Сердце ирландца

Держа голову прямо, девушка заставила себя улыбнуться, несмотря на боль, причиненную его словами. Она тихо произнесла:

— Я была счастлива вам помочь.

Казалось, его лицо даже изменило цвет от облегчения, а Брианна, к своему ужасу, почувствовала, что она готова довольствоваться даже такими крохами его внимания, чем вообще не видеть Майкла.

Снова заиграла музыка, и Майкл, собираясь еще что-то сказать, открыл рот. Но в этот момент к Брианне подошел Этьен, держа в руках бокал искрящегося пунша.

— Не согласитесь ли вы еще на один танец после того, как восстановите свои силы, мадемуазель? — спросил он.

Склонив голову, чтобы сделать глоток вина, Брианна заметила, как по лицу Майкла пробежала тень негодования, но мгновение спустя он выглядел совершенно спокойным. В сердцах девушка полностью осушила содержимое хрупкого бокала.

— Да, я была бы очень рада. — С этими словами она, улыбнувшись, сунула в руку Майкла пустой бокал и добавила: — Вы ведь не будете возражать?

Этьен, пожав плечами в сторону Майкла, отдал свой собственный бокал проходившему мимо официанту и увлек Брианну в танцевальный зал.

Нарочно прижавшись поплотнее к Этьену, девушка почувствовала, как его руки сжали ее покрепче, но в глазах его читалось удивление. Кружась в танце, Брианна с удовольствием подметила то, с каким видом Майкл сжимал ее пустой бокал, словно собирался раздавить его. Может, он и желал, чтобы их отношения остались сугубо деловыми, но его действия говорили об обратном.

Искренняя улыбка озарила губы Брианны, когда она, откинув голову назад, заговорила с Этьеном. Девушка чувствовала, что Майкл переживал одно из самых больших потрясений в своей жизни.

Брианна улыбнулась и помахала Майклу сквозь окошечко в его двери. Его ответное приветствие выглядело натянутым, и это доставило девушке огромное удовольствие. Напевая себе под нос, она собрала свои материалы и остановилась на минутку поболтать с Джимми. Как и следовало ожидать, на его губах уже светилась улыбка, и вскоре по комнатам разнесся его смех. Не стоило Брианне особого труда собрать вокруг себя еще нескольких рабочих.

Нарочно прохаживаясь чаще перед дверью Майкла, она стала напевать чуть громче. Затем девушка отыскала Финнигана, чтобы посоветоваться с ним по поводу новой партии рисунков, и не отошла от него до тех пор, пока старик тоже не разразился хриплым смехом. Если Майкл хотел веселья, она обеспечит ему его. Брианна надеялась, что сможет довести его этим до безумия.

Наступило время обеда, и девушка упросила Финнигана присоединиться к ее столу. Джимми, как и всегда, долго уговаривать не пришлось. Их веселая болтовня доносилась до ушей Майкла сквозь приоткрытую дверь. Но сам он появился лишь тогда, когда обеденный перерыв уже подошел к концу и все встали, чтобы убрать со стола.

— Не выпьете ли вместе с нами чашечку чая? — с улыбкой предложила Брианна. — Мы сами уже попили, но если желаете, моментально приготовим еще чашку.

Майкл обвел взглядом присутствующих, но, вроде бы, все было без подвоха — перерыв подходил к концу, и они, закончив чаепитие, собирались вернуться к своим рабочим местам. Из троих, ожидающих ответа, лиц его глаза на мгновение дольше задержались на лице Брианны. Она была довольна тем, как он среагировал на ее улыбку.

— Нет, у меня нет времени, — прохрипел Майкл. И когда он снова удалился в свой кабинет, Брианна ликовала, чувствуя себя победительницей. Такой поспешный уход Майкла можно было бы охарактеризовать лишь одним словом — бегство.

Удовлетворенная результатом, Брианна убрала чашки и вернулась за работу. Чтобы отыскать мелки, ей пришлось перерыть все содержимое стола. Приводя все в порядок, в одном из ящиков она обнаружила прилипший к стенке клочок бумаги. Ей пришлось немало потрудиться, пока этот листочек бумаги оказался в ее руках. И когда девушка прочла то, что на нем было написано, ее прыть поубавилась. Бумажка оказалась прошлогодней накладной на поставку открыток в сиротский приют Лэндри. На ней уверенным почерком Майкла было написано: «Никаких денег за это не взимать».

Сглотнув подкатившийся к горлу ком, Брианна поняла, что Майкл на самом деле занимался благотворительностью. Но он не мог признаться в этом, иначе его поступок мог быть сочтен за слабость. Она и раньше чувствовала, как он старался помогать другим, делиться с ними. А теперь ее догадки подкреплялись этим листком. Майкл был человеком богатой души, но все свои переживания тщательно прятал от чужих глаз за маской равнодушия.

Позабыв о своих обидах и придуманных в отместку смешках, Брианна уже совершенно другим взглядом посмотрела в сторону приоткрытой двери.

Припрятав найденный листок в укромное место, она поднялась и поставила на плиту чайник с водой. Затем, начисто сполоснув чашку, приготовила ароматный чай, который принесла из дома. Мягко постучав в дверь, Брианна вошла в кабинет Майкла и поставила чашку с чаем к нему на стол. Не успел он и рта раскрыть, как она произнесла:

— Нельзя быть таким занятым, что даже чашку чая некогда выпить.

Майкл явно смутился, когда впервые за это утро девушка улыбнулась ему искренне. Улыбка ее была нежной, успокаивающей, и Брианна обрадовалась, увидев, что она оказала на Майкла положительное воздействие.

Девушка тихонько направилась к своему столу. И в тот момент, когда она собиралась опуститься на стул, до ее слуха донеслось тихое «Спасибо». И после короткой паузы: «Брианна».

Остаток дня пролетел незаметно — ей пришлось заниматься новым заказом. Когда же наступил вечер, Брианна с сожалением отложила в сторону карандаш и сложила свои листы в аккуратную стопочку.

Она уже собиралась уходить, доставая из шкафа шляпку и накидку, когда, подняв глаза, увидела, что к ней приближается Майкл.

— Идете домой? — спросил он. Она махнула рукой в темноту.

— При свете лампы трудно рисовать.

— Конечно, вам не надо рисовать в темноте, но я не это имел в виду. — Майкл, подав ей сумочку, сам надел шляпу-котелок и пальто. Вместе они направились к двери.

Спустившись с крыльца, Брианна остановилась. От ее дыхания в воздух поднимался белый пар.

— Ну, тогда до свидания.

Тусклый свет вечерней улицы помешал Брианне как следует рассмотреть выражение лица Майкла, когда он произнес:

— Можно я провожу вас домой?

Пытаясь справиться с внезапным приступом жара, девушка кивнула:

— Спасибо, это было бы прекрасно.

Они шагали по мостовой рука об руку, освещаемые керосиновыми фонарями. Мимо них, толкаясь, пробирались другие прохожие, подскакивая на булыжниках, грохотали кэбы и омнибусы. Январский вечерний воздух был морозен, но Брианна этого не замечала. По мере того, как сгущались сумерки, грязные от сажи сугробы больше не казались ей унылым напоминанием о прошедшей метели, а поблескивали в свете луны, словно посыпанные алмазной пылью.