что это напоминает мне о том, что я не одинока. — В ее голосе звучит грусть и страх — то, что я не могу игнорировать.

Поэтому я поворачиваюсь и, не раздумывая, обнимаю ее.

— Ты не одинока, — шепчу я. Фейт, также не раздумывая, обнимает меня в ответ. Я мысленно представляю себе, как она обнимала на пляже Киру. Я знаю, как это выглядит, а теперь знаю, как ощущается — сильным и всеохватывающим снаружи, но мягким и нежным внутри. Я чувствую, как напрягаются ее мышцы, потому что они воспринимают это серьезно. Я чувствую, как с каждым ее вдохом и выдохом умиротворенность и спокойствие Фейт наполняют меня. Физически я гораздо массивнее, но она словно обволакивает меня всем своим существом. Своей энергией. Я каждый день несколько раз обнимаю своих детей, но прошли годы с тех пор, как делал это со взрослым. Миранда никогда не была любительницей объятий.

Где-то через минуту мы отстраняемся друг от друга, и Фейт улыбается мне со слезами на глазах.

— Спасибо. Наверное, тебе тоже нужна табличка. — Она хлюпает носом и тычет в меня пальцем. — У тебя отлично получается.

— Правда?

— Я переобнимала множество людей, Шеймус. Ты только что занял верхнюю строчку в моем списке. — Ее глаза говорят мне, что это правда.

Я киваю и хочу сказать ей, что после детей, чьи объятия самые ценные вещи в моей жизни, ее — лучшие из всех, что у меня были.

Самые лучшие.

До этого я не знал людей, которые могли бы обнимать твою душу своей.

Фейт может.

Глава 20

Он больше не идеальный

Миранда

Флешбэк

— Миссис Макинтайр, вам срочный звонок из школы Шеймуса. Думаю, вы должны принять его, — говорит Джастин, моя ассистентка, стоя в дверном проеме моего кабинета. Ее голос звучит взволнованно и озабоченно.

У меня нет времени для беспокойства.

— Пусть оставят сообщение, — отдаю приказ я.

— Это Шеймус. Его забрали в больницу. — Я поднимаю голову и вижу, что она сверлит меня своим взглядом.

Я вздыхаю. Первой мыслью становится то, что придется раньше уходить с работы и забирать мальчиков из садика. А я не помню где их садик. Черт возьми, у меня нет на это времени.

— Соедини меня, — раздраженно говорю я.

— Миссис Макинтайр? Это Джанет. — Она говорит так, как будто я должна знать кто она такая.

— У меня нет времени на болтовню. Что случилось? — спрашиваю я, одновременно просматривая почту на ноутбуке.

Я слышу, что она ошеломлена даже по телефону.

— Это касается Шеймуса. Его забрали в больницу. Он говорит, что не чувствует ног и что это началось утром. Он напуган и попросил позвонить вам, потому что вы так и не ответили на его сообщения на мобильный.

Я поднимаю со стола телефон и смотрю на пропущенные звонки и голосовые сообщения. Двенадцать. Все от Шеймуса. Снова кладу его на место.

— Я была занята. Встречи и дела компании, — ровно говорю я. Как она смеет так разговаривать со мной.

— Он находится в центральной больнице, — добавляет она.

Я молча кладу трубку и смотрю на время на экране ноутбука. Четыре часа. Садик работает до семи. Наверное. Я нажимаю на кнопку на коммутаторе¹⁰, чтобы вызвать Джастин.

— Да? — спрашивает она, все еще взволнованным голосом.

— Узнай, в какой садик ходят мальчика. И во сколько они закрываются. — Сказав это, отпускаю кнопку.

Через десять минут раздается звонок от Джастин. Я поднимаю трубку, и она сразу же начинает говорить, потому что знает, что я не люблю тратить время на приветствия.

— Садик называется «Большие сердца». У меня есть адрес и телефон. Они работают до половины шестого.

— До половины шестого? — недоверчиво интересуюсь я. — Так не может быть. Перезвони, тут, должно быть, какая-то ошибка.

— Я только что звонила им, и они подтвердили, что закрываются в пять тридцать, — вызывающе произносит она. Джастин — девушка напористая и прямолинейная, что мне обычно нравится, потому что она использует эти качества на других и в мою пользу. Но меня совершенно не устраивает, когда все становится ровно наоборот.

— Перезвони. Еще раз, — сквозь сжатые зубы произношу я.

Джастин снова перезванивает в садик. А потом мне. Пять тридцать. Черт. У меня нет на это времени. Мне нужно ответить на письма, закончить отчет и отправить его Лорену до полуночи.

Я уезжаю из офиса в пять тридцать, чтобы забрать мальчиков.

Когда я появляюсь в садике, на часах уже шесть. Меня приветствует женщина, которая сидит в кресле со спящим на ее коленях Рори.

— Чем могу помочь? — измученно, но со спокойствием, которое могут демонстрировать незнакомцам только искренние и любящие сердца, спрашивает она. «Какая дура», — думаю я.

— Вы держите моего сына.

Как только я произношу это, из-за двери с надписью «Для мальчиков» появляется Кай. Наверное, это туалет.

— Где папа? — шокировано спрашивает он.

— В больнице. Собирай вещи. Быстрее. Нам нужно уходить. — Наверное, стоило быть помягче, чтобы не пугать его, но я слишком раздражена.

— В больнице? — робко произносит он. Кай всегда был мягкосердечным. Как его отец, в нем нет ни капли от меня.

— Да, поторопись.

Женщина смотрит на меня так, как будто проезжает мимо ужасной автокатастрофы — челюсть отвисла, а глаза чуть не вываливаются из орбит.

— Боже мой, Шеймус в порядке? — дрожащим голосом спрашивает она. — Я пыталась позвонить ему на мобильный, но он не отвечал. Это так непохоже на него. Потом я пыталась связаться с вами, миссис Макинтайр, но тоже неудачно.

Когда я ехала сюда, у меня в сумке звонил телефон. Но я проигнорировала его, поэтому приходится лгать.

— Мне никто не звонил. Наверное, неправильный номер.

— Он в порядке? — повторяет она.

— Не знаю. Уверена, что в порядке. Его жизни ничего не угрожает, если вы спрашиваете об этом. — Отсутствие чувствительности не значит, что он на грани смерти.

Она как-то странно смотрит на меня, явно удивляясь моему спокойствию, и говорит:

— Мне нужно увидеть ваше удостоверение личности, чтобы отпустить мальчиков.

Я поднимаю голову к потолку, начиная раздражаться все больше и больше.

— Черт возьми, я их мать. Зачем вам мое удостоверение личности?

— Того требуют правила безопасности, — отвечает она, беря Рори на руки и вставая.

Я роюсь в сумке в поисках кошелька и одновременно инструктирую ее:

— Разбудите его и поставьте на пол.