Шайнаталия
Шрифт:
– Черт возьми! Что здесь происходит? Кому из покойничков вздумалось прогуляться?
Топот приближался. Человек был так близко, что Лила расслышала тяжелые свистящие вдохи. Она надеялась, что незнакомец осмотрится и уйдет, и поиски можно будет продолжить, но он все ругался и не двигался с места:
– Замок упал? Кто здесь? Никого не вижу, адское пекло! Выходи! Я вас, осквернителей могил, выведу на чистую воду! Шляетесь по ночам, сокровища все ищете, уроды!
Лила медленно повернула голову и различила силуэт сгорбленного старика в какой-то объемной верхней одежде, то ли пальто, то ли плаще. Вдруг человек сделал резкий выпад вперед и
Лила плюхнулась лицом во что-то вязкое. Протерла рукавом очки и увидела недалеко от себя на каменной приступочке блестящую стрелку, на которую падал лунный свет из дверного проема. Вскоре там появилась фигура старика. Он всматривался в мрачные, покрытые плесенью углы и уже не так смело верещал:
– Ты кто, признавайся? Я никого вижу, но слышу чавканье. Ерунда какая-то! У меня есть ружье!
Чавкала жижа, из которой попыталась выбраться Лила. Она выдала свое присутствие, уже и стрелка не нужна. Сокрушенно выдохнула и сняла очки. Мгновение спустя перед ней стоял разгневанный капитан с планшетом в руках.
– Как это понимать?! – орал Крис.
– Я не виновата. Замок развалился, и сторож, или кто он там, наверное, услышал.
– Я каждую тренировку твержу, что следует продумывать каждый шаг. Впрочем, Лила, тебе бессмысленно объяснять. Что ты вообще делаешь в нашей команде? На сегодня хватит! Идите домой! – капитан забрал мыслеходцы у сыщиков и молча вышел из планетария. Ребята последовали за ним.
***
Вернувшись домой, Лила почувствовала восхитительный аромат. Рот наполнился слюной, а на лице расползлась счастливая улыбка.
– Тетя! – воскликнула девочка и понеслась на кухню, поскальзываясь на глянцевом полу.
Римма стояла возле плиты, и над ее головой трепетало белесое облако пара. Роботизированная рука бесполезно зависла в воздухе – таких помощников женщина не признавала. Тетя была слегка полновата, что казалось необычным, ведь из-за сбалансированного и экономного питания дети и взрослые выглядели худыми, даже тощими иногда. На лице в форме сердечка словно два камина горели глаза. Черный жакет гостья украсила огромной брошью с зелеными камушками, волосы кокетливо собрала в высокую прическу.
– Тетя! – еще раз завопила Лила.
Римма обернулась и распахнула свои объятия, в которые девочка упала, как в теплый бассейн. Запахи духов, острых приправ и рыбы приятно защекотали в носу.
– А мы ждали тебя вечером, – Лила нехотя отцепилась от мягких тетиных рук.
– Я хотела накормить тебя нормальной едой, а не этими тошнотворными галетами. Но Сате вряд ли понравились бы рыбьи кишки на этой чистейшей кухне, – голос у женщины был мелодичным, с придыханием, словно она пела колыбельную песню. – Какая же ты костлявая, малышка!
– Но как Хлоя впустила тебя в дом?
– У меня с этой бесстыжей девчонкой разговор короткий. Вылупит эти электронные глазищи… ой, что говорить.
Лила усмехнулась:
– Тетя, у тебя до сих пор нет домашней помощницы?
– Никогда в жизни! – возмутилась Римма, но вскоре успокоилась и усадила племянницу за стол. – Давай, давай, наедайся от пуза.
Лила выпала из реальности, наслаждаясь рыбой с золотой корочкой и сочными кусочками овощей (мини-кукуруза, цуккини, баклажан) и пропуская мимо ушей женские причитания. И только когда на тарелке остались одни косточки,
она сфокусировала взгляд на тете и блаженно похлопала себя по животу. Все неприятности дня отошли на второй план, ведь этот момент был невероятно прекрасным.– Гениально! У моего языка сегодня праздник! Все утверждают, что еда – всего лишь топливо для организма. Но я думаю, что кулинария – это искусство и еще немножко магия. Я была в ужасном настроении, а теперь так счастлива.
– То-то же! – засмеялась женщина и осторожно спросила. – Малышка, у тебя что-то случилось?
– Мой отвратительный одноклассник случился!
– Знаменитый Крис, как я понимаю. Ты пробовала с ним разговаривать?
Только Лила открыла рот, чтобы ответить Римме, как на настенном экране возникла Хлоя и возвестила:
– Сата ИК-87 и Ната ИК-87 через семь минут будут дома.
– Мой человек! – с неподражаемым самодовольством заметила Римма и тут же спохватилась. – Почему так рано? Не успели убраться!
– Хлоя, включи скоростное проветривание. Папе ни слова про рыбу! – приказала Лила.
Зашумел очиститель воздуха, словно несущийся ветер. Тетя мыла сковородку, племянница убирала стол. Уже родители подходили к дому, когда стало ясно – кости девать некуда. Римма нашла небольшую банку, сбросила туда остатки рыбы и засунула тару в биохолодильник. Зеленый гель засосал «следы преступления».
– Хлоя, выключи проветривание! Что здесь происходит, искусственный интеллект тебя возьми? – заорал Сата, входя на кухню. Потом увидел родственницу и язвительно добавил. – Римма? Ну понятно!
Ната с радостным кличем бросилась к сестре. Она на протяжении долгих лет разрывалась между мужем, которого раздражала свояченица, и Риммой, заменившей ей в детстве мать.
– Ты приехала? Наверное, голодная? – засуетилась Ната. Лила почувствовала гадкий укол зависти. Сестру мама явно обожала, а к ней, родной дочери, относилась, как к чужой.
Тетя нарочито жалобно произнесла:
– Очень голодные!
Лила вдруг заинтересовалась своим кедами, лишь бы не смотреть на Римму, которая с трудом сдерживалась от хохота.
***
Перед сном Лила отправилась в комнату для гостей, чтобы пожелать тете «спокойной ночи», но нашла ее в спальне Зары. Свет не включен, а тягучая тишина наполнена унынием. Римма неподвижно стояла посреди комнаты, такой же безликой, как и все спальни коттеджа. С первого взгляда было непонятно, живет здесь старик, подросток или взрослая девушка. Единственное, что напоминало о сестре, это голубое одеяло с маленькими желтыми цветочками – подарок Риммы. Отцу не нравилась эта вещь, но в память о пропавшей дочери, яркая деталь так и осталось в капсуле для сна. Казалось, сейчас откроется дверь, и Зара, уже молодая женщина, наполнит пространство своим присутствием, будет громко хохотать, и балагурить.
– Тетя, – прошептала Лила, остановившись на пороге.
– А? Что? – обернулась женщина и незаметно смахнула слезы.
Лила подошла к ней и уткнулась в мягкое теплое плечо.
– Ты до сих пор скучаешь?
– Всегда скучаю. Мы любили разговаривать с Зарой. Я научила ее готовить. Твоей маме было некогда, ты же знаешь, у нее много работы. В то время я часто гостила в этом доме, но после пропажи Зары Сата совсем озверел. На дух меня не переносит. Жаль, что ты ее почти не помнишь. Прошло восемь лет. Она была чудесной девушкой. Извини, она и теперь чудесная. Все, все хватит! Пойдем я уложу тебя спать.