Седьмой

После разминки Ромм вдумчиво прогнал всех нас по базовой технике и передвижениям, дал десяток связок посложнее, а когда определился с уровнем подготовки Дотти и Олли, вдруг прервал тренировку и обратился к ним с небольшой речью:

– Дамы, вы вложили в свою технику не один год каторжного труда, и это чувствуется: вы быстрые, жесткие и, как я понимаю, неплохо «набитые». Однако я не сторонник боев по принципу «кто кого сломает первым», поэтому учу своих девочек не так, как учили вас: в том, что они отрабатывают, превалируют мягкие блоки и отводы, очень много ударов непривычными для вас ударными поверхностями, захватов, бросков с использованием инерции противника и так далее. Если вы считаете тот путь, по которому вы уже идете, единственно верным, я могу работать в стиле, который вам уже знаком. И, тем самым, помогать двигаться дальше. Если нет, готов предложить, скажем так, апгрейд уже имеющихся навыков.

– А можно посмотреть на вашу систему в действии? – заинтересованно спросила Дотти.

– Само собой! – кивнул Ромм, оглядел нас с Ратианой, понял, что отрабатывать что-либо, пока он дерется, мы не сможем, так как умрем от любопытства, и отправил в дальний угол. Тянуться.

Правила ознакомительного поединка с Рраг в его исполнении звучали коротко и очень емко:

– Нападай. Лучше всего – постепенно наращивая темп…

Она показала взглядом на терминал ВСД, и тут же получила дополнение:

– Защита пока не понадобится.

Пожала плечами, наметила улыбку и подобралась, в мгновение ока превратившись в жесткого и нацеленного на победу бойца. Нет, она не играла, просто привычно перешла в боевой режим, в котором выглядела и чувствовалась именно так. Еще через миг выбросила левую руку в уровень горла Ромма и провалилась. Добавила «двойку» в голову и корпус – «завязла». Попробовала выстрелить той же двойкой, но с добавлением удара голенью по внутренней стороне бедра, но неожиданно для себя оказалась к Дэну спиной и пропустила легкий хлопок по почке.

Удивилась. Повернулась к Дэну лицом, разорвала дистанцию и рванула в следующую атаку. Процентов на двадцать быстрее и акцентированнее первой. Какой планировалась серия ударов я, честно говоря, не поняла, так как сразу после ее удара голенью по бедру и атаки левой рукой в висок Ромм вдруг сократил дистанцию. Практически до предела. И не позволил нанести ни одного удара локтями или коленями!

Когда громила, наконец, позволил Дотти вырваться из ближнего боя, бедная женщина озадаченно потерла подбородок. А он очень благожелательно предложил ей работать на полной скорости и в полную силу, так как «уже приспособился к ее технике и не сделает ей больно»! К моему удивлению, на это заявление среагировала не Рраг, а Олли – сначала полыхнула острым интересом, а затем, судя по характерному «скачку» в эмоциях, ускорила реакцию, впрыснув себе боевой коктейль.

Следующие минуты две с половиной Дотти чувствовала себя несмышленой девчушкой, утопающей в болоте. Меньшая часть ее ударов проваливалась в пустоту. Большая – вязла и теряла силу в мягких блоках, причудливо меняла траектории и приводила в положения, оказываться в которых эта женщина явно не рассчитывала. Потом «пассажирка» начала падать. Мягко, с очень корректными поддержками в тех случаях, когда страховки по каким-то причинам не получались. А когда в ее эмоциях, наконец, появилась растерянность, Ромм пригласил присоединиться к бою и Олли. И тут началось то самое веселье, через которое мы с Рати уже проходили!

Три минуты пятнадцать секунд он творил с ними все, что хотел: сталкивал одну с другой, запутывал их в собственных конечностях и одежде, укладывал друг на друга в самых непотребных позах, «вязал», бросал и так далее. Потом разорвал дистанцию, показал, что бой завершен, и без всякой рисовки пожал плечами:

– В общем, где-то так…

«Единственно верный путь»? Вечно невозмутимая ледышка Дотти полыхнула забавной смесью эмоций из дикого восторга, робкой надежды, недовольства самою собой, неукротимой решимости и чего-то там еще, после чего неуверенно улыбнулась:

– Дэниел, я была бы счастлива попробовать Ваш путь!

– Просто «Дэн». И – «ты»! Мы ведь не в рубке, правда?

– Я просто под впечатлением! – призналась она. И протараторила длиннющее предложение: – Понимаешь, я, дура, мечтала научиться тому переходу с ударом палаша, которым ты зарубил Бешеного Клорха Ти’Вест, а оказалось, что надо было просто попроситься в ученицы!

– Еще одну дуру в ученицы возьмешь? – ехидно спросила Олли, в чувствах которых вместо восторга, надежды, недовольства и решимости чувствовались легкое удовлетворение и интерес. Причем не интерес женщины к мужчине, а интерес ученого, наблюдающего за ходом эксперимента или за подопытным животным!

В первый момент такое отношение к моему мужу порядком взбесило, но потом я вспомнила вечернюю беседу с Дэном, его просьбу не воспринимать поведение этой женщины, как попытку его обидеть или как-то унизить, и сосредоточилась на чувстве удовлетворения. В таком режиме восприятия злость быстро улетучилась, и я смогла сосредоточиться на их беседе. Вернее, на ее последней фразе:

– Что ж, раз решение принято, почему бы нам не перестать бездельничать и не потренироваться?

Следующий час Ромм выжимал из нас все соки. Из нас – это из меня и Рати, так как знал, в какой мы физической форме, уже дал нам некоторый объем базовых навыков и понимал, чем и как нас можно нагрузить. Олли и Дотти он терроризировал существенно мягче, большую часть времени заставляя вникать в смысл исполняемого движения, а не повторять его бездумно десятки или сотни раз. Когда дело дошло до тренировочных поединков, мы с Ратианой похватали свою защиту, а «пассажирки» минут на пять умчались в свою каюту, чтобы слить в синтезатор динамические модели их фигур. А когда вернулись, для меня и Музы начался кошмар.

Почему? Да потому, что Дэн постоянно ставил нас в пары со старшими, которые были намного жестче, опытнее и сильнее нас, давая возможность «накатать» уже изученные элементы на незнакомых противниках. При этом постоянно менял вводные, жутко придирался и комментировал ошибки так, что хотелось его убить. Правда, с каждой следующей минутой это чувство появлялось все реже и реже. Ибо по мере привыкания к пластике и возможностям «пассажирок» мы все лучше понимали, что наши навыки, отрабатываемые меньше месяца, реально РАБОТАЮТ! И позволяют побеждать тех, кто еще месяц назад порвал бы нас в лоскуты!

Кстати, в самом конце тренировки, когда с поединками было покончено, и мы начали тянуться, Дэн присел на корточки перед Дотти и поинтересовался:

– Совет примешь?

Она, не задумываясь ни на мгновение, тряхнула волосами:

– Да!

– Забудь про силовые тренажеры – из-за них ты стала деревянной и разучилась расслабляться.

– Не поняла? – удивилась Рраг и села в поперечную «веревочку».

– Ляг на спину, закрой глаза и полностью расслабься… – попросил он. А когда она выполнила его просьбу, поднял ее руку за кисть, начал что-то говорить и вдруг разжал пальцы. После чего усмехнулся:

– Расслабленная конечность падает. Твоя зависла в воздухе…

– Дэн прав! – поддержала его Олли. – Если смотреть со стороны, то он похож на текучую воду, а ты на камень!

– Хорошо, хоть не на бревно! – пошутила Рраг. И подняла взгляд на Ромма: – Объяснишь, что и как делать?

– Угу. Вечером. Если захочешь…

…Завтрак прошел весело и как-то уж очень быстро. Скорее всего, потому, что чуть-чуть «согревшаяся» Дотти перестала изображать статую, начала улыбаться и изредка шутить. Увы, после него Дэн озвучил распорядок дня, и нам с Рати стало не до веселья: убрав со стола и забежав в санузел, мы завалились в УТК на четыре часа.