Школяр
Шрифт:
Сопоставив между собой стоявших перед ним, он сказал, миролюбиво обращаясь к светловолосой девице:
— Я могу сделать тебя красивой, если скажешь, где книга. Очень красивой, я обещаю.
Она усмехнулась:
— Твоя красота будет соответствовать конкретному идеалу, или только чтобы лошади не шарахались? Последнее относится к тебе, красавчик! Ты плохой метаморф, и тебе не удается скрыть огонь в глазах, когда ты злишься. Как можно доверять тому, кто сам не в силах привести себя в порядок?
— Иди-ка ты лучше своей дорогой, а мы пойдем своей, — размеренно произнес черноволосый юноша.
— Подожди, — остановила его
— Я предпринял действия, результат которых позволил мне прийти к этому единственному логическому заключению, — ответил он скупо.
Сумерки стремительно сгущались, а опыт говорил ему, что люди не так осторожны с выражением своего лица, когда им кажется, что их никто не видит. И то, как переглянулись эти четверо, подтвердило то, что он уже знал. Оставалось покинуть эти места, не вызвав подозрения. Книга должна оставаться здесь до того дня, когда он придет за ней.
— Какие такие действия ты успел предпринять, красавчик? — ехидно поинтересовалась у него светловолосая девица.
Он видел, что её гложет любопытство. Его выручил белобрысый дерзец.
— Можешь её не искать, — воскликнул он, — она в Хальмстеме, где всегда была! Тебе нечего здесь делать, уматывай откуда пришел!
Демон склонил голову, удерживая себя от желания вонзить ставшие длинными когти в этого наглеца. Потом он вспомнил, что у мальчишки отважное сердце, и решил, что тот сам снесет себе голову. Он только остро глянул на него так, что тот снова попятился.
Светловолосая девица хихикнула:
— В самом деле, займись-ка ты лучше своим носом и огнем в глазах, чтобы не пугать людей! Глядишь, когда-нибудь тебе больше повезет!
Закрывая общение, он проговорил:
— Я никому из вас не причиню вреда, пока вы не перейдете мне дорогу. Прощайте, люди!
Не поворачиваясь к ним спиной, он стал удаляться, чтобы не испугать их в момент, когда менее всего защищен. Его братья не простят ему, если он умрет именно сейчас.
— Эй, а как тебя зовут, красавчик? — окликнула его напоследок светловолосая девица.
— Меня зовут Набезан, — ответил он и, расправив плащ, ставший надежными крыльями, взмыл в темнеющее небо.
Минуту друзья стояли, потрясенные продемонстрированным им способом передвижения, потом Анна воскликнула, шаря глазами по опустевшему небу:
— Это был нергал, клянусь здоровьем Роланда!
— Может и нергал, — пробормотал Ян с сомнением. — Он точно метаморф, смахивает на человека, умеет разговаривать. Вот только я не слышал, чтобы они летали!
Филь сам был не против поклясться здоровьем профессора в вопросе, в котором хоть сколько-нибудь сомневался. Последние три дня профессор Роланд как с цепи сорвался, завалив Алексу своими заданиями, и даже вытребовал, чтобы ректор отменил сегодня выходной для дополнительных занятий. Время для игры освободилось только под вечер.
— Я слышала, что некоторые умеют, — сказала Мета. — Давайте поторопимся, пока не закрыли ворота!
Анна оторвалась от созерцания небосвода и устремилась за остальными.
— Их-то не закроют, а вот нам определенно грозит Печальный карцер, — угрюмо проговорила она. — Эх, надо было спросить у Курта Нормана, как оттуда можно улизнуть! Слышала, он один раз это делал.
— Я думаю, мы успеем на перекличку, — сказал Ян. — А в карцере всё равно нет свободных мест. И удачи тебе поймать Нормана, он тогда
как сбежал из поезда под Кейплигом, так его до сих пор никто не видел.Филь обиженно воскликнул:
— Еще немного, и мы будем везде ходить под конвоем!
В последнюю неделю на Алексу обрушилась настоящая диктатура. Ректор стал появляться только на своих занятиях, профессура ходила непривычно суровая, а учеников лишили последних свобод. Нарушителей немедленно отправляли в Печальный карцер, который быстро заполнился.
Завтрак, обед и ужин теперь начинались с поголовной переклички, и горе было тому, кто на неё опаздывал. Количество солдат тоже прибавилось. По школе ходили упорные слухи, что на смену им из столицы движется целый легион.
Чем были вызваны перемены, никто не знал. Почтовое сообщение с городами Империи разладилось, а последние полученные учениками письма, которым хоть сколько-то можно было доверять, доказывали, что император сошел с ума и заперт в Кейплигском замке. В сравнении с этими новостями посещение Алексы нергалом, забредшим сюда в поисках зловещей книги, выглядело не важным.
— Надо обязательно сообщить ректору о нергале, — сказал Ян, взбираясь по склону холма. — Не каждый день представитель самого умного вида демонов наведывается в наши места. Может, ректор озаботится этим и даст нам хоть немного вздохнуть.
— Сообщим, конечно, — подтвердила Мета. — Филь, а откуда этот демон знает тебя?
— Я столкнулся с ним как-то лоб в лоб четыре года назад, — сказал Филь. — Я тогда принял его за сердара. Потом он пытался добраться до меня при разрушении Хальмстема, но у него ничего не вышло.
— Про Железную книгу он не узнал, это самое главное, — сказала Анна, благосклонно кивая двум стражникам у ворот.
Филь погрузился в раздумья, надо ли рассказывать о том, что демон умудрился коснуться его своей мерзкой лапой, и о посетившем его тошнотворном ощущении, что в голове у него открылся кошмарный черный глаз, прочитавший его самые тайные мысли. Потом решил, что не стоит.
Солдаты с облегчением улыбнулись, что не придется искать учеников в ночном лесу, и затворили за ними тяжелые ворота.
— 21 —
«Отчаянные ситуации требуют отчаянных решений. Можно сколько угодно винить императора Флава за его отказ рисковать профессурой, но найденное им в панике решение оправдало себя. Пусть для этого, как мы знаем, ему пришлось собственноручно переписать закон…»
На следующее утро Филь встал с первыми лучами солнца, предвкушая славный денек, свободный от занудливых лекций по морали и праву. Они проведут его в лаборатории естествознания, и даже Роланд не сумеет это отменить. Профессор Лонерган срочно уезжал в столицу по делам и был вынужден перенести свой экзамен на месяц раньше.
Экзамен не беспокоил Филя. Отгадывать изощренные загадки вроде прошлогодних им не придется, а остальное они с Яном знали лучше всех. С Нового года не вылезая из Первой лаборатории, они полностью осилили то, что требовалось, а еще умудрились найти удобную замену огниву для императора Флава. И всё благодаря новой субстанции, которую профессор Лонерган выложил на стол в первый день занятий после зимних каникул.