Сегмент Лунны

– Скажите, Алекс, он нанес вам удар в левую или в правую ногу? – спрашивал один.

– Я был сбит с ног, – немедля отвечал Хэмптон, – я не почувствовал удара, это скорее был сильный толчок ногой.

– То есть вы утверждаете, что вас толкнули ногой, отчего вы упали? – прямо смотрел эксперт.

– Нет, я сказал, что это скорее был толчок ногой, – напряженно отвечал Алекс.

– Все же удар вас сбил с ног?

И так продолжалось всю беседу. Выйти из себя Алекса заставил вопрос, который показался ему не связанным с произошедшим.

– Детектив, почему в вашей машине нет видеорегистратора?

– Мне кажется, это уже мое дело – иметь видеорегистратор в личном автомобиле или нет, – громче обычного ответил Алекс.

– Вы не несете службу на своем личном автомобиле? – спокойно спросил второй эксперт.

– Нет.

– Откуда тогда в вашем личном автомобиле служебная рация, через которую вы вызвали полицейский экипаж?

Алекс замешкался.

– Когда служебный автомобиль занят моим напарником, а мне нужно срочно отправиться по следственному делу в другую точку, я беру свой автомобиль, – взбесился Алекс. Тем временем один из экспертов сразу сделал себе пометку. – Слушайте, вы будто не знаете, как это происходит? Происходит несколько убийств или я веду слежку за одним человеком из преступной группы, пока мой напарник занимается другим делом, мы разделяемся! Чего вы хотите услышать?

– Вы хотите сказать, что начальство вам не предоставляет служебных ресурсов для работы? – так же спокойно продолжали спрашивать эксперты.

– Слушайте, – сразу остыл Алекс. – Я не хочу перекладывать на кого-то вину, я ни на что не жаловался во время работы, – быстро заговорил он, желая сменить тему. – У меня не задались эти дни – бытовые проблемы плюс развод, поэтому я нервничаю, не обращайте внимания. Давайте начнем заново? – смягчился Алекс.

– Ответьте на вопрос, пожалуйста, – требовательно сказал эксперт.

Все, что случилось с Алексом Хэмптоном во время этого разговора, – это усилившийся стресс и резкое защемление в спине на нервной почве. Эту боль Алекс принял за растяжение из-за того, что он все это время спал на неудобном диване. После окончания беседы эксперты отправили Алекса домой, сказав, что в ближайшее время объявят о своем решении: отставка или продолжение службы в департаменте полиции.

Алекс приехал в пустой дом без настроения и весь оставшийся день занимался поиском недорогого жилья в аренду. Он выбирал жилье в городе, стараясь учитывать все возможные исходы: отставка или продолжение службы.

Ближе к вечеру нетерпеливо ожидающему решения Алексу позвонил начальник департамента и сообщил о принятом решении – отстранение от службы. Хэмптон не стал расспрашивать его и выказывать противоречие, приняв информацию такой, какая она есть.

На следующий день Алекс проснулся рано утром, застав уходящую на пробежку дочь. Анна поприветствовала его и подождала, пока он, закончив свои утренние дела, выйдет на кухню, – ей хотелось поговорить с ним, поддержать его. Она прекрасно видела его состояние еще вчера вечером, но решиться на разговор не смогла, ожидая подходящего момента. Сейчас она не злилась и не обижалась на него, как в предыдущие дни. Она с удовольствием польстилась бы на его шутки и обрадовалась бы им без причины. Ей было очень жаль отца, настолько, что она неосознанно перекинула злость на мать, которая находилась в веселом расположении духа. Если бы Кэтрин не уехала на отдых, а была сейчас дома, она точно сорвала бы на ней всю свою злость.

– Кстати, где твоя мать? – спросил Алекс.

– Она уехала отдыхать, звала меня с собой, но… – Она сделала паузу. – …Я не горела желанием ехать. – Она села за стол напротив него.

– Почему? – улыбнулся он. – Поехала бы, загорела под солнцем, вернулась бы коркой обжаренного хлеба, – посмеялся Алекс.

Анна искренне улыбалась, радуясь тому, что ему без труда удается шутить с ней, не потому, что нужно скрыть свое расстройство, а потому, что она поднимает ему настроение, несмотря на депрессивное состояние. Анна сидела с отцом весь завтрак, разговаривая на разные темы. Она увлеченно рассказывала ему о пользе утренней пробежки, Алекс спорил с ней, что бегать лучше вечером, потому что по утрам организм еще не проснулся, но Анна настаивала на своем.

– Я помню, в академии еще, – рассказывал Алекс, – когда я был курсантом, нас заставляли ежедневно бегать по утрам, как только мы просыпались. Так вот, мой ныне знакомый доктор сказал, что от этого больше вреда, чем пользы, потому что организму сначала нужно проснуться.

– Но ведь я не сразу бегу, вот сижу с тобой, просыпаюсь, – улыбалась она, Алекс посмеялся.

– И правильно делаешь, – сказал он.

Добродушную беседу прервал звонок в дверь.

– Похоже, за тобой, опаздываешь на пробежку, – сказал Алекс.

– Не знаю, мы обычно с подругами на стадионе собираемся. – Анна направилась открывать дверь.

Открыв дверь, на пороге она увидела темноволосого молодого парня, одетого в кожаную куртку и джинсы. В руках он держал солнцезащитные очки. Он смотрел на нее своим спокойным взглядом, а она заинтересованно смотрела на него.

– Здравствуйте, прошу прощения, мисс, я пришел к Алексу Хэмптону. Вероятно, вы его дочь? – спросил он.

Анна несколько секунд молчала. Все, что она расслышала в этот момент, – это имя ее отца и то, что она его дочь. Она слегка смутилась, глядя в его большие карие глаза, и отвела взгляд в сторону.

– Да, отец дома, проходите, – начала она. – Верно, я Анна, – сказала она, пропуская парня.

– Кто там? – В это мгновение в коридор вышел Алекс.

Алекс остановился на месте, ошеломленно смотря на парня. Все затихли. Прервал тишину гость:

– Меня зовут Кен Аутис…

VII

…Я вышел из портала, который сразу же исчез за мной, оказавшись среди густой зеленой растительности – кустарников и деревьев, растущих вблизи дороги. По этой улице в ряд стояли частные дома, рядом с которыми были припаркованы автомобили. Я перебрался через жесткие ветки куста и оказался перед светло-коричневым домом, стоявшим через дорогу. Взглянув на компактный сенсорный наруч, я получил информацию, что именно в этом доме находился Алекс, вот только он был не один.

Конец ознакомительного фрагмента.