Сдавайся
Шрифт:
— Я не иду в «Вэндэл Чемберс». — Он отсалютовал пивом и сделал глоток.
— А куда идешь? — Анна-Луиза округлила глаза.
— Неважно. Но не в «Вэндэл Чемберс».
— То есть отец нашел тебе сразу две стажировки на выбор? — Роланд взъерошил светлые волосы. — Охрене-е-еть ты везунчик…
Боже, они жалкие. Оба.
— А без отца я, по-твоему, не могу найти стажировку? — Сэт сухо хохотнул. — Серьезно?
На его колено легла женская ладошка.
— Да нет, что ты! — Анна-Луиза подалась к нему и осторожно из-под бровей заглянула в глаза. — Уж ты-то, конечно, можешь.
Так искренне, будто она не знала о
Отвратительно. Все они отвратительны. Вот поэтому с юристами невозможно общаться и нельзя дружить. Здесь есть только конкуренция. И отец еще удивляется, как можно проводить всё время с «циркачами»? Эти «циркачи», по крайней мере, ничего не хотят взамен. Они искренне шумят, смеются, рыдают. Никто из них ни разу не попытался воспользоваться знакомством даже зная, что в компанию затесался магистр права…
Черт, даже та самая искренняя, забористая ненависть, лучше, чем вот это…
Сэт скрипнул зубами. Пауза затянулась. Роланд за плечом кашлянул, напомнив о себе. Хотя кто бы о нём забыл?
— Ладно, я, наверное, вернусь к нашим. — Он нервно усмехнулся. — Но ты всё равно подумай, ладно?
Сэт не стал оборачиваться. Зачем?
— Ага. — Он махнул двумя пальцами. — Обязательно буду иметь тебя в виду.
Шаги Роланда утонули в гуле и храпе пьяного барристера на соседнем стуле. А вот Анна-Луиза осталась. Ее присутствие осязаемо проникло под рубашку и облепило кожу.
— Ну ты что, обиделся? — Её стул проехал по полу, и боковое зрение уловило движение совсем рядом.
То есть она не поняла? Сэт скептически хмыкнул.
— Ты уже спрашивала. — Он подпер кулаком щеку.
— Роланд болван, ты же знаешь. — Анна-Луиза заговорщически приблизилась к его лицу. — Не обращай на него внимания.
Или же наоборот она всё поняла и решила пойти в обход. Умно.
— Мне глубоко плевать на Роланда. — Сэт поднял раскрытую ладонь, как в зале суда. — Клянусь.
Анна-Луиза просияла и прикусила накрашенную губу.
— Вот и хорошо. Не хочу, чтобы твоё настроение испортилось. — Она положила ладошку на его плечо и мягко, по-дружески сжала.
Она не глупа. Совсем. Отличная попытка уйти от темы, которая ей как будто не важна, но теперь уже так легко она не отделается.
— А как обстоят твои дела со стажировкой? — Сэт сделал глоток, отставил стакан и снова подпер голову кулаком.
Стряхивать с себя женскую ладошку не стал. Но вот она сама соскользнула, и Анна-Луиза с правдоподобным безразличием пожала плечами.
— Жду ответа от двух контор. — Она смахнула с глаз короткую челку. — Конкуренция, ты же понимаешь. Выпускников адвокатур больше, чем мест, так что тебе повезло, что не столкнулся с этими голодными играми. — Ее голос томно опустился. — Но мы не закончили обсуждать твои сильные стороны, когда подошел Роланд. — Взгляд стрелой метнулся к брюкам Сэта, и обратно на лицо
Ювелирная подводка. Лицемерие высшего уровня.
— Точно, не закончили. — Он опрокинул в себя остатки пива.
Как далеко она зайдёт? Раздвинет ноги? Познакомит с родителями? А потом невзначай скажет: «Мой милый доверчивый кретин, меня всё-таки не взяли на стажировку»… Идеальный план. Отцу очень понравилась бы такая подружка-адвокатесса.
Он бы даже не поленился пристроить ее к своему Бернарду-как-там-его, просто чтобы она не сбежала к кому-то другому и не вернула в жизнь Сэта «циркачей».Сэт подавил саркастичный смешок.
А Анна-Луиза снова осторожно коснулась его ладони.
— Не хочешь уйти отсюда? Здесь становится слишком шумно…
Мерзкое ощущение прилипло к коже. Отвращение затопили всё внутри.
Лицемерие — отличное качество для барристера, и Анна-Лиза явно далеко пойдёт. Переступит через конкурентов, размажет каблуками… Сэт поморщился. Наверное, всё-таки стоит трахнуть ее и оставить ни с чем. Просто в наказание. Она симпатичная, это будет даже неплохо. Прямо тут, в туалете, незачем далеко ходить. И кто в итоге останется в выигрыше?
Сэт открыл было рот, чтобы ответить, но по брюкам прошла вибрация.
Ч-ч-черт.
Он дёрнулся, сунул руку в карман и вытащил мобильник. Бросил взгляд на экран.
Отец:
«Сдал?»
Палец замер. Тело окаменело. Звуки стихли.
Секунда.
И жизнь вокруг снова включилась: гул голосов, храп соседа-барристера, звон посуды, смех… В ушах зашумела кровь. И зачем так нервно реагировать? Это всего лишь сообщение в месседжере. От человека, о котором сам Сэт только недавно думал. Наверняка ему мама рассказала. А иначе откуда он знает, и с чего вдруг такой интерес? Сам Сэт не общался с ним две недели. Две недели тишины и чего-то вроде спокойствия, хотя на самом деле это скорее затишье перед штормом.
Сэт нахмурился и осторожно вошел в диалог. Кое-как попадая по кнопкам, набросал: «Да». Вдавил палец в самолётик и лихорадочно уставился в экран. Раздражение заставило руки мелко подрагивать. Или всё-таки три больших бокала пива. Кто знает? Анна-Луиза осторожно покашляла, напоминая о себе. Сэт мельком бросил на неё взгляд, но вот на экране забегали точки ответа, и телефон снова вздрогнул.
Отец:
«Бернард хочет назначить новый день для собеседования».
Во рту появился привкус горечи. Конечно, зачем поздравлять сына? Высказывать одобрение? Бред какой. Главное в этой жизни Бернард и их общий план на жизнь Сэта. Он едко усмехнулся и потянулся за бокалом. Уже пустым, мать его. Даже запить это дерьмо нечем. Он снова уставился в экран и пробежал пальцами по клавиатуре.
Сэт:
«А я не хочу».
Почему-то в глубине души еще жила надежда, что тот разговор в ресторане закрыл тему раз и навсегда. Но…
Отец:
«А меня не волнует».
На шее бешено забился пульс. Дерьмо. Сраное дерьмо! Из горла вырвался очередной горький смешок, пальцы снова на автопилоте сжали пустой бокал. Анна-Луиза снова кашлянула, и этот звук полоснул по нервам.
— Так мы уходим? — Она натянула на лицо улыбку.
Сэт отбросил телефон на стойку, оперся на неё локтями и закрыл лицо ладонями. Сильно потёр его, помассировал веки. Глубоко втянул носом воздух и судорожно выдохнул.