Семь смертей

– Вы знаете «Вальс вчерашнего дня»? – перебил свекровь Игорь.

– Разумеется, – выпалила Станиславовна.

И вдруг Игорек повел себя довольно-таки странным образом. Заразительно расхохотавшись, он заявил:

– Мы отлично проведем время. У меня давно не было каникул без рояля. Розалия Станиславовна, вы ведь не пианистка, правда?

– Нет, нет, я пианистка. Я лауреат...

– А «Вальса вчерашнего дня»не существует, я его выдумал. И рояль у вас расстроен, и вообще я, в отличие от родителей, умею отличать простых людей от людей, занимающихся музыкой. Вы не музыкант. К тому же Маргарита Савельевна вас выдала.

– Марго? Как выдала?

Игорь сел в кресло и спокойно объяснил:

– Лена давно хотела поехать с папой в Италию, но у него практически нет свободного времени. Папа постоянно занят, а отдыхать в одиночку Лена не хочет. Со мной тоже не отдохнешь, я очень боюсь самолетов, поэтому, когда папа сказал, что у него есть три свободных недели, Лена сразу же заказала билеты и забронировала отель в Италии.

– Подожди, Игорек, я не совсем тебя поняла. Кто такая Лена?

– Папина жена.

– То есть она не твоя мама?

– Нет. Мама нас бросила, когда мне исполнилось пять месяцев. С Леной папа стал жить три года назад. Она добрая, хоть и молодая, мы с ней ладим.

– Ага. Так-так, продолжай.

– Как назло, заболела Анна Яковлевна, она со мной занималась, подготавливала к конкурсу. И папа захотел отменить поездку, чтобы найти мне подходящего учителя. А тут вы вдруг появились.

– А почему меня Марго выдала?

– А она пришла к Лене тем же вечером и сообщила, что вы не пианистка.

– Старая сволочь! – выкрикнула Розалия. – Прости, Игорек, вырвалось.

– Я слышал их разговор. А еще слышал, как Лена просила Маргариту Савельевну ничего не рассказывать отцу, чтобы они смогли благополучно улететь в Италию. Маргарита Савельевна согласилась сохранить все в тайне. Вот такая история.

– А ты почему молчал? – встряла в разговор Катка.

Игорек подавил тяжкий вздох.

– Надоело мне мучиться, – сказал он, заерзав в кресле. – Ненавижу рояль, ненавижу эти бесконечные уроки. Я сто раз говорил отцу, что терпеть не могу сидеть за роялем, а он настаивает, чтобы я продолжал играть. Хочет сделать из меня пианиста. Папа сам хотел стать пианистом, но у него не получилось, теперь он меня заставляет. А раз вы не пианистка, то я в течение трех недель отдохну от занятий.

– А как же конкурс? – спросила Наталья.

– А папа все равно купит мне первое место, он всегда так делает. Считает, что меня это подбадривает и усиливает тягу к занятиям.

– Игорь, ты меня извини, но врать нехорошо, – проговорила Катарина. – Лена ничего не сказала папе, у нее были свои корыстные интересы, но ты должен был признаться.

– Ката! – взревела Розалия. – Как ты смеешь кричать на нашего дорогого Игорька?!

– Я не кричу, я только хотела сказать, что врать, а тем более врать родителям недопустимо.

– Замолчи, тиранка! Мальчика истязали ужасными занятиями, он выдохся, у него нервное истощение, переутомление, шок, стресс и транс. Он обязан отдохнуть! Обязан! А ты читаешь ему нотации. Посмотри в эти небесно-голубые глаза ангела, посмотри и скажи, тебе хочется, чтобы ребенок был лишен детства? Неужели тебе не жалко парнишку?

– Да делайте, что хотите, – отмахнулась Катка. – Но если его отец узнает правду, у вас возникнут проблемы.

– Папа не узнает, – заверил Игорь. – Конечно, если вы сами не проговоритесь.

– Котик, я думаю, мы с тобой сработаемся, – закивала Розалия. – Скажи, а у вас дома часто бывают знаменитые люди?

– Я их вообще ни разу не видел.

– Ну как же так? Твой папа продюсер, он знаком со звездами шоу-бизнеса, с элитой нашего общества.

– Папа не мешает бизнес с личной жизнью. Все дела он решает в офисе, а дома он уже не продюсер, а простой человек.

– Хорошо, ты меня убедил, но ведь ты наверняка в курсе, над каким проектом работает твой отец в настоящий момент.

– Розалия Станиславовна, это уже слишком, – шикнула Катарина.

Метнув на Катку гневный взгляд, Розалия встала:

– Игорек, пойдем в мою комнату, здесь слишком много посторонних. Кстати, котик, а друзей папы ты знаешь? Имена, фамилии, номера телефонов?..

Катарина даже не успела открыть рта. Пропустив Игорька в комнату, свекрища с силой саданула дверью об дверной косяк.

За ужином выяснилось, что Игорек не мыслит жизни без рыбалки, но, увы, в силу обстоятельств у паренька не получается часто удить рыбу.

– Папа рыбачить не любит, Лена тем более, а я бы все отдал, чтобы мне разрешили на пару недель на Валдай съездить. Знаете, какой там клев!

– А ты уже был на Валдае? – спросила Ката.

– Конечно. Правда, недолго, всего на два дня удалось вырваться с Сергеем, остаться подольше папа не разрешил.

– А Сергей – это кто?

– Водитель. Он тоже рыбак, но почему-то скрывает это от папы. Мы с ним иногда ходим на речку, недалеко от поселка, но там клева практически нет.

Розалия мечтательно закатила глаза:

– Я была на рыбалке со своим четвертым мужем. Мы ночевали в палатке на берегу. Романтика! Сначала меня облепили комары, потом я нечаянно пересолила уху, а вот ночью... О!..

– Да, ночью самый лучший клев, – согласился Игорек.

– Ты прав, котик. – Розалия переглянулась с невесткой. – Клев в ту ночь тоже был хорош.

– Может, хватит? – шепотом спросила Ката.

– А что такого я сказала? Я люблю природу, люблю рыбалку.

Игорь встрепенулся:

– Слушайте, а давайте на днях рванем на рыбалку. Я позвоню Сергею, он за нами заедет, отец ни о чем не узнает.

Ката пожала плечами:

– Ни разу не рыбачила, для разнообразия можно попробовать.

– Значит, договорились, – просиял Игорек. – В субботу едем.

– Минуточку, – Розалия замотала головой. – Мы так не договаривались: рыбалка – это, конечно, хорошо, но я не готова к экстремальным выходным.

– Бросьте, вам понравится. Возьмем палатку, шашлыки сделаем, уху сварим.

– А комары?

– Побрызгаемся спреем. Розалия Станиславовна, вы же обещали отцу, что я буду чувствовать себя как дома.