Сердце рода
Шрифт:
Когда я был маленьким, мы с отцом попали под град.
Возвращались из гаража, куда поставили машину, и на полпути нас накрыло.
Когда упала первая градина, я смотрел на неё с восторгом – она была такая красивая, большая, почти с мой кулачок!
А вот отец почему-то больно схватил меня за руку и бегом потащил к ближайшим деревьям.
Я вроде даже заревел от боли, несправедливости и вообще.
А папа всё тянул меня и тянул, прикрикивая, чтобы живее перебирал ногами.
Как
Пока мы бежали, несколько градин попали мне по спине и в плечо, и они мне резко разонравились.
Наконец, отец подобрал с земли какую-то картонку и перестал меня тащить.
Вместо этого прижал меня к себе, сам присел на корточки, прислонившись к забору спиной, и поднял над головой найденную картонку.
Бам, бам, бам, бам!
Дун, дун, дун!
Ба-ба-бабам! Бам!
Я снова заревел – но уже не от обиды, а от боли – одна из градин отрикошетила от земли и сильно ударила меня по голени.
Хорошо хоть папа шептал что-то успокоительное, временами шипя от боли – как до меня потом дошло, из-за попаданий градин по пальцам.
Так мы сидели минут десять.
Бам, бам, бам, бам!
Дун, дун, дун!
Ба-ба-бабам!
Больно, холодно, страшно.
Дун, дун, дун!
Бам, бам, бам, бам!
Состояние полной беспомощности!
Ба-бабам…
Спустя десять минут возле нас остановилась побитая градом легковушка – сердобольный водитель не смог проехать мимо – и мы были спасены.
Отделались легко.
Папа мигренью, двумя разбитыми суставами, одним почерневшим, а впоследствии слезшим, ногтем, и трещиной в одной из фаланг.
Я – парой синяков и небольшой психической детской травмой.
А ведь казалось бы – всего лишь град! Всего лишь «Бам, бам, бам! Дун, дун, дун»!
И этот дурацкий перестук смертельно опасных ледышек всплыл в памяти неслучайно.
Сейчас я находился под таким же градом, вот только вместо льда в меня летели пули.
Бам-бам-бам-бам!
Приоткрыв на всякий случай рот – прочитал в какой-то книжке, что таким образом не так сильно глохнешь – я ждал, когда у рыцаря закончится патроны.
Пока что я особо не беспокоился.
Во-первых, я был не один. Со мной находились мои предки – отец, дядя, деды. Во-вторых, передо мной стоял паромобиль, в-третьих, я спрятался за щитом.
Скажем так, пока он стреляет – я в безопасности.
Другое дело, что будет, когда эта закованная в сталь махина подойдёт поближе…
Бам-бам-бам-бам!
Дуду-ду!
Не понял.
Последний звук немного выбивался из канонады пулемётной очереди. Как будто… Как будто кто-то стучал по моему щиту…
Дуду-ду!
– …стите …ня!
Бам-бам-бам-бам-бам!
Выглянув с левой стороны щита, я посмотрел на багажник и удивлённо покачал головой. Звук
совершенно точно доносились оттуда.Неужели Серебряные засунули кого-то в багажник?
Дуду-ду!
– …му …орю! …стро …крыл …тот…суров …ажник!
Я, немного поколебавшись, только хотел было открыть «этот ксуров багажник», как внезапно наступила тишина.
Ну как тишина…
Где-то слева орал Аллоний, с той же стороны кто-то рычал, но главное – прекратился свинцовый дождь.
Не теряя времени даром – кто его знает, сколько длится перезарядка? – я пружинисто поднялся на ноги, вскидывая перед собой Ураган.
Поймал в прицел сияющий шлем рыцаря и…
Умц! Умц! Умц!
Бах! Бабах! Гдадах!
Снаряды легли кучно, и голова воина исчезла в облаке взрывов.
Я, помня про особенность Урагана, с каждым спуском уводил ствол ниже и левее.
Умц!
Четвёртый снаряд я отправил на всякий случай, взяв прицел ещё ниже.
Бабах!
Дуду-ду!
– …устите…ня…т…да!
Да, в багажнике совершенно точно кто-то был.
– Гарлух, это ты чем его? – удивлённо протянул Аллоний, без устали размахивая руками.
Перед ним мерцала дымчатая плёнка, из которой лезло что-то большое и… головастое?
– Это не я! – крикнул в ответ Гарлух, напряжённо выставив руки перед собой. – Ал, я больше не могу держать портал!
Перед ним тоже мерцала дымка, вот только она была грязнее и меньше, что ли?
И из неё уже выскочил и сейчас весело нёсся в сторону рыцаря… самый настоящий чёрт.
Волосатый, с вилами наперевес, на острие которых потрескивал электрический разряд.
А Серебряные-то реально демонологи! Не знаю, как они это делают без магии, но Гарлух только что на моих глазах призвал беса!
А заодно и прикрылся порталом от свинцового града…
Интересно, пули залетают в портал?
Я покосился налево и наткнулся на злобный взгляд кровожадных алых глаз.
– Хорошая собачка, – просипел я, глядя на… цербера?
По крайней мере, при взгляде на здоровенную трёхголовую псину, застрявшую в портале, ничего другого на ум не приходило.
Церберу, в отличие от чёрта, досталось серьёзно.
Центральная голова безвольно висит на груди, левая лапа и мощные плечи разорваны выстрелами, но ярости у собачки оставалось на десятерых.
– Ррррррр! – зарычав, цербер рванулся вперёд и всё-таки вывалился из портала, который тут же схлопнулся.
Причём правая его голова не мигая смотрела на меня, а левая… на Аллония.
– Ацо гимо! Взять его!
Цербер недовольно зарычал, но ослушаться, видимо, не сумел.
Фьюююююють!
Опс!
Я только успел присесть за щит, как воздух вновь вспороли свинцовые пчёлы.
Бам-бам-бам-бам-бам!
Дуду-ду!
– …а …айте …не …йти!
Дико хотелось посмотреть, нанёс ли я вообще хоть какой-то урон рыцарю, но жить хотелось сильнее.