Я не поэт. Я стихотворец.Мне далеко до Юнны Мориц.Хожу по жизни налегке:Ношу я рифмы в рюкзаке.Рена Яловецкая
Благодарю за помощь в создании книги: Елену Моргунову, Ольгу Клюге, Татьяну Циркину, Юлию Шотохину
* * *
Предисловие
«Сердолики» – тёплая, душевная книга, объединившая два удивительных мира графики и поэзии, которые хранят в себе память счастливой дружбы, мироощущение больших художников – Кирилла Шейнкмана и Рены Яловецкой.
Тонкая выверенность линий в рисунках разрастается в символику пластических решений, наполняя поэзией каждый образ. В них звучат доброта, нежность, иногда грусть, воспоминания детства и понимание хрупкости человеческой жизни.
Прошло уже двадцать лет после моего знакомства с Кириллом Рувимовичем, но я до сих пор нахожусь под огромным впечатлением от его творчества, многообразия идей, придуманных форм,
свободы, с которой мастер изобретал новые техники в искусстве, создавая художественное пространство на холсте, бумаге, металле несравненно более яркое, чем реальный мир. Я горжусь тем, что он был моим учителем.
Эта книга для тех, кто ценит глубокую изысканную литературу и безупречно талантливую графику.
Елена Моргунова, член Союза художников РФ,
Московского союза художников (МОСХ)
I. Сердолики
Города
Городу детства
Бульвар сквозной и Енисей.Узор решёток без затей:Чугунных череда овалов.Далёк Версаль и Летний сад.Наивно-прост сибирский лад,Но в нём гармонии началоДля нас торжественно звучалоИ город превращало в Град.
Ледоход на Енисее
Истошные гудки, как роженицы,Оповещают о явленьи чада.Тревожны лица. Мука длится.И за чугунного оградойЛедовая расколота громада.Треск, рокот, хруст и рык, и гул —Весны шальная канонада,Власть ледохода, ледопада,Шуги разнузданной разгул.Эй, покорители природы,Всё это в памяти оставьте!(Не замерзают ныне воды.)Слагайте ледоходу оды:Наступит время эпитафий.
Семисвечник
Лудзинские мотивы
Герцу Франку
Как шар в лузу,В сердце – Лудза.Городок малый —Мольберт Шагала.Заблудилась ЛудзаНе в лесах —Заплуталась ЛудзаВ небесах.Змеем бумажным взмыли дома.Взлетают сонмы невест и суженых.Вспорхнули скрипки, сойдя с ума.И пляшут рыбы, смычком разбужены.В синем воздухе реют стрекозы.Белые козы в небе пасутся.А кто-то неслышно роняет слёзы.Не плачь, Лудза…Малого озера блеск слюдяной.Пусть к тебе дети твои вернутсяМартовской, ветряной, стылой весной.Ты примешь их, Лудза?В детство всегда трудна переправа:Спину подставь – и градом колючки.Жаль, не играют в «девятое ава» [1]Внуки твои и внучки.Янтарный маятник в лихорадке.Где ритм твой, мерный и строгий?Время, как ткань, дает усадку.Остроги полны – пусты синагоги.Кто же зажжёт твой семисвечник?Пекарь без печи?Ребе без речи?Без скрипки скрипач?Без злата богач?Без Торы раввин?Сколько кончин…Тысячи спят в земной утробеПод тяжестью плит и замшелых надгробий.Древней молитвы выбиты строчки:«Пребудет душа твояВ мягком мешочке».Здесь вечный покойИ вечный мятеж.Здесь вечный постойБредовых надежд.Как шар в лузу,В сердце – Лудза.Городок-кроха,Короче вздоха.Городок-капля,Что камень точит.Слеза-город,Что память мучит.
1
Национальный день траура еврейского народа – день, когда были разрушены Первый и Второй Иерусалимские храмы.
В осеннем Ашхабаде
Опавшие стручки, как кожаные ножны,Засыпаны засохшие арыки.А я в руке сжимаю сердолики,Оранжевую облачность.ичтожность.Знак памяти. Её улики.Туркменки носят сердоликиКак амулет – от нищеты и сглазу.А мне к чему? Не вспомнила ни разуТебя в осеннем, душном Ашхабаде —Базаре пряном, дынями пропахшем.Ни
боли, ни рубцов, ни ссадинВ душе моей, когда-то здесь пропавшей.Ничто не памятно, не горько и не страшно.Туркменки носят сердоликиКак талисман любви – от сглазу.А я тебя не вспомнила ни разу…Прими выздоровления улики.
Тверь
Город Тверь —В счастье дверь.Это Волга.Это солнце.Это значит, на оконцахПомидорам зреть недолго.Красный бочок,Зеленая щёчка.Окраина – песни тихая строчка.Здесь ставни резные и кружев подзорСкрывают улыбку, потупленный взор.Да полно, тверянки,Любовью богаты вы.Дайте пригубить из ваших ковшей,Чтоб перепутать зори с закатами.Вы щедры и скажете: «Пей!»Ах, летняя Тверь:Небо и твердь.Чудо повтори,Двери отвори.
Каунас
А у нас, а у насПроливной К'aунас:По плитамИ липамПотоком,ПотопомДождь.Ты за что сердит на нас,Славный город Каунас?Почему идет стенойЭтот хаос водяной?Дождь…Мы бежали от друзей,Неприятных новостей,От очей и от оков(Был наш замысел таков).Дождь…Приюти же ты гостей.Покажи-ка им музей«Сто чертей» и сто страстей(Мы промокли до костей).Дождь…Только небо всё темней.Только дождик всё сильней.Видно, вовсе не про насСтрогий город Каунас.Дождь…
Шиофок
Венгерские вариации
Этот город – просто шик.Этот город – просто шок,Балатонская жемчужинаПод названьем Шиофок.Здесь кафе под черепицей —Для гурманов островок.Дышит город ШиофокВанилином и корицей.Бутафорский городок.Опереточный мирок.Только здесь и мог родитьсяАвтор «Сильвы» и «Марицы».Бьёт подземный ключ, бьёт токСмеха, музыки, веселья.И запущен ШиофокМногоцветной каруселью.
Балатонский поплавок
Что за чудо – городок.Не вспорхнул ли с нотных строк?Может, винный погребок?Марципановый божок?Глаз отрада, уст услада —Славный город Шиофок.Ах, туристский городок.Балатонский поплавок.Сувенирных пёстрых лавокРазнаряженный лоток.Ах, курортный городок.Ах, игрушечный мирок.Не искусный ли кондитерЭто диво нам испёк?Здесь и поезд скок-поскок,И вокзал танцует рок(Ритмам чардаша, канкана,К сожаленью, вышел срок).Словно щеголь – «фик и фок» —Разрезвился Шиофок.Коль шикует Шиофок,Раскрывайте кошелёк.Вы готовы? Файф-о-клок?Вам с мороженым рожок?Иль токайского глоток?Угощает Шиофок.Что ж, давай на посошок,Славный город Шиофок!Ты не город – рифм мешок.И поэтам-неофитамТы оттачиваешь слог.Благоденствуй, Шиофок!
Ночная Севилья
Постели постель, Севилья.Ночь сложила кастаньеты.Спит Хиральда [2] ,И сомкнули свои каменные векиХищноликие Химеры.Спят достойные сеньорыИ воришки, и цыгане,Продавцы шаров воздушных.Не шаров – сердец на нитках.И витает над СевильейДух прельстителя Хуана.И крадётся кошкой чёрнойЛгунья вечная Кармен.
2
Четырёхугольная башня, поднимающаяся над Севильским кафедральным собором. Высота башни составляет около 98 м.
