Шрам

А хуже всего то, что его убийце удалось уйти. Мор, как и я, пережил то падение, и даже более того, смог, не смотря на раны, сбежать раньше, чем на место нашей схватки подоспели вояки. Им досталось только мое тело, перепуганная Лилит, пять мертвых тварей и труп Алена. Разбирательство длилось недолго. Те из Койотов, кто остался в городе и, следовательно, пережили схватку с Блэки, с радостью поделились с властями города всем, что знали про темные дела Роланда, лишь бы избежать клейма изгнанника. Уже на следующий день была найдена и вскрыта тайная база Койотов, которая, как оказалось, располагалась прямо под стенами Филина, и туда из города вел тайный ход. Им, по-видимому, и воспользовался Мор, чтобы сбежать из города. Самого заклинателя на базе не застали, но было обнаружено достаточное количество улик, от которых, я уверен, у многих осведомленных людей волосы на голове зашевелились. Большинство же граждан Филина, естественно остались в полном неведении, что наверняка к лучшему.

Я провел все это время в глубокой коме. Очнулся лишь спустя две недели, когда все разбирательства уже закончились. Очнулся и, первым кого увидел перед собой, была Лилит. Он дремала, пристроившись в мягком кресле возле моей койки.

У меня не было дезориентации. Вернувшись в реальность, я помнил все, все события прошедших дней. Но все это мне показалось не важным в тот момент. Не важным была и легкая головная боль, с которой я проснулся и сильная жажда и невероятная слабость и миллионы вопросов, что вертелись в голове. Важным был лишь тот факт, что Лилит рядом. И я какое-то время лежал, глядя на ее силуэт, залитый тусклым, белесым светом ламп на потолке. А затем я протянул руку, чтобы смахнуть копну волос с ее лица, и явно переоценил свои силы. Слабость не позволила моей руке дотянуться до Лилит, я даже поднял ее с трудом, но девушка проснулась. Она повернула голову и заспанные, зеленые глаза уставились на меня. В первые секунды, она словно не поверила в то, что видит перед собой.

— Привет Лил – прошептал я, не ожидая, что мой голос будет настолько слаб.

– Клайд – она тут же бросилась ко мне, сжала в ладонях протянутую ей руку, усыпала поцелуями лицо и одновременно с этим заплакала.

– Эй, эй — шептал я, пытаясь успокоить любимую – Все хорошо. Лил. Все хорошо.

– Я… Я боялась – говорила она сквозь слезы, опустившись рядом со мной на колени — Не знала…

Она не договорила, но я понял, что хотела сказать. Лилит боялась, что я могу не проснуться никогда.

— Я здесь – прошептал я – Я с тобой. Вернулся. К тебе.

Она подняла на меня глаза. По щекам катились крупные слезы.

– Это ведь не сон, правда?

– Не сон — попытался улыбнуться я.

— Клайд -- она уронила лицо мне на грудь, больше не в состоянии противиться переполняющим ее эмоциям.

– Моя Бони – я гладил ее по волосам, прикладывая к этому действия все силы, что у меня в тот момент были.

– Как ты себя чувствуешь? – словно неожиданно вспомнив, что она врач, подняла голову Лилит.

– Нормально – кивнул я.

– Тебе что-то нужно?

– Воды.

– Конечно, сейчас.

Лили быстро вытерла рукавом рубашки мокрые дорожки на своих щеках, схватила пластиковый стаканчик со стола и покинула комнату. Я почти провалился в сон, когда она вернулась, хоть наверное и не было ее всего пару минут.

– Вот, пей – она протянула мне стаканчик из которого торчала трубочка.

Еще никогда прежде вода не казалась мне настолько вкусной. Не было ничего вкуснее на свете, чем та прохладная жидкость, которая возвращала к жизни мое тело. Я и не заметил, как опустел стаканчик.

– Еще? – спросила Лилит.

– Да. Пожалуйста.

Она снова ушла, а когда вернулась, я уже крепко спал. И это был самый обычный сон. Я возвратился из мира вечного забытья, и врата туда закрылись для меня. Временно конечно, как и для всех в этом мире. Смерть снова отпустила меня, теперь уже по собственной воле, и мне хочется верить, пусть это и покажется кому-то излишней мистификацией, что вернули меня в этот мир потому, что я еще могу здесь пригодиться, сделать что-то достойное, что-то полезное.

В городе нашлось немало людей, в чьих интересах было поскорее замять все произошедшее и никогда больше об этом не вспоминать. И неудивительно, что сразу, как стало известно о моем возвращении в мир живых, ко мне наведался мужчина в сером костюме, очень низкого роста, с пухлым и доброжелательным лицом и внимательными серыми глазами, в которых не было ничего доброжелательного.

Лилит была против нашего общения, но я успокоил ее, сказав, что готов к разговору, чувствую себя хорошо, а еще хочу поскорее со всем разобраться.

Мужчина, который так и не представился, попросил меня рассказать подробно обо всем случившемся. Но некоторые подробности я, конечно же, опустил. Однако, в общем и целом передал всю историю верно.

– И вы не знаете, где сейчас может находиться этот Мор?– уточнил он.

– Нет, конечно. Но если он снова появится рядом с Филином, будьте уверены, я его убью.

– Это может означать, Клайд, что вы хотите продолжить заниматься своим делом? – спросил он.

– Конечно. Я ведь охотник.

– Приятно слышать. Совет города очень обеспокоен всем случившемся, но думаю, что к вам у них не будет никаких претензий. Вы ведь не имеете отношения ко всем этим омерзительным экспериментам Роланда, верно?

– Конечно, не имею. Что вы хотите сказать?

– Хочу сказать, что совет позволит вам продолжать работу, если вы, и все прочие участники этой истории, подпишите согласие на неразглашение. Обычным людям в Филине совершенно не обязательно знать о заклинателе, понимаете меня?

– Очень четко – кивнул я – Где поставить подпись?

Мужчина холодно улыбнулся:

– Все соответствующие документы мы подготовим к вашему выздоровлению – он поднялся – Ну а пока что мне достаточно будет и вашего устного согласия.

Пройдя к двери, он обернулся.

– Желаю вам скорейшего выздоровления, Клайд. Филину нужны охотники, и мы будем с нетерпением ждать вашеговозвращения в строй.

И больше я никогда не встретился с этим человеком. Мне оставалось лишь догадываться, кем он был и какую должность занимал. Не то чтобы я долго размышлял над этим, быстро придя к логичному выводу, что сфера деятельности этого человека, как и его настоящее имя, не указаны ни в одном документе и, по сути, не существуют вовсе. А занимается он, как я думаю, проблемами самого деликатного характера, и мне не хочется даже представлять, чем бы грозил мой отказ от молчания. Однаколишь последнему дураку могли прийти в голову мысли болтать о подобном. И не только потому, что властям города это не угодно, или потому что никто в Филине в такую историю не поверит. Но, главным образом потому, что людям, обычным жителям, действительно не стоит знать ничего подобного. Осознания того, что на улицах их родного Филина бродили твари и вел их самый настоящий заклинатель, без сомнения нарушит шаткое душевное равновесие горожан, лишит их уверенности в безопасности стен, и одному богу известно, к чему все это может привести. А разве не в этом заключается главная задача властей, чтобы обеспечивать покой и безопасность своих подопечных? Частично эта ноша возлагается и на плечи охотников, и я готов был нести ее, молчать во благо города и спокойствия его жителей. Все соответствующие для подписание документы я получил через полтора месяца, когда вернулся домой и на этом вся история с заинтересованностью совета к произошедшему иссякла.

Не скажу, что сразу пришел в норму. Совсем наоборот. Первые несколько дней я не мог не то что ходить, но даже говорил с трудом. Модификаторы питались ресурсами моего организма и, по словам Лилит, могли бы убить меня, продлись их действие дольше. Но самое ужасное то, что наниты не покинули мой организм.

– О чем ты думал? – спросила Лилит, когда поднялся этот вопрос.

– О тебе – ответил я просто – Иного пути не было, ты же знаешь.

– Да, прости – она обняла меня, все так же лежащего на кровати, уже который день.