Север помнит

Наконец, прихрамывая и подпрыгивая на каждому шагу, она добралась до таверны Пинто и вошла внутрь. Ей так хотелось пить, что ей казалось, она вся высохла и ее вот-вот сдует ветром, но от одной мысли о воде желудок сжимался. Руки и колени были в крови, но она не помнила, как так получилось.

В обычный вечер у Пинто сидело немного посетителей, но из-за новостей об убийстве Морского лорда клиентов было хоть отбавляй. Пинто с дочками сбивались с ног, разливая эль и подавая ужин, и, пробираясь сквозь толпу сплетников, девочка увидела свой шанс.

– Заплатите мне пару медяков, если я буду работать вечером? – спросила она.

Трактирщик взглянул на нее и фыркнул.

– Ты не можешь работать в таверне Пинто в этих тряпках, нет. У нас приличное заведение. Но так уж случилось, что нам нужна лишняя пара-тройка рук. Карелла! Беги наверх и дай этой бродяжке какое-нибудь платье, она сегодня будет нам помогать.

Он не узнал меня. Да и с чего бы – раньше она приходила сюда как Слепая Бет, нося лицо Слепой Бет, а теперь она и сама себя не узнает. Он сказал что-то про бродяжку – нужно вспомнить, нужно вспомнить. Воспоминания вспыхивали и гасли, словно свет маяка, но она все еще была слишком далеко от берега и плыла среди темных волн.

Карелла принесла платье, и мертвая девочка направилась в заднюю комнату, поспешно сбросила с себя свое тряпье, оделась в чистое и погрузилась в работу. Она наливала, приносила и убирала, избегая щипков от тех немногих клиентов, что были пьянее других, и смутно припоминая, что давным-давно уже занималась чем-то подобным, может быть, была чашницей. Работа тяжелая, но незамысловатая; девочка забирала монеты, оставленные посетителями, и слушала их разговоры.

– Это сделал гость Морского лорда, - утверждал один. – Вестеросец. Точно, это он.

– Нет, это Фрегар. Всем известно, что он должен стать преемником Антариона, так что он просто решил ускорить дело. Такое не в первый и не в последний раз случается.

– Даже если и так, - вмешался третий, - куртизанку Антариона задержали, чтобы допросить. Летнюю Девку, или как там ее.

– Летнюю Деву, дурень.

– Короче, какую-то бабу. Ходят слухи… - говоривший оглянулся и понизил голос. – Ходят слухи, что она натравила на старого пердуна Безликого.

– Волентин, Первый меч, клянется, что не подпускал ни одного человека к Морскому лорду.

«Ни одного мужчину», - подумала мертвая девочка. Почему-то ей показалось это важным.

– Интересно, что теперь станется с куртизанками, - вставил еще один. – Кто ж захочет потратить все свои сбережения на то, чтобы затащить в постель женщину, пусть даже такую, а потом бояться, что она науськает на него одного из этих демонов.

– Тише, друг мой. Не так громко.

– А как их еще назвать? Они воруют души и лица, поклоняются одной лишь смерти и знают дюжину разных способов, как тебя укокошить, едва шевельнув пальцем. Они с давних пор являются частью Браавоса, это верно, и ни один нормальный человек не пойдет против них, но это зло гниет среди нас одни боги знают сколько времени… есть только один способ искоренить его.

– И что же это за способ?

– Тот же, что был с начала времен. – Говоривший выдержал эффектную паузу. – Пламя. Пламя и кровь.

– Ой, только не говори мне, что веришь в эти дурацкие басни…

– Это совсем не басни и вовсе не дурацкие…

Обстановка накалилась. Другие посетители стали оборачиваться, а Пинто, старый пират, который не упускал случая насладиться хорошей дракой, поставил поднос и засучил рукава. Но тут, как раз, когда все в таверне выбрали, на чьей они стороне, и приготовились поучаствовать в заварушке, дверь отворилась, и вместе с вечерним дождем внутрь вошел высокий светловолосый незнакомец, которого мертвая девочка уже где-то видела, но только не могла вспомнить, где и когда.

– Здравствуйте, добрые люди, - сказал новый посетитель по-браавосски, но с акцентом. В этом не было ничего удивительного: Браавос – портовый и торговый город, в нем встречаются люди из разных краев, и разговорная речь представляла собой немыслимую смесь склонений, спряжений и слов из разных языков. Но, судя по внешности и произношению, незнакомец мог прибыть только из Семи Королевств. В таверне Пинто, как и в других заведениях в гавани, собирались купцы и торговцы, и среди посетителей было столько же иностранцев, сколько браавосийцев. Новый посетитель ничем не отличался от других, разве что выглядел менее презентабельно. Его одежда была поношена, волосы растрепаны ветром, а на поясе висел старый грязный сломанный рог. Но он достал монету, крутанул ее на стойке, и одна из дочек Пинто налила ему кружку эля.

– Благодарствую. – Незнакомец послал ей ослепительную улыбку, и девушка захихикала; он явно гордился своим умением обращаться с женщинами. Некоторое время в таверне царило неловкое молчание; никто толком не знал, о чем разговаривать после прерванной ссоры. Наконец новый посетитель допил кружку и осмотрелся кругом.

– Говорят, - начал он, - в Мусорной Заводи можно найти все что угодно, если поискать хорошенько. Я уже был в нескольких тавернах, но мне сказали, что только Пинто может помочь мне в моем деле. Правда ли это?

– В каком деле? – спросил Пинто, удивленный, что к нему обратились.

– Мне нужны наемники. – Посетитель снова улыбнулся, на этот раз сдержанно. – Ты был пиратом, по крайней мере, так говорят. Вряд ли у тебя была одна лишь лодка и повязка на глазу.

– Да, в свое время я славно повеселился, - признал Пинто, - но теперь я в ладах с законом, у меня свое дело, мне нужно дочек воспитывать. А почему ты спрашиваешь?

– Вот что я скажу. – Снова оглянувшись, незнакомец повысил голос. – Я сир Джастин из дома Масси, на службе у его величества Станниса Баратеона, истинного короля Вестероса, и я не вернусь к нему без двадцати тысяч мечей. И этим мечам… - он достал еще одну монету, на которой был выбит знак Железного Банка, - …будет уплачена добрая мера золота.

– Странный способ нанимать наемников, сир, - раздался голос из толпы. – Если будете искать по тавернам в Мусорной Заводи, к концу ночи у вас окажется пара дюжин нормальных людей и еще толпа пьянчуг, которые возомнили себя героями.

Сир Джастин усмехнулся в ответ.

– Мне просто нужно убить время. Я жду, когда Тормо Фрегар станет Морским лордом. У меня есть причина полагать, что он будет ко мне чрезвычайно доброжелателен.

Молчание, где-то упала монетка.

– Это ты, - сказал один из посетителей, и его слова подхватили другие. – Ты и есть тот человек, который пришел к Антариону перед его смертью. Значит, это ты…

– Это не я, - прервал его сир Джастин, понимая, куда может завести этот разговор. – И у меня есть оправдание, иначе вряд ли бы я разгуливал на свободе. К тому времени, как я узнал об этом, старик был уже мертв. Гвардейцы Морского лорда задали мне кучу вопросов, но не смогли предъявить обвинение.

– А женщина, Летняя Дева? Значит, она это сделала?

– Это вряд ли, - уверенно ответил Масси. – Но она женщина, и вдобавок куртизанка. Ей придется сильно потрудиться, чтобы оправдаться.