Шантаж

– То есть ты хочешь сказать, что я для тебя только временное развлечение? – голос его звучал серьезно и даже чуть обиженно, так что Линда даже покосилась на Макса, чтобы убедиться, что он не всерьез.

– Что ты! – если бы Линда не лежала на груди Макса, она всплеснула бы руками. А так пришлось довольствоваться только преувеличенно возмущенной интонацией. – Любовь до гроба, умрем вместе в один день и все такое… Макс, перестань!

– Если я перестану, тебе это не понравится, – он игриво повел бровью и усмехнулся, и Линда поняла, что он в очередной раз прикалывается.

С ним всегда было так: никогда точно не знаешь, говорит он серьезно или шутит. Даже спустя год, что длятся их отношения, Линда не научилась стопроцентно распознавать его умелые розыгрыши и бесконечные шутки. Иногда это буквально выбивало ее из равновесия. Но вместе с тем привносило в ее жизнь столько радости и оптимизма.

– Макс?

– Что?

– Люблю тебя.

– Лин… – Макс нежно поцеловал ее в губы. – Прости, просто я так дурачусь. Нельзя же все время быть серьезным.

– А ты?

– Что – я?

– Любишь меня?

Извечный женский вопрос.

– Ты же знаешь.

– Ты тоже знал.

– Да, Лин. Я все еще тебя люблю, – улыбнулся Макс.

– Ах вот как?! – притворно нахмурилась Линда, привстав на локте, чтобы сурово посмотреть ему в глаза. – «Все еще»?!

– Конечно – все еще! Пока не встречу такую же умопомрачительную красотку, как ты. Увы, второго такого чуда природы не существует, так что я обречен быть твоим навеки.

Линда отвесила ему легкий подзатыльник и рассмеялась, снова устроившись у него на груди. Но спустя несколько секунд внезапно посерьезнела.

– Черт, я же совсем забыла!

– Что?

– Мне пришло письмо! – она снова привстала, оглядываясь. – Где оно? Я принесла показать тебе…

– И зачем мне смотреть на какое-то дурацкое письмо?

Линда встала, накинула халатик и поспешила к двери. Конверт по-прежнему валялся на полу. Она быстро вернулась, шлепая по паркету босыми ногами.

– Вот, погляди, – Линда плюхнулась на кровать рядом с Максом, села по-турецки и достала из конверта несколько фотографий. Макс, не обращая внимания на протянутые ему фото, с блуждающей улыбкой разглядывал ее обнажившиеся коленки, осторожно протягивая к ним руку.

– Черт, ножки – просто улет!

– Макс! – слегка рассердилась Линда, шлепнув его по руке. – Я же серьезно!

– И я серьезно. Куда уж серьезнее?!

– Посмотри эти фотографии. Это важно.

И Линда подсунула их Максу под самый нос.

– О, Лин! – глаза Макса, сначала недоуменно скользнувшие по снимкам, почти тотчас загорелись. – Откуда у тебя это? Не знал, что ты установила тогда в нашем номере камеру… О, а левую ягодицу мне не мешало бы подкачать, не находишь?

– О боже, Макс! Ну ты и балбес… – она не смогла удержаться от улыбки, но тут же нацепила на себя серьезный вид. – Говорю же тебе – это пришло мне по почте!

– Кто в наше время пользуется почтой?..

Линда возвела очи горе, но промолчала. Макс тем временем нахмурился, перебирая фотографии. На всех были запечатлены они с Линдой в процессе бурной страсти, а некоторые – и со всеми причитающимися подробностями. И почти на всех были хорошо различимы лица.

– За нами кто-то следил?

– Ну наконец-то до тебя дошло!

– Это ведь было в Сочи, пару месяцев назад, да?

– Именно.

– Ну и что?

– Как – что?

– Что в этом такого ужасного?

– Ты не понимаешь? Как думаешь, твое начальство сильно обрадуется, когда в поисковике, рядом с фотками их представителя в деловом костюме, будут мелькать вот эти? Ты правда считаешь, что, в лучшем случае, тебя вежливо не попросят возглавить какой-нибудь департамент внутренних коммуникаций где-нибудь на Дальнем Востоке? Или когда какой-нибудь таблоид напечатает их на разворот в качестве иллюстрации к статье «Быт и нравы топ-менеджера российского концерна»?

– Уверен, многие мне только позавидуют…

– А я? – Линда изо всех сил старалась не обращать внимания на дурачества Макса. – Ты что, считаешь нормальным, если вся страна увидит меня голой? Меня, кого на фотосессиях ни разу не развели даже на откровенное декольте?! А там были очень крутые и очень убедительные фотографы!

– Они просто не умеют разводить девчонок. Вот я…

– Перестань паясничать. На самом деле все гораздо сложнее! – Линда начала злиться.

– А кто прислал фотки?

– Я не знаю. Аноним, естественно.

– И что он хочет? Деньги? Он тебя шантажирует ими?

– И да, и нет.

– Покажи.

– Что?

– Письмо шантажиста.

Линда достала из конверта письмо: отпечатанный на принтере лист бумаги. Макс принялся читать вслух:

«Дорогая Линда,

Мое глубочайшее уважение и любовь к вам были в значительной степени поколеблены, когда эти грязные снимки попали ко мне в руки. Уберите из своей жизни этого ублюдочного клоуна, иначе вы пожалеете оба.

Ваш бесконечно преданный поклонник».

– Да, Лин, ты имеешь успех, – криво усмехнулся Макс, но было видно, что письмо его задело. – Так и знал, что когда-нибудь мне придется ревновать тебя к твоим сумасшедшим поклонникам.

– Как ты думаешь – это серьезно?

– Конечно же нет! Очередной свихнувшийся.

– Разве свихнувшиеся способны столь умело устанавливать следящую аппаратуру?

– А где написано, что это он установил аппаратуру? Там сказано, что снимки «попали к нему в руки».

– И ты в это всерьез веришь?

– Ну это ты же у нас звезда телеэфира, а папарацци сейчас развелось, как собак нерезаных. Айфон купил – уже папарацци. Надеюсь, ты не собираешься поддаваться его шантажу?

– В смысле избавляться от тебя? Дай-ка подумать… – Линда хотела пошутить, но почти тут же вздохнула, признавая очевидное. – Я скорее избавлюсь от всего этого безумного мира, чем от тебя.

– Ну тогда просто выброси это на помойку и забудь, – Макс повел бровью и покосился на фотографии. – Оставь мне только на память вот эту фотку, здесь моя мускулистая рука так трепетно держит твою прекрасную грудь…