Север помнит

Она прикусила губу.

– Ладно.

Осторожно приблизившись к постели, словно боясь что-нибудь сломать, Бриенна подсунула руку Джейме под плечи и помогла ему сесть. Она с облегчением заметила, что на повязках не было следов крови или гноя, да и сам Джейме выглядел гораздо лучше, чем когда она вынесла его из-под полого холма. Боги услышали мои молитвы.

– Я бы снова убил Лима, лишь бы что-нибудь съесть, - сказал Джейме. Голос все еще был хриплым, но звучал увереннее, чем раньше. – Что, бурые братья не верят в еду?

– Я принесу тебе что-нибудь. Оставайся здесь.

– Вот еще. – Прежде чем Бриенна смогла остановить его, Джейме спустил ноги на пол и встал. Он покачнулся, словно теряя сознание, и ей пришлось подхватить его. И только увидев его дерзкую улыбку, она поняла, что он сделал это нарочно. К глазам подступили слезы, отчасти от мыслей о завтрашней разлуке, а отчасти оттого, что она просто чувствовала себя слишком уязвимой для его шуток. К ее вящему ужасу, ей не удалось сдержаться, и слезы потекли по щекам.

– Бриенна? – голос Джейме изменился. – Что не так?

– Что не так? – выдохнула она. – Я обманула тебя, привела на смерть к братству разбойников под предводительством трупа, который когда-то был моей леди, я не смогла убить тебя сама, и меня за это едва не повесили, а еще у меня отъедена половина лица, хотя, впрочем, я и так никогда не была прекрасной девой. Я смотрела, как тебя убивают из-за обещания, которое я тебе дала и которого не сдержала. Я чуть спину не сломала, чтобы довезти тебя в безопасное место. Я умираю от стыда за все, что произошло. Я уеду завтра, чтобы еще раз попытаться найти дочь моей леди, не зная, жива она или нет. А ты смеешься надо мной, а потом спрашиваешь, что не так? – К своему полному унижению, Бриенна совсем упала духом. Она опустилась на колени и согнулась пополам от рыданий.

Джейме словно сбили с ног (выражаясь метафорически). Он открыл рот и снова закрыл его – один из редких моментов, когда Джейме Ланнистеру было нечего сказать. Он опустился рядом с ней на колени, подавив стон боли, и обнял ее. Он левой рукой гладил ее по спине, а правой, золотой, по волосам, неловко укачивал ее и что-то шептал ей. Это были какие-то ничего не значащие глупости, но Бриенне было все равно. Она не хотела, чтобы он видел ее такой, чтобы он видел, как ей плохо. Чтобы он видел, что она женщина.

– Ш-ш-ш, - сказал Джейме. – Ну прости меня. Ты сделала все, что смогла. О боги, женщина, ты опять спасла мне жизнь. Тебе придется прыгнуть еще в пару медвежьих ям, чтобы у меня была возможность сравнять счет.

– Но я не смогла, - всхлипнула Бриенна. – Не смогла найти леди Сансу. Я даже не знаю, откуда начинать поиски. Я предала тебя, я…

– Это все равно бы случилось. Ты же слышала, что сказал Торос. Они бы все равно меня нашли.

– Да, но… - Бриенна вновь содрогнулась от рыданий. – Все пропало, Джейме. Все рухнуло. Я не могу… я не вынесу. Правда, не вынесу.

– Тебе придется, - сказал Джейме. – Ты сможешь.

Бриенне было нечего ответить. Она еще немного поплакала, прижавшись головой к его здоровому плечу. Она не представляла, как теперь ей двигаться, чувствовать и вообще жить.

Джейме позволил ей побыть так, пока ее всхлипывания не затихли. А потом очень мягко сказал:

– Ну вставай, женщина. Давай-ка прогуляемся.

Бриенне не хотелось вставать, но он попросил ее, поэтому она с трудом поднялась на ноги. В горле стоял комок и глаза опухли. «Наверное, я совсем страхолюдина», - подумала она и приняла руку, протянутую Джейме. Кто из нас кого поддерживает? Они представляли собой столь жалкую пару, что она не смогла не усмехнуться.

Медленно и неуклюже они проковыляли через галерею и вышли наружу. День был ясный и тихий, хотя и прохладный. Они заметили нескольких бурых братьев; урожай был собран, так что в полях уже не было работы, поэтому монахи чинили стены и постройки, заделывали щели и кололи дрова. Появление Джейме и Бриенны вызвало несколько косых взглядов, но не более того.

Они отошли от монастыря и вышли к берегу на дальнем конце острова, где высокие скалы скрыли их от посторонних взглядов. Их видели разве что чайки, летающие в небе. Здесь не было ветра, поэтому воздух казался теплее. Воды Крабьего залива блестели на солнце. Бриенна видела, что Джейме слабеет, но он не жаловался. Наконец они нашли удобное место среди скал и сели рядом на мягкий песок. Бриенна почувствовала, что жар подступает к щекам. Она отвернулась, боясь, что ее чувства слишком явно отражаются на лице.

– Женщина, - сказал Джейме. – Бриенна.

Она неохотно подняла на него глаза.

Джейме взял ее лицо в ладони.

– Я не буду удерживать тебя от того, чтобы ты нашла Сансу, - сказал он. – Тебе не следует считать себя виноватой. Я хотел бы помочь тебе, но от меня сейчас толку, как…

– …от сосков на панцире.

– Вот именно. – Джейме, казалось, удивился, но тут же улыбнулся. – Честное слово, я хотел бы помочь. Я раньше не понимал, какую тяжесть взвалил на тебя, и я прошу прощения за это.

Бриенна хотела подумать о чем-то другом, сказать что-нибудь, все равно что, но он касался ее лица и смотрел ей в глаза, и она лишь молча кивнула.

– А что до недоразумения с Братством, - продолжил Джейме, - что ж… назовем это «око за око». Ты не оказалась бы там, если бы я не послал тебя, и ты… - Похоже, ему стало трудно говорить. – Ты не нарушила клятву. Ни по отношению ко мне, ни по отношению к ней.

Бриенна закрыла глаза. Она боялась снова расплакаться, а из-за чувств, бурлящих в груди, говорить она не могла. Она сама произнесла те же слова, обращаясь к мертвой леди Кейтилин, но в тот момент Джейме был без сознания и не мог их слышать. «Цареубийца, говорящий о чести, это все равно что шлюха, рассуждающая о порядочности», - глумливо напомнил внутренний голос, но она предпочла его не слушать. Вместо этого Бриенна сделала единственное, что ей оставалось. Она повернула голову и поцеловала пальцы Джейме, касающиеся ее щеки.

Она почувствовала, как он изумленно вдохнул, но не отстранился. Он конвульсивно провел рукой по ее щеке, потом запустил пальцы ей в волосы. Она не смела открыть глаза, иначе сон растает, и с закрытыми глазами ощутила тепло его губ на ее губах.

От потрясения Бриенна потеряла способность связно мыслить. «Ваши губы созданы для поцелуев», - вспомнила она слова сира Хиля, когда он предложил ей пробраться в ее комнату и доказать правоту этих слов. Она тогда пригрозила кастрировать его, но ей и в голову не приходило, что такое действительно может произойти. Я не могу позволить, не могу. Я, наверное, сошла с ума, так нельзя… Но слова были бесполезны. Она гладила Джейме по спутанным золотистым волосам, ее губы приоткрылись от прикосновения его языка, и они еще больше сблизились. Бриенна со стыдом подумала, что, должно быть, выглядит совсем неумелой. Каким чуждым этот поцелуй должен казаться для Джейме. С Серсеей он всегда знал, как целовать ее. Они ведь две половины одного целого.

Наконец Джейме прервал поцелуй.

– Бриенна, - сказал он нетвердым голосом. – Я… прости меня. Я не…

– Я… - пробормотала она, пытаясь извиниться. За то, что недостаточно красива и женственна. За то, что ничего не знает о любви. За то, что она всего лишь долговязая безобразная уродина. – Я знаю… я не твоя сестра. Я не могу быть Серсеей…

Джейме вздрогнул.

– О боги, надеюсь, что нет, - сказал он. – В свою очередь, я не могу быть Ренли.

– Ты… не Ренли. – Язык словно присох к небу, а ведь еще мгновение назад он касался его языка. Бриенна не могла выкинуть эту мысль из головы. – Я… не хочу, чтобы ты был как он.