Шторм

— Само собой, мы придумаем что-нибудь получше, чем смотреть на старую плотину.

Он отводит своего друга за стол к остальным гостям и усмехается, глядя на огромный торт.

Соня мечтательно провожает взглядом своего Воина, и я говорю:

— Думаю, они отлично справятся без нас.

— Замечательно, тогда едем в воскресенье.

Мы с Соней тоже идём к столу. Подумать только, она уже сама может управлять шаттлом — Рок обучил её. Как много всего изменилось за последние несколько месяцев…

Мы садимся за стол, и Шторм разрезает торт, а я продолжаю во все глаза на него смотреть. Он уже не тот полуребёнок, как раньше, за последнее время он сильно повзрослел. Не верится, что он смог всё это организовать. Я очень им горжусь.

Вечер прошёл весело: мы много разговаривали и смеялись. Как хорошо иметь друзей, на которых можно положиться, и которые всегда рядом.

Через два часа, после того как огромный торт съеден до последней крошки, все, как по команде, начинают прощаться. Шторм приготовил мне ещё один сюрприз, о котором, очевидно, знают все, кроме меня.

Может ли сегодняшний день стать ещё лучше?

Когда мы остаёмся одни, Шторм велит мне не обращать внимания на беспорядок на столе — он пообещал завтра всё прибрать, но я с этим не согласен и, конечно же, помогу ему вымыть посуду — и выводит меня в сад.

Он идёт вдоль забора и зажигает пять факелов. В мерцающем свете огня я различаю маленький столик, накрытый на двоих. На нём стоит трёхрукий канделябр, свечи на котором он тоже зажигает.

— Ещё один ужин?

Удивлённый, я сажусь; Шторм помогает мне, пододвигая сзади стул.

Он наклоняется через моё плечо и бормочет мне в щёку:

— Всё, что было до этого, лишь закуска. Теперь — основное блюдо.

Мою кожу начинает покалывать, я закрываю глаза и поворачиваю голову. Но Шторм не целует меня, а просто коротко проводит по губам языком. Затем он с усмешкой садится напротив меня.

Хочется снять рубашку — так мне стало жарко.

— Еда сама к нам прилетит?

Шторм подмигивает.

— Жди и смотри.

Тут позади меня открывается калитка в заборе, и к нам в сад заходят трое мужчин. У каждого в руке поднос. Я знаю этих людей: они работают в ресторане пирамиды!

Они подают нам жареную курицу, — моя любимая еда, — наливают в бокалы вино и уходят. Я могу только безмолвно провожать их взглядом.

— За нас, — провозглашает Шторм, поднимая свой бокал.

— За тебя.

Бокалы тихо звенят, когда мы ударяем ими друг о друга, и я сглатываю ком в горле. С каких это пор я стал так легко ударяться в слёзы? Просто Шторм сегодня беспрестанно меня удивляет.

Сладкое вино стекает по горлу и согревает желудок. Когда я ставлю бокал на место, моя рука дрожит. Мой взгляд падает на кожаный браслет с бирюзовыми камнями, который Шторм сделал для меня.

— Ты всё это придумал сам? Сначала церковь, теперь ужин при свечах…

Шторм тоже отставляет бокал и наклоняется вперёд.

— Я планировал это несколько недель. Тебе нравится?

— Это… — Я глубоко вздыхаю, затем встаю и обнимаю Шторма. Он прислоняет голову к моему животу, и я целую его в волосы. — Пожалуйста, не принимай мою скупость на слова за равнодушие. Я слишком тронут, чтобы выразить, насколько я потрясён.

Шторм тоже обнимает меня, нахально положив руки мне на ягодицы, и трётся носом о мой живот.

— Я знаю, каким образом ты чуть позднее сможешь показать мне, насколько ты потрясён, но сначала надо поесть, иначе курица остынет. — Он поднимает голову и нахально улыбается мне.

Я тут же опускаюсь на колени и целую его.

— Хорошо, сначала еда, потом удовольствия. Я хочу тебя с тех пор, как мы вышли из больницы. Ты выглядишь таким сексуальным в костюме.

И словно подчёркивая свои слова, я веду руками по его широким плечам, обхватываю шею и целую Шторма, а затем снова сажусь.

По блеску его глаз и приоткрытым губам я понимаю, что он возбуждён. Поэтому я скидываю с одной ноги ботинок, скольжу ею вверх между его ног и прижимаю её к напряжённому члену.

Шторм, который только что положил в рот кусок, давится и кашляет. Он торопливо делает глоток вина.

Как можно более невинно я смотрю на него, продолжая ласкать член через штаны.

— Всё в порядке?

— Ну подожди, я отомщу тебе. — Шторм убирает мою ногу и предупреждающе смотрит на меня, хотя уголки его рта дёргаются. — Но сначала съем курицу. Очень быстро.

Он накалывает на вилку сразу целую картофелину и засовывает её в рот. При этом он не сводит с меня глаз.

Хотя еда пахнет восхитительно, и у меня слюнки текут, Шторма я хочу сильнее. Оттого, что у него стояк, я и сам становлюсь твёрдым.

— Не уверен, что смогу впихнуть в себя ещё хоть что-нибудь после такого огромного торта.

Шторм провокационно облизывает губы.

— Но ты должен, потому что сегодня ночью тебе понадобятся все калории. А на десерт ты, конечно же, получишь меня… внутрь.

Мой член дёргается, и я подавляю стон. Я быстро отрезаю кусок курицы и кладу его в рот. Вкус просто замечательный, а волокна мяса настолько нежные, что тают на языке.

Я снова поднимаю ногу и продолжаю возбуждать Шторма через штаны. Я хочу свести его с ума и отправиться с ним в постель… прямо сейчас!

Его зрачки становятся огромными, в них отражается пламя свечей. Шторм выглядит чертовски привлекательно. Он расстегнул воротник рубашки, и я могу видеть его гортань. Шторм сглатывает.

— Я хочу тебя прямо сейчас, — говорю я хрипло и давлю пальцами ног на его ствол. — Курица вкусная и холодной.

Шторм вскакивает со стула, едва не опрокидывая стол.

— Ты прав, курица может подождать. А вот это — нет.

Он тянет меня вверх, прижимает к своему твёрдому телу и жарко целует.

Шторм сумасшедший. И я люблю его. Потому что он такой, какой есть.

КОНЕЦ бонусной истории!

(Третья книга про Айса и Веронику)

Предыдущие книги в серии и продолжение читайте в группеили на сайте http://nafretiri.ru.