Секвойя

– Правда, Патриция? Не терпится с ним познакомиться! – запела Сабрина, игнорируя ее вопрос. Она уже устала отвечать на вопрос, где находится ее неуловимый сын в данную минуту. Видимо, он старательно избегал гостей.

– Сабрина, я столько раз просила тебя называть меня просто Пэтти, - укоризненно сказала та.

– Патриция звучит так благородно, что я не могу пересилить себя, - покачала головой Сабрина.

– А вот и он, - Пэтти указала рукой за спину Каролины.

Девушка обернулась. Она уже не слышала восторженного щебета Сабрины, приветствий мужчин, и гордого: «Это мой сын, Джастин» позади себя.

Время остановилось. Он стоял прямо перед ней. Она и не помнила, когда в последний раз он был так близко. Каролина могла почувствовать его запах, такой терпкий, тяжелый, обволакивающий, лишающий рассудка, заставляющий колени слабеть.Запах, навевающий столько воспоминаний… Она просто не могла ему противиться.

Джастин смотрел на нее не больше секунды, после чего поцеловал руку Сабрины и широко улыбнулся.

– Какой галантный, - прошептала Сабрина дочери, пока они с Андрэ пожимали друг другу руки. Каролина с замиранием сердца наблюдала за реакцией отца. Тот был спокоен и серьезен, как обычно. Что-что, а эмоции редко брали верх над этим человеком.

– Каролина Перри, - взяв себя в руки, сказала она, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

Джастин склонил голову и на секунду коснулся губами тыльной стороны ее ладони. Он делал это не впервые, но теперь дрожи вызвал намного больше.

– Прекрасный вечер, - вежливо сказал он, засовывая руки в карманы брюк и оглядываясь по сторонам. Он нервничал или ему просто было скучно?

Каролина сжала губы в тонкую линию и кивнула.

– Джастин, как вам у нас? – заискивающе спросила Сабрина.

– Ваш дом выше всяких похвал, - заверил ее он. – Меня поразило удачное вплетение современных произведений искусства в классический интерьер, - оценивающе закивал парень. – Как вам удалось так удачно совместить постмодернизм с классикой?

Пока они обсуждали тонкости интерьера, Каролина, воспользовавшись моментом, приблизилась к отцу.

– Папа, ты ведь не будешь устраивать сцен, правда? – тихо спросила она, не сводя глаз с парня.

– Ты путаешь меня с твоей матерью,- улыбнулся он. –Но тебе все же лучше быть умницей, - предупредил отец.

Каролина ощутила неприятный холодок, пробежавший по спине.

– Как вышло, что ты не знал об их дружбе? – вопросительно прищурилась она.

– Я знал, - пожал плечами Андрэ.

– И позволил ему оказаться здесь? – удивилась она.

– О, милая, да брось, ничего особенного не произошло, - спокойно улыбнулся он. – У нас полный дом гостей, которым мы не рады, и он – не исключение. Разве нет?

Каролина кивнула, глядя на Джастина, улыбающегося и ведущего светские беседы, которые, очевидно, даже доставляли ему некоторое удовольствие. Его теплая и искренняя улыбка была словно оазис посреди этой сухой пустыни лицемерия и холода.

– Надеюсь, ты знаешь, что его появление здесь – сюрприз для меня? – уточнила Каролина.

– Знаю, но ты могла хотя бы попытаться скрыть свою радость по этому поводу, – сухо ответил Андрэ.

– Папа, я соблюдаю условия нашего договора. Я вижу его впервые за долгое время, - покачала она головой.

Андрэ кивнул. Как она могла сомневаться, конечно, ему все это было прекрасно известно. Интересно, знал ли отец, что последние три месяца она только и делала, что искала информацию обо всех перемещениях этого парня? Ей были важны любые новости, чтобы быть уверенной, что он будет как можно дальше от нее… Это было довольно сложно, поскольку пресса уже не так активно преследовала его, как раньше. Наверно поэтому она пропустила его приезд в Нью-Йорк.

– Ты не сделаешь ему ничего плохого? – спросила Каролина, стараясь скрыть отзвуки надежды в голосе.

– Как ты боишься за него… - усмехнулся отец.

– Просто не трогай его, ладно? – взмолилась она.

– А у меня есть повод? – поднял бровь отец, разглядывая гостей в зале.

– Нет, - поспешно заверила его дочь. – Конечно, нет. – Она нервно сглотнула, когда Джастин украдкой взглянул на нее.

– Похоже, он понравился твоей маме, - кивнул он в их сторону. Сабрина, держа Джастина под локоть, укоризненно журила Пэтти за то, что та не познакомила их раньше.

Пока Пэтти оправдывалась, что сын слишком занят работой, за него вступился отчим.

– Он работает больше, чем все члены парламента, вместе взятые, - сказал Том, потрепав парня по плечу.

– Да муравьи работают больше, чем парламент! Вам вообще незнакомо слово «работа», бездельники, - шутливо ругался Андрэ, направившись к гостям.

Каролина, тяжело вздохнув, последовала за ним.

– Джастин, - снова обратилась к парню Сабрина, - дом оформлял один из лучших парижских декораторов. И поверьте мне, на первом этаже он только разминался, – подмигнула она. – Я уверена, что второй, и особенно, третий этажи понравились бы вам еще больше.

– Не сомневаюсь, - кивнул он, - но пока я путаюсь даже на первом. Никак не могу запомнить, где что находится, - парень неопределенно махнул рукой в сторону.

– Это вовсе не проблема, - заверила она его.
– Дорогая, покажи нашему гостю дом, чтобы он чувствовал себя комфортно.

Каролина не сразу поняла, что мать обращается именно к ней. А когда поняла, раскрыла глаза и едва не поперхнулась. Идея остаться с ним наедине не казалась ей удачной.

Неосознанно, она обернулась к отцу. Тот не выражал ни единой эмоции, так чтопонять, что он думает об этой затее, было невозможно. Ну не напрямую же у него спрашивать, в самом деле?

–Мама, тебе не стоит заставлять человека соглашаться на скучный осмотр дома из боязни показаться невежливым, - попыталась отказаться она.

– Ну почему же, я с удовольствием посмотрел бы, – вмешался вдруг Джастин.

– Ноэль лучше меня разбирается во всех этих тонкостях, - промямлила она, в последней попытке отвертеться.

– Это вовсе не так! – усмехнулась Сабрина. – Каролина – большой эксперт в том, что касается рынка элитной недвижимости, - гордо сказала она, обращаясь к гостям, - а вот Ноэль, напротив, ничего в этом не смыслит.

– Дорогая, покажи гостю дом, не будь такой негостеприимной, - нахмурился вдруг Андрэ.

Каролина почувствовала, как закипает. Отчасти, потому что ей не оставили выбора, вынудив делать то, что ей очень не хотелось, а отчасти потому что она не понимала намерений отца и это пугало ее.

Криво улыбнувшись Джастину, она развернулась и направилась к лестнице. Парень последовал за ней.

В полной тишине, нарушаемой лишь звуком шагов и шелестом ее платья, они поднялись на второй этаж.