Седьмой

– Доброе утро, Дэниел! Доброе утро, девочки! Рада видеть вас в добром здравии и в хорошем настроении!

Мы поздоровались в ответ. И тут же были «разбросаны» в разные стороны поднявшимся ураганом: Ти’Шарли, извинившись передо мной, подхватила Музу под локоток и отвела в одну сторону, глава СОК повторила то же самое с Богиней, а меня взяли в оборот «пассажиры».

– Здравствуйте, Дэниел Ромм, Седьмой, «Конкистадор»! – лязгнул сталью в голосе «воин в женском теле». – Позвольте представиться – Доттер Рраг Ти’Оссер!

– Оллия Маура Ти’Лаути… – проворковала вторая. – Искренне рада с вами познакомиться!

И имена, и стиль общения настолько соответствовали внешности, что мне пришлось давить в себе веселье, прежде чем что-либо ответить. Тратить время на пустопорожние разговоры дамы и не подумали – дослушав речь до конца, они одарили меня вымораживающей и обжигающей улыбками, увидели, что к нам приближается королева, извинились и ушли занимать места в лимузине. Через пару секунд туда же унеслись и мои красавицы. Причем первая тащила к флаеру явно бронированный кейс, а вторая была чем-то основательно загружена. Однако разобраться, какое именно чувство превалирует во взгляде и пластике движений младшенькой я не успел – около меня возникла Альери, выполнила свой фирменный захват под локоть и увлекла в прогулку по ангару:

– Дэниел, хочу снова выразить свою благодарность. Твое вчерашнее предположение оказалось верным, а главное, более чем своевременным. В итоге проблема решена, надеюсь, навсегда, а я перед тобой опять в неоплатном долгу.

– Какие могут быть долги между друзьями? – мягко улыбнулся я. А сам в это время прокручивал в голове десятки вариантов возможных «проблем», путей их решения и потенциально возможных негативных последствий для Чистюли.

– Долги жизни! – отрезала Ти’Шарли. Потом сообразила, что эта фраза прозвучала резковато, виновато прикоснулась левой рукой к моему предплечью и заглянула мне в глаза: – Прости, ночка выдалась… довольно неприятной! Да и пребывание в медкапсуле настроения не прибавляет.

– Что-нибудь серьезное? – встревожился я.

– Да нет, мелочи. Взбесил сам факт покушения!

– Ваше величество, может, мне…

– Наедине и в присутствии Аннеке можешь называть меня по имени! – перебила меня она. Потом хмыкнула и поправилась: – И опять прости: не «можешь называть», а «называй меня, пожалуйста, так мне будет намного приятнее»!

– Почту за честь!

– Сказал бы лучше «хорошо!» или «с удовольствием»… – расстроено буркнула королева, и я вдруг почувствовал, насколько она устала.

– Я не пытаюсь играть в придворного. Просто чем лучше вас узнаю, тем больше уважаю. Поэтому действительно «почту за честь». А еще буду рад, если вы, Альери, не забудете о нас сразу после того, как «Непоседа» уйдет в гипер. И будете жаловаться на жизнь или вредность любимой подруги хотя бы раз в неделю.

Немудреная шутка заставила Ти’Шарли слегка расслабиться и на какое-то время забыть про груз еще не решенных проблем:

– А не боишься? Вдруг я начну плакаться, войду во вкус и буду слать сообщения каждые полчаса?!

– Нисколько: если я не справлюсь с сопереживанием сам, то попрошу помощи у супруг. Не хватит сострадания в трех наших душах, обращусь к Оллии Мауре Ти’Лаути!

– К кому?! – изумленно вытаращилась на меня королева, а потом расхохоталась на весь ангар: – К Оллии?! За состраданием?! А-ха-ха!!!

– А что, она его оставила дома? – понимая, что со своей оценкой «олицетворения доброты и всепрощения» основательно пролетел, спросил я.

– В некоторых кругах эту Ти’Лаути вполне заслуженно называют Удавкой! – смахнув слезинки с уголков глаз, хихикнула Альери. Потом заметила, что мы почти дошли до конца ангара, и развернула меня в противоположном направлении: – Так что если у нее когда-то и было это самое сострадание, то оно потерялось еще в младенчестве!

– Что ж, тогда справимся сами! – пообещал я…

…Во время перелета к космодрому «Ти’Шарли» Удавка никак не проявила свой настоящий нрав – получала удовольствие от легкого и необременительного трепа с моими супругами, с неподдельным интересом расспрашивала меня об Эррате и искренне расстраивалась, что никак не могла втянуть в беседу свою спутницу. Когда лимузин приземлился рядом с «Непоседой», и мы выбрались из салона, заинтересованно оглядела корабль и уставилась на изображение дикаря с дубиной таким восторженным взглядом, что я чуть не зааплодировал. И мысленно напрягся – с личностью, способной играть на таком уровне, следовало быть чрезвычайно осторожным.

Через пару минут, когда к нам подлетел контейнер с личными вещами этой парочки, я не поверил своим глазам – у каждой из них оказалось всего по одной сумке! Причем по сумке, лишь раза в полтора больше, чем кейс в руках Богини!

Дальше стало еще интереснее – стоило мне подхватить их личные вещи, опустить платформу и подойти к ней, как обе женщины оказались рядом. И сначала принесли временную клятву безусловного подчинения, а потом на полном серьезе попросили разрешения взойти на борт корабля. Оказавшись в «солнышке», вытянулись по стойке «смирно», дождались, пока я покажу дверь их каюты, и потребовали озвучить их права и обязанности на время полета! Что интересно, никакой наигранности в их поведении и жестах не чувствовалось: по моим ощущениям, за плечами каждой из них был не один год службы в ВКС. И службы далеко не «кабинетной»!

Пришлось перестраиваться на ходу:

– Какими военно-учетными специальностями владеете?

– Оператор оружейных систем тяжелого крейсера прорыва, а также координатор ООС уровня флот! – отрапортовала Доттер Рраг. – Ранг освоения специальности – эксперт.

– Оператор систем комплексного технического контроля уровня «флот»! – так же четко сообщила Оллия Маура. – Ранг освоения специальности – эксперт.

Специалисты были о-го-го, поэтому я коротким кивком приказал всем спутницам следовать за собой, а через полминуты, оказавшись в рубке, подошел к левому креслу:

– Место ООС. В красном, оранжевом и желтом режиме по классификации, принятой в КТ, оно является рабочим местом Доттер Рраг Ти’Оссер.

– Принято, командир! – коротко кивнула женщина. – Можно просто Дотти. Или Рраг.

«Учти, рраг – это церемониальный стилет. Тонкий, острый и очень смертоносный. А еще символ редкого упрямства и безжалостности. В общем, прозвище говорящее!» – отписалась в ДС Лани.

Я коротко кивнул в знак того, что понял, и продолжил в том же духе:

– В зеленом режиме вы, Дотти, выделяете по часу в день на обучение Ратианы Новли Ромм. Далее, правое кресло становится рабочим местом…

– …просто Олли, командир! – попросила Ти’Лаути.

– …Олли и Лани! – закончил я.

– Принято, командир! – одновременно отозвались обе названные тэххерки.

Я удовлетворенно кивнул и закончил эту часть разговора:

– Расписание индивидуальных и общих тренировок я доведу до вас после ухода в гипер, а пока прошу следовать за мной.

Спустившись в «солнышко», я остановился перед дверью каюты «пассажирок», повернулся к ним лицом и показал пальцем в потолок: