Сетевая игра

— Херово будет, чё. За пару дней поймём. Так что, господа, из чатика не удаляемся. Могут потребоваться новые разработки. Потом Пашка прокачается до нужного уровня и всё отрубит. Дальше поймает звезду, станет мэром, а мы против него организуемся.

— Очень смешно.

Часа в четыре ночи вдруг издал протяжную вибрацию покоящийся посреди круглого стола поверх пауэрбанка телефон историка, и почти тут же завибрировала мобила Васина, лежащая у того рядом с локтем, засветился экран лежащего на коленях Островской телефона, и щекотно вздрогнул карман Пашкиных джинсов. Все замерли, и вытянули шеи.

Прежде чем экран историковой мобилы погас, там под инфой о погоде забелел знакомый пуш. С перевёрнутой отзеркаленной нотой, еврейской буквой «вав».

Пашка похолодел резкой волной, на лбу выступила испарина, и тут же флешбэком ударило по мозгам воспоминание о кровавых отпечатках ладоней отца на дверце шкафа.

— Опа, у меня такое же! — восторженно крикнул Васин. — Первый раз!

— И у меня, — пробормотал Марципан.

Пашка сглотнул и лихорадочно вытащил мобилу из кармана.

Вторая «вав» в самой пустой из имеющихся у него строк таблицы достижений. За необратимые действия? Непоправимые поступки? За штуки, о которых будешь жалеть?

— А я вам говорю — оно на звуки вокруг реагирует! — опять завёл Васин. — У всех синхронно! Максимыча тут нет, а сотка его есть, и тоже пришёл значок! Везде — одинаковый! Какое-то редкое сочетание прозвучало! Давайте в записи воспоминаний покопаемся? Попробуем повторить или просто проиграть на громкой. Хотя оно может быть заточено на такое читерство, лучше воспроизвести. Желательно с побочными звуками. Редкая иконка, так что надо внимание обращать на необычное. Или у вас много таких?

— Первый раз, — объявил Марципан.

— И у меня, — зачем-то соврал Пашка и поспешно вскинул телефон, опасаясь, что появление лежащей на боку «G» его выдаст, но еврейская буква «тэт» не завертевшуюся значком на фоне меню достижений.

Часа два ещё извращались с видеовоспоминаниями. Васин закусил удила и твердил, что это или реакция на визг шин, который они заметили при прослушивании в наушниках, либо на какой-то особый звук, с которым открыли бутылку сидра для Островской за минуту до того, как пришла награда.

Пять нетронутых бутылок такого же уже стояли на столе рядом с телефоном историка, первые две открывал официант, остальные — сами собравшиеся. Второй (а у Пашки третьей) «ноты» никому не пришло.

— Тормоза, значит, — непреклонно заключил Васин.

Пашка очень сильно устал. Энергию он восстановил с полчаса назад, но усталость была не физическая. Всеобщее ликование в нём самом уже не отзывалось. После «ноты» стало ему как-то муторно, даже стрёмно. И депрессивный медведь, на что бы он там ни реагировал на самом деле, пришёл, походу, ему одному.

Квест про тусич так и не засчитался, может, от конкретного нежелания веселиться. Ну и чё тогда тянуть кота за яйца тут? Ну минустнёт — так минуснёт. До хера, конечно, и в план это не укладывается, но будет новый квест. Хотя сейчас даже и почву для будущего безыгрового периода готовить хотелось не особенно.

Уже совсем рассвело, когда Пашка со всеми простился и поплёлся домой, специально не убирая алкогольного опьянения, в надежде сразу уснуть. Он молился, чтобы Другая мама и бабуля не вскочили от возни с дверью, и решил, если таки спалят, отрубить их прилогой.

Но никто не проснулся.

И Пашка даже смог отключиться сам, без чита, и довольно быстро.

На удивление башка во вторник не трещала, и настроение в целом даже выровнялось. Правда, сожаления вернулись в полной мере. Надо было грамотно действовать в имеющиеся в распоряжении дни.

Другая мама отчалила на работу, бабуля накормила завтраком до свинки и села смотреть телевизор в зале. Пашка вернулся в комнату и решительно взялся составлять план. Там были финансы, прокачка нужных в будущем навыков, в том числе для работы, корректировки памяти родни (ещё брата надо бы как-то ковырнуть на предмет бати, только он, блин, хер знает где служит!) и очень много чего ещё.

Пашка ещё не решил, стоит ли сносить себе память, но в любом случае надо было сделать необходимый минимум, который в будущем поможет.

Вчерашний квест оказался засчитанным, когда он проснулся. Новый требовал, чтобы в половине второго Пашка сделал пятнадцать приседаний, но за неочёмные двадцать баллов. Половины второго ещё не было, но мизерность награды вызывала опасения, что при воплощении намеченного Плана в колёса Пашки будет вставлено немалое число палок.

Игруха сделает всё, чтобы через пятнадцать, уже четырнадцать дней он был вынужден продлить тариф.

Потом захотелось пить, а в помятой пластиковой бутылке вода закончилась. Оставив блокнот и телефон на кровати, Пашка махнул на кухню.

Когда он шёл обратно, бабуля переключила канал на новости.

«Этим утром мэр города Дмитрий Якушевич был найден мёртвым в своём рабочем кабинете, — отчеканил, словно бы с размаху вбив в самый мозг Пашки длинный, острый гвоздь, хорошо поставленным безэмоциональным голосом пиджачный диктор на экране. — По всем признаком смерть наступила в результате самоубийства. Расследование ведётся. Назначение нового председателя городского совета…»

Пашка уронил стакан с водой, и тот со звоном разлетелся на куски, ударившись о паркетный пол.

Подскочившая от неожиданности бабуля резко повернулась, схватившись за сердце.

Глава 19

Неумелый грешник

— Ну что ты стоишь, охламон?! Сейчас в щели натечёт, всё вздуется потом, весь пол по дому поведёт! Неси тряпку! — запричитала бабуля, и сама побежала в ванную. — Ноги не порежь! — крикнула она на ходу.

Нет. Нет-нет-нет…

Чуть шатаясь, Пашка переступил через лужу с осколками и поковылял в комнату. На экране лежащего на кровати телефона, не успевшего заблокироваться, радостно крутилась эмблема медведя.

Пашку трясло. Он разбил достижение почти механически и вдруг увидел:

«Миссия провалена! –20 баллов».

Скосил глаза на часы в углу: половина второго.

Кричать. Или бежать без оглядки. Забиться в самую тёмную пещеру. Не думать.