Шамиль

Отмечать праздник собиралась вдвоем, но Игорь настоял, что придет ко мне и приведет с собой сестру и пару кузенов. Наверное, пожалел меня и решил не оставлять нас в одиночестве в такой чудесный праздник. Нужно было еще успеть купить всем подарки…

Я еще какое-то время полюбовалась своим маленьким солнышком, собрала с пола раскиданные книжки, которые постоянно ему читала и тихо, на носочках, вышла из его комнаты.

Уже в гостиной обнаружила, что на часах еще всего лишь девять вечера и поняла, что можно еще пару часов уделить учебе. Собиралась опуститься на диван, на котором были раскиданы конспекты и книги, но отвлек неожиданный стук в дверь. Я никого не ждала и очень удивилась этому. Кто мог прийти в такое время, да еще и без предварительного звонка? Может быть, соседи?

С такими мыслями я пошла открывать дверь.

*****

– Шамиль…

Была ли я удивлена, увидев его? И да, и нет. Да, потому что не ожидала увидеть его прямо здесь и прямо сейчас, а нет, потому что рано или поздно он бы мысленно дошел до правды. Случайно или неслучайно увидел бы ребенка, сложил бы два и два. Не сказать, что я стопроцентно была уверена в таком исходе, но предполагала и допускала мысль о том, что так будет.

Мне пришлось впустить его и выслушать. Просто потому, что я понимала – пока этого не случится, бывший муж не угомонится. А поднимать шум и будить малыша или же позориться перед соседями… ни того, ни другого мне совершенно не хотелось. Проще было единожды поговорить и разрешить все раз и навсегда.

– И?

Мы находились на кухне, где, раз уже мне не дали позаниматься, я решила приготовить себе легкий ужин. На удивление, я была абсолютно спокойна. Много раз представляла себе эту встречу, но никогда не предполагала, что буду холодна, как айсберг. Ни злости, ни страха, вообще ничего. Все ушло с рождением Руслана. Я очень резко повзрослела. Перед Шамилем стояла уже не та Ульяна, которую он когда-то знал.

– Что и?
– удивленно протянул он.

– Ну, я выслушала твою историю, кстати, в способностях Зары я никогда не сомневалась, поняла мотивы твоего поведения, но, а дальше что? – Я закончила резать листья салата и отодвинула их в сторону. После родов я слегка поправилась и последние полгода приводила свое тело в порядок. Упражнения в зале, когда оставалось время, потому что рано было запускать себя в моем-то возрасте, но самое главное – правильное питание. Не хотелось пускать насмарку достигнутый результат. Есть на ночь вообще было не самым верным решением, но легкий овощной салат не добавил бы мне уйму килограммов.

– В смысле… что дальше? – Шамиль был растерян. Он выглядел виновато и неуверенно, и это было очень необычно. Такого Цахаева я не видела, не знала.

– А что ты хочешь услышать? Что для меня должна изменить рассказанная тобой история?

– Ульяна, ты меня что, не слушала? Я был уверен, что…

– Что ребенок не твой, это я поняла, - отмахнулась, принимаясь за нарезку помидоров. – Все, что ты мне выложил, все это прошлое, а что ты хочешь от меня сейчас?

– Я хочу…я хочу воспитывать сына.

– У тебя нет сына.

– Лана…

– Нет, вспомни, тогда, на детской площадке, где состоялся наш последний разговор, я говорила тебе, что, когда ты одумаешься, будет поздно. Я предупреждала, что ты не будешь воспитывать сына. Разве такого не было?

– Было.

– Вот именно. У тебя был шанс. У тебя было очень много шансов, но мой ребенок родился без отца. Официально ты ему никто. И на деле тоже – никто. В нем твой биологический материл, да, но это не делает тебя родителем, поверь.

– Ульяна, я виноват, знаю, я признаю это, но Руслан мой… что бы ты не говорила, я его отец. И я хочу его воспитывать, хочу признать его и официально быть вписанным в свидетельство о рождении…

– А луну тебе с неба не достать?

– Перестань…

– Нет, это ты перестань, - зашипела я. Нет-нет, а бывший все же сумел вызвать во мне волну гнева. – Я обещала тебе и, самое главное, дала слово себе, что тебя в моей жизни никогда больше не будет. А если не будет в моей, то не будет и в жизни Руслана тоже. Ему не нужен психованный отец, который не доверяет собственному «Я»! Ему не нужен монстр, который едва не убил его мать, когда стало известно о беременности! Ты что, впрямь думаешь, что такое когда-то забудется, что кто-то в здравом уме простит подобное? В каких радужных мечтах ты живешь?

– Я не прошу прощать меня. Я не прошу ко мне возвращаться, - кажется, слова давались Цахаеву тяжело, но он старался. – Но я хочу хотя бы видеть сына, принимать участие в его жизни, воспитании…

– Значит, так, слушай меня внимательно. Мой сын – это мой сын, ты не имеешь к нему никакого отношения, но, если ты не зарубишь себе эту простую информацию на носу, я натравлю на тебя Игоря, как бы ужасно это не выглядело со стороны. Ты знаешь, кто его отец и какие у них связи, Гордеев вступится за меня, неважно, вместе мы или нет. Против таких связей ты никто, уж поверь мне. А если и это не сработает, то в один прекрасный момент я соберу вещи, возьму Руслана и укачу за границу. Туда, где ты никогда не сможешь меня найти. Ресурсы у тебя небезграничные, на деле ты не такой крутой, как на словах, ничего не сможешь поделать. Если тебе хоть немного важен сын и осталась хоть капля уважения ко мне, ты исчезнешь из нашей жизни и оставишь нас в покое. Не заставляй меня пачкать руки в грязи или пускаться в бега. – Шамиль хотел что-то сказать, возможно, возразить, но я не дала ему такой возможности. – Тебе здесь не рады.

– Хотя бы дай мне на него взглянуть…

– Выход найдешь сам.

*****

Спокойствие, значит? Никакого спокойствия, к черту не было. Сразу как за Цахаевым захлопнулась входная дверь, я выдохнула и опустилась прямо на пол. Сжалась в крохотный комок и заплакала.

Зачем он вернулся в мою жизнь? Чего хотел? Неужели правда собирался преследовать?

Я ведь только начала забывать его, меня только начало «отпускать», а он ворвался в мою жизнь. Снова. Ворвался и собирался перевернуть все верх дном. Начало нашей истории повторялось. Всегда и все решал Шамиль, мне же оставалось только плыть по течению и подстраиваться под его действия.

Я проплакала полночи. Забыла об ужине, забыла об учебе, о планах на будущее, обо всем. В душе забрезжили старые раны, сердце заныло. Во мне было столько чувств и все ни были столь разными, что я терялась. Я была чертовски обижена на него и мне было плевать, что там наплела Зара, он не поверил мне. Любимый человек не поверил мне, вышвырнул из своей жизни, как беспородного котенка и забыл. На целый год. Который я была вынуждена справляться сама. Я была зла на него и мне так хотелось вмазать ему, да с такой силой, чтобы он прочувствовал всю ту боль, через которую заставил пройти меня. Я скучала. Я поняла это, когда увидела его. Сердце заныло, требуя, просясь к тому, кому было отдано уже больше года. Хотелось обнять, прижаться к нему, почувствовать его вкус, запах…

Господи, как я мечтала, что он одумается, что вернется ко мне или позовет назад, как ждала и надеялась этого. Но чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимала, что этого не будет. Училась жить без него, свыкалась с мыслью о том, что буду матерью-одиночкой…

И все почему? Потому что в какой-то момент мой дражайший супруг решил, что две жены будут в самый раз. Потому что Зара решила, что ее благополучие важнее. Потому что любимый человек не захотел меня слушать, не захотел мне поверить.

А теперь я должна была закрыть на все глаза.

Ближе к трем мое солнышко проснулась и пошла его успокаивать, хотя тоже самое требовалось и мне. Укачивая его и уговаривая перестать плакать, я в очередной раз ответила, что Руслан очень похож на отца.

Если бы Шамиль только дал мне то время, о котором я просила… здесь даже не нужен был анализ ДНК, все и так было на ладони.

Но ему проще было отказаться от меня.

И он сделал выбор.

А я не собиралась давать ему очередной шанс. Хватит, сколько я себя терзала, хватит, сколько была несчастна рядом с ним. Я больше не желала к этому возвращаться. Нужно было двигаться вперед.