Сходняк

Они вышли из ресторана на задний двор и увидели, что дверца черного джипа раскрыта.

На водительском месте сидел худощавый парень лет тридцати, с оттопыренными ушами. Он уже включил зажигание.

— Минуточку, господин Южанов! Не уезжайте! Мы из фирмы «Орбита-плюс»…

Антон Южанов явно был ошарашен.

— Ну и что? Орбита-ху…та… Мне-то что за дело? Моя тачка в ремонте не нуждается, страховка мне не нужна.

— Смотри, парень, как бы ты сам в ремонте не стал нуждаться! — грозно прошипел Абрамов, вытащив из кармана комбинезона черный ПМ и приставив ствол к переносице главного бухгалтера. Лицо парня сразу исказилось гримасой ужаса.

— У нас к тебе два коротких вопроса, на которые мы надеемся получить два коротких ответа, — продолжал также грозно майор-отставник. — Первый. Кого ты увез отсюда вечером пятнадцатого ноября прошлого года?

Антон Южанов побледнел как полотно, и его губы мелко задрожали.

— Я… я… никого не вез… Я только тачку дал… Я за рулем не сидел.

Чижевский удовлетворенно кивнул:

— Так, Антон, молодец. И второй вопрос. Ты куда его увез?

— Я не знаю, кто там был — в багажнике. Богом клянусь, вот вам крест, не знаю, кого там положили. — Он перешел на визг.

— Дурашка, — поморщился Чижевский. — Я же не спрашиваю — кого. Я спрашиваю — куда.

Главного бухгалтера ресторана «Золотая нива» била крупная дрожь.

— Не знаю, ничего не знаю, пацаны… Темно было. Сначала поехали по кольцевой, потом в Строгино заехали, там плутали, потом опять на кольцевую выехали… Потом в Черемушки, потом опять по кольцу, доехали до Щелковской, а там куда-то на Парковую свернули. Я уже не помню… Мне дорогу показывали. Я ехал…

— Кто показывал? — перебил его Чижевский. Антон Южанов облизал пересохшие губы.

— Это… не знаю, как его…

— Тима? Витя? Паша? — стал помогать ему Абрамов. — Они ведь тоже были в ресторане…

— Не знаю, не знаю, — энергично замотал головой Антон. — Там в зале Филимон работал в тот вечер. Он всех видел. Я никого не видел. Никого не знаю.

Меня посадили за руль, велели гнать. Полтора часа ездили, потом свернули на Парковые, где-то возле Измайловского метро, потом рванули на шоссе Энтузиастов, там на какую-то стройку заехали. Все, больше ничего не знаю…

Он всхлипнул.

— Ладно, Антоша, сейчас с нами поедешь — дорогу покажешь, — твердо сказал как отрезал Чижевский. — Будешь хорошо себя вести — отпустим.

Заартачишься — мошонку на лоб натянем.

И, решительно вытолкнув Южанова из джипа, Чижевский зашагал в сторону Дмитровского шоссе. Абрамов, подталкивая перед собой главбуха, двинулся следом.

Глава 31

Он осторожно, точно не веря в удачу, отворил дверь, и в лицо сразу пахнуло свежим морозным воздухом. За дверью было довольно просторное и высокое, в человеческий рост, помещение, что-то вроде подсобки. У стенки стояла лавка, стул, на стуле лежало какое-то барахло и спички. Он схватил коробок в руку, машиналь-до потряс, проверяя наличие в нем содержимого, и опустил коробок в карман ватника. В полумраке на дальней стенке он сразу различил металлическую лесенку, вмурованную в кирпичи. Лесенка вела вверх. Он глянул на потолок и увидел люк. Крышка люка была чуть приоткрыта. Владислав вцепился обеими руками в лесенку, подтянулся и стал медленно карабкаться вверх. Добравшись до верхней ступеньки, он надавил правой рукой на крышку люка, и та легко сдвинулась в сторону. Тогда он резко откинул стальную крышку и высунул голову наружу Вокруг расстилалась индустриальная пустыня: вдали виднелся пятиэтажный корпус с выбитыми окнами какого-то заброшенного завода. Территория вокруг завода была заставлена ржавыми останками древних механизмов с вырванными внутренностями. Людей не было видно. Владислав вылез, сдвинул крышку люка на место и, опасливо озираясь, направился к заводскому корпусу. Он не переставал удивляться отсутствию здесь людей. Может быть, сегодня воскресенье?

Варяг вошел в здание под гигантской аркой и по бетонному холодному полу пустых цехов двинулся вперед, на шум уличного транспорта. Только сейчас он ощутил смертельную усталость, сковавшую все его тело, — усталость, накопившуюся за все эти три или четыре месяца полуголодного прозябания в темном каменном мешке. Только бы не упасть, не потерять сознание…

— Эй, работяга! — услышал он голос за спиной. Обернулся и увидел двух ментов в лейтенантских погонах. Они быстро приближались к нему.

— Ты откуда такой красивый, а? — насмешливо поинтересовался один из ментов. — Работаешь тут?

— Сторож я, — глухо ответил Варяг, произнеся первые пришедшие в голову слова. — Сегодня моя смена.

— А, — кивнул лейтенант. — Новенький, что ль? А Михеич-то совсем спился?

Михеич же всегда по выходным выходит… — Он повернулся к своему напарнику, второму лейтенанту. — А то я Михеича с самого конца февраля не видел. Не знаешь, что с ним? — Этот вопрос был обращен к Варягу.

Владислав пожал плечами. Он понял, что появление этих двух ментов пока не предвещало никакой беды, и приказал себе держаться с ними как можно спокойнее, не нервничать. Если они заподозрят что-то неладное — сразу возьмут за задницу… А коли, не дай бог, потребуют предъявить документы — все, пиши пропало. Одно он выяснил: сегодня суббота или воскресенье. Уже что-то…

— Да хрен его… Я только на прошлой неделе сюда устроился. Вроде и впрямь тут был какой-то ночной сторож, да он то ль заболел, то ль уволился. Не знаю…

Менты озабоченно переглянулись.

— А в бытовке кто есть сейчас? — осторожно спросил второй лейтенант.

«Что еще за бытовка?» — мелькнуло у Варяга в голо-ке. Тут главное не сболтнуть лишнего.

— Да с утра был там старшой… — Он сделал паузу, как будто припоминал имя. — То ли Василий Евгеньевич, то ли Евгений Васильевич…

— Василий Васильевич! — поправил первый лейтенант и удивленно добавил:

— Чой-то прорабу тут в воскресенье делать? Ну-ка, Петя, пойдем проведаем. Может, у него сохранилось что-нибудь…

И менты быстро направились в глубь заводского двора. Варяг с трудом скрыл улыбку. Кажется, пронесло. И вдруг он крикнул ментам вслед:

— Ребята, сколько времени, не скажете?

Первый лейтенант взглянул на левое запястье и обернулся:

— Полпервого!

«Сторож» благодарственно махнул ему рукой и быстро пошел в сторону улицы, к длинной веренице торговых палаток.

Он вышел из-за палатки на тротуар и немного опешил: он отвык от такого многолюдья и многоголосья. «С конца февраля…» — вспомнились ему слова мента.

Выходит, сейчас уже март. И, значит, он с ноября просидел в той яме четыре месяца! Владислав потрогал заросшую бородой щеку. «Да, представляю, какой у меня видок».

Перед его глазами возникла стеклянная красная буква М на высокой штанге.

Метро! Только в метро его не пустят — в таком виде, без копейки денег. Он прочитал название станции: «Рязанский проспект».

Так, значит, если учесть, что он прошел по подземному туннелю километра четыре-пять, держали его где-то в районе Перово, или шоссе Энтузиастов, или у кольцевой автодороги… Первое, что надо сделать, — это позвонить. Он нашел телефоны-автоматы, но, к его несчастью, все это были синие карточные таксофоны — с такого просто так не позвонишь. Но тут Владислав вспомнил, что недалеко от «Рязанского проспекта» ходит электричка. Надо добраться до станции-там легко смешаться с толпой, там есть телефон-автомат, там можно что-нибудь перехватить пожрать…