Шпион

— Гарольд, мистер Белл. Спасибо.

— Гарольд, а дальше?

— Гарольд Винг.

— А вас?

— Луис Ло.

— Лу Луис или Ло Луис?

— Ло.

— Рад знакомству.

— Неудивительно, что этот неприятный тип проголодался, — проворчал Арнольд Беннет, стоявший первым в очереди. — Оборудование для приготовления завтрака в этом поезде не готово удовлетворить потребностей всех, кто в нем ночует.

Исаак Белл подмигнул Луису и Гарольду. Те неуверенно улыбались сложностям английского языка.

— Мистер Беннет хочет сказать, что спальных мест в поезде больше, чем мест в вагоне-ресторане.

Китайцы закивали.

— Они должны открыть вагон-ресторан к обеду, — продолжал Беннет. — Пока голодная толпа все тут не разнесла.

— Как спали? — спросил Белл у Гарольда и Луиса. — Привыкли к движению?

— Очень хорошо, сэр, — сказал Луис.

— Несмотря на мое предупреждение, что поезд на ходу дергается, — сказал Беннет.

Наконец дверь вагона-ресторана распахнулась, и Белл сел за один столик с ними. Как ни пытался Белл их разговорить, китайцы молчали, как сфинксы, а вот Беннет с удовольствием безостановочно разглагольствовал обо всем, что видел, прочел или услышал. Винг достал из кармана маленькую библию и стал читать. Ло смотрел в окно на зеленеющие поля и пасущиеся стада.

Исаак Белл ждал Луиса Ло в коридоре у купе Арнольда Беннета.

Восточнее Роулинса, штат Вайоминг, поезд, идущий по высокому плато, увеличил скорость. Кочегар непрерывно подбрасывал уголь; на скорости в восемьдесят миль в час поезд начал раскачиваться. И, когда показался ученик миссионеров, Белл позволил качающемуся вагону бросить его на меньшего ростом китайца.

— Простите!

Он восстановил равновесие, держась за лацкан Ло.

— Карманный пистолет вам выдали в семинарии?

— Что?

— Этот бугор — вовсе не библия.

Китаец словно съежился от смущения.

— О нет, сэр. Вы правы. Это пистолет. Просто я боюсь. На западе так ненавидят китайцев. Вы сами видели это за завтраком. Нас считают наркоманами или бандитами из тонга.

— А вы умеете пользоваться этой штукой?

Они по-прежнему стояли в считанных дюймах друг от друга, Белл держал китайца за лацкан, и тот не мог отойти.

— На самом деле нет, сэр. Думаю, нужно просто наставить его и нажать на курок. Но ведь важна угроза. Я еще никогда не стрелял.

— Разрешите посмотреть? — спросил Белл, протягивая руку.

Луис огляделся, убедился, что они одни, и неохотно достал пистолет. Белл взял его.

— Оружие высшего качества, — сказал он, удивившись тому, что ученик миссионера сумел найти карманный кольт словно только что с фабрики. — Где вы его взяли?

— Купил в Нью-Йорке.

— Вы купили очень хороший пистолет. А где именно в Нью-Йорке?

— В магазине рядом с полицейским участком. В центре.

Белл убедился, что пистолет стоит на предохранителе, и вернул его.

— Можете пораниться, размахивая оружием, если не умеете им пользоваться. По ошибке пораниться. Или кто-нибудь отнимет его у вас и застрелит — и объяснит все самозащитой. Мне было бы спокойнее, если бы вы спрятали пистолет в чемодан и больше не доставали.

— Да, сэр. Мистер Белл.

— Если кто-нибудь в поезде будет обижать вас, просто скажите мне.

— Пожалуйста, не говорите мистеру Беннету. Он не поймет.

— Почему?

— Он добрый человек. И не знает, как жестоки бывают люди.

— Уберите пистолет в чемодан, и я буду нем как рыба.

Луис обеими руками сжал руку Белла.

— Спасибо, сэр. Спасибо за понимание.

Лицо Белла превратилось в маску.

— Спрячьте в чемодан, — повторил он.

Китаец прошел по коридору и через тамбур в соседний вагон, где было купе Беннета. Уходя, китаец повернулся и благодарно помахал рукой. Белл кивнул, словно размышляя. Какой набожный молодой человек!

По правде говоря, размышлял он, эти такие юные с виду ученики миссионеров вполне могут быть бандитами из тонга. Если так, Белл дивился прозорливости Джона Скалли.

Никакой другой детектив в Нью-Йорке не смог бы в одиночку отправиться в Чайнатаун и две недели спустя установить связь двух гангстеров из тонга с шпионской сетью вокруг Корпуса 44. Ему очень хотелось надеть на Луиса Ло и Гарольда Винга наручники и отвести их в багажный вагон. Однако он сильно сомневался в том, что Луис и Гарольд — крупные фигуры в мире гангстеров… что они вообще гангстеры; а если они просто шестерки, он сможет проследить за ними и выйти на главаря.

То, что шпион привлек тонг, типично для его международного охвата. В случае таких, как Эббингтон-Уэстлейк, даже подумать об этом трудно. То, что шпион сумел привлечь к своим операциям известного английского писателя, свидетельствует о силе его дьявольского воображения.

— Ваша очередь, Уитмарк. Повышаете или выходите?

Тед Уитмарк отлично понимал, что, имея на руках семерку, нельзя пытаться пополнить карты внутри стрейта. Вероятность просто ничтожна. Ему нужна четверка. В колоде только четыре четверки: червонная, бубновая, пиковая и трефовая. А четверка треф уже выпала игроку напротив. И этот игрок удвоил ставку, намекая тем самым на то, что в его картах есть еще четверка. Четыре четверки в колоде, одна явно уже выпала, вторая — возможно. Вероятность не просто ничтожна, она нулевая.

Но он вложил в эту партию кучу денег и чувствовал, что удача вот-вот ему улыбнется. Ему должно повезти. Он начал проигрывать неделю назад в Нью-Йорке, и это выводило его из себя. В поезде на пути в Сан-Франциско он все время проигрывал и каждый вечер проигрывал после прибытия. Одной четверки уже нет. Еще одна или даже две тоже ушли. Иногда приходится брать быка за рога и проявлять храбрость.

— Ваш ход, Уитмарк. Повышаете или выходите?

Он заметил: больше никаких «мистер Уитмарк». Мистер исчез, когда он в третий раз за вечер одолжил пять тысяч. Иногда приходится быть храбрым.

— Повышаю.

— Здесь восемь тысяч.

Уитмарк передвинул свои фишки в котел.

— Здесь три. Остальное у маркера.

— Вы уверены?

— Давайте карту.

Человек, сдававший карты, посмотрел через стол не на Теда Уитмарка, а на изрезанное шрамами лицо владельца казино, который разрешал играть в долг. Тот нахмурился. На мгновение Уитмарк почувствовал, что спасен. Он не может повышать, если у него нет денег. Он выйдет из игры. Сможет вернуться в отель, выспаться, а с утра примется за работу по расписанию, чтобы покрыть свои долги деньгами, которые ему заплатят, когда он доставит продукты для Великого белого флота. Или Великой белой «глотки», как одобрительно заметил один из его конкурентов. На четырнадцать тысяч долларов нужно доставить очень много провизии.