Шаман

«Тише, маленькая. Успокойся, все в порядке. Я вижу тебя, с тобой степняки и шаман». «Анза?! Ты здесь, рядом?» Девушка, сама не замечая, завертела головой во все стороны. Лежавший у костра Питти нахмурился и глубоко вздохнул.

«Питти попался к какому-то жуку в ловушку, мы едва спасли его… Хочешь, я убью шамана прямо сейчас?! Или ты сам?»

«Нет, ничего не делай. Не подавай виду, пусть думают, что все осталось, как прежде. Я рядом».

«Да, Анза, - ответила Элоиз и снова добавила, подчиняясь какому-то смутному чувству: -Когда ты скажешь, если ты только захочешь, я помогу тебе убить их всех».

Паук промолчал. Девушка обвела своих двуногих спутников взглядом - и тут же столкнулась с двумя парами пристальных глаз, Класа и Питти. Шаман лежал на спине, над его ранами колдовали Эль и Сойла, а юноша просто сидел у костра. Эти глаза, такие разные, объединяло одно: знание. «Анза, они…» «Я тоже чувствую это. Не подавай виду, маленькая. Я рядом».

Клас напряженно вслушивался в эти свои новые, непонятные ощущения. Юноша видел паука - где-то здесь, совсем рядом, он чувствовал, что враг ранен, и еще он знал, что тот не хочет нападать. Клас перевел глаза с Элоиз, как-то странно связанной с чудовищем, на шамана. Лесной человек не пошевелился, но охотника будто потрепали рукой по плечу: «Не отвлекай пока!»

Очнувшись, он выхватил из костра пригорающий ужин, помахал мясом в воздухе, остужая. Контакт был разорван, и теперь Клас видел ту же картину как бы снаружи - рыжая девушка задумчиво расчесывает волосы, глядя в огонь, чуть постанывает Питти, перевязываемый Сойлой, брат сидит рядом - видно, отпускает свои обычные шуточки, - Стэфи, опираясь на огромное в его руках копье, бродит неподалеку. Все в порядке, больше никого нет.

Между тем, мальчик отошел от костра чуть в сторону, почти выйдя из круга света, и помахал темноте копьем.
– Стэфи?
– удивился юноша.

–  Там кто-то есть, - просто ответил малыш.
– Он хотел поговорить со мной, но я что-то не так сделал, он испугался и ушел.
– И кто же это, как ты считаешь?
– без выражения поинтересовалась Элоиз.
– Паук.
– Мальчик подошел к ней.
– Так ты знаешь этот язык, на котором говорит Клас? Девушка прикусила губу от досады: переживания сделали свое дело, она и не заметила, как воспользовалась древним языком.

–  Так говорили древние люди. Когда-то давно язык был только один, но потом люди рассеялись и перестали друг друга понимать.

–  Так есть еще и другие языки?
– искренне удивился Стэфи и опустился на колени перед Элоиз.
– И ты их знаешь?

–  Нет, мне достаточно знать язык этих мест, на нем говорят и в городе, а также наречие древних. Когда путешествуешь, то всегда можно отыскать людей, владеющих им, даже в самых далеких и диких местах. Не так ли, Питти?..

–  О, да… - как ни в чем не бывало согласился шаман.
– Хотя появление человека, понимающего язык мудрых, среди племени степняков меня здорово удивило. Да и то, что его знаешь ты, молодая цветущая девушка, у которой только тряпки да мужчины должны быть на уме, - тоже довольно странно. Может быть, расскажешь нам о своей жизни в городе? В каких таких далеких странах ты побывала, кто тебя учил?

–  Неужели тебя не пугает, что мальчик видит где-то там паука?
– Элоиз вскипела, рука сама легла на рукоять меча.
– Неужели тебе не хочется пойти и убить его? А заодно и меня, и Стэфи -на всякий случай?..

–  Я не убийца. Я лишь спасаю друзей, - пожал плечами Питти.
– И за каждый свой поступок готов держать ответ, потому что живу своим умом, а не предлагаю себя чужому разуму в качестве перчатки.

–  О чем это вы?
– не понял Клас.
– Я не знаю, что такое «перчатка»! Давайте по порядку: Стэфи, ты видел паука? Мне тоже неспокойно. Нам нужно держаться вместе и поближе к огню. Шаман, твои стрелы действуют на этих смертоносцев?

–  Недостаточно сильно… - поджал губы Питти.

– Зато на жука подействовали очень хорошо, думаю, что с людьми будет еще лучше.
– Причем же здесь люди?
– Юноша переводил взгляд с одного чужака на другого.

–  Притом, что те, кто называет пауков чудовищами, сами куда более ужасны!
– Элоиз испепеляла шамана глазами.
– Именно из-за них восьмилапые считают людей неисправимыми! Ночью в племени были убиты несколько охотников - они, что, тоже были друзьями пауков?!

–  Они искали моей смерти и нашли свою. Без них у степняков больше шансов выжить, чем с ними. Так считали духи, а духи мудры, - тряхнул бубенцами Питти.
– Конечно же, ты считаешь, рыжая, что я не должен был убивать их так быстро, так жестоко! Мне следовало обмотать их паутиной и сожрать живыми, как это делают твои добрые восьмилапые друзья.
– Среди смертоносцев есть добрые и злые, как и среди людей!

–  воскликнула девушка и гневно тряхнула копной рыжих волос.
– Ты плохой, очень плохой человек, и ждешь того же от всех пауков, чтобы оправдать свое зло! Мой друг мог бы убить тебя тысячу раз!

–  Вы ругаетесь, да? Это о чем же?
– осторожно поинтересовался Эль, прислушиваясь к непонятным звукам. К нему тут же придвинулась напрягшаяся Сойла.

–  Посматривай по сторонам… - бросил ему Питти и продолжил, обращаясь к Элоиз: - «Мог» и «не мог» - это просто слова. Существует только то, что произошло на самом деле. Он не убил меня, а я не убил тебя, а Стэфи не убил его… - Кого? Паука?!
– всполошился мальчик.

–  Я просто для примера, малыш, - отмахнулся шаман.
– Все это не важно. Мы здесь, и ты, женщина из города пауков, здесь, и смертоносец сидит там в зарослях. Зачем? Зачем вы шли за нами? Зачем ты вообще пришла к степнякам? Ты не сказала им, кто ты на самом деле такая и сколько лап у твоего друга! Я вправе не ждать от тебя добра, рыжая.

–  Не ждать добра - и убивать?!
– Элоиз захлебнулась от возмущения. Что-то успокаивающе шептал ей Анза, но она была не в силах прислушиваться.
– Убивать, потому что не понимаешь?..

–  Силы неравны, - нахмурился шаман.
– Слабый имеет свои права. Но к чему говорить впустую? Если вы пришли с миром, то расскажи нам о своих целях - вот пусть Клас и рассудит, кто прав. Все, даже Сойла и Эль, посмотрели на юношу.
– Что-то я не пойму… - наморщил тот лоб.
– Питти, ты ведь говорил, что тебя прогнали из леса потому, что ты хотел дружить с пауками?

–  Не дружить, а сотрудничать. Мы им не младшие братья, не пища, не слуги. И не игрушки!
– шаман оскалился в сторону Элоиз.
– Чтобы стать равными смертоносцам, надо не кормить себя сказками, отсиживаясь в норах, а изучать их, как они изучают нас.

«Скажи, что я готов говорить с ним», - голос Анзы отчетливо прозвучал в мозгу ошеломленной словами шамана девушки.

Элоиз не сразу передала просьбу шаману, сперва она зачем-то прошлась туда-обратно мимо костра, потрепала Стэфи по лохматой головке, другая рука нервно поглаживала рукоять меча.

–  Мой друг хочет поговорить с тобой, лесной человек. Открой ему разум, и он откроет тебе свой. Если ты не лжешь, в чем я сильно сомневаюсь, тебе нечего скрывать.

–  Открыть разум!
– хохотнул Питти.
– Открыть разум смертоносцу! А потом обнаружить себя завернутым в липкое одеяльце - ты это имеешь в виду? Я еще не сошел с ума. Вот что, девочка: для равного разговора мы должны быть на равных, а твой приятель слишком силен, мне не помогли даже стрелы.
– Он трусит, Анза!
– торжествующе вслух воскликнула Элоиз.
– Он лгал!