Шустрый

— Яд на стол! И пошла отсюда, пока я тебя не придушил!

— Фи, какой ты грубый! — Маурика достала из декольте пузырек, что было весьма нелегкой задачей, рука погрузилась между необъятными полушариями по локоть. — Ты мне сразу понравился, зря что ли я тебя про судью предупредила?

— Не зря, только поэтому я с тобой и разговариваю. В общем так, планы меняются — никаких приемов! Сидишь тихо как мышка, за слугами следишь. Возможно среди них тоже есть отравитель. Всю еду Кроудент пусть при тебе пробует, наблюдай за ним и остальными в оба глаза. Лучше бы их выгнать, но пока не могу, нельзя привлекать к себе внимание. Как думаешь, почему судья и глава совета, который на него работал, разные имена людей предназначенных к уничтожению написали?

— Какой ты глупенький! — Маурика наклонилась и взгромоздила свой бюст на столешницу.

Я на всякий случай отодвинулся вместе с креслом, вид мне открылся еще тот.

— В столице все так делают, когда раскроют заговор, каждый норовит к нему своих врагов приписать.

— Хорошо, я понял, иди и не греши!

— Ну… раз ты не хочешь, у них тут конюх такой милашка. Ты не против? — она хихикнула, развернулась и ушла.

Больше я в этом доме ничего не ем и не пью! Я выругался и вчитался в бумаги. Палач свое дело знал, допрос провел не хуже какого-нибудь следователя. Вскрыл все цепочки, по которым в городе текли денежные потоки. Но меня больше всего занимали коррумпированные члены городского совета, они же торговцы на которых в свое время мне жаловался тюремщик. Что дает мне этот документ? Да в сущности ничего. Я права на уголовное преследование не имею, местный судья как мне известно, тоже в доле. Представляю себе картину — прихожу я значит на заседание и говорю: «Господа, вы взяточники и контрабандисты, не соблаговолите ли арестовать себя сами?» Хоть на перка садись и ищи помощи у императорского наместника. Тот поможет с радостью, но и баронства я лишусь. А там и Прузант из тени вылезет. Тогда к чему это все? Где моя выгода?

Читаем дальше, в городе правят бал две преступные группировки, банды неких Гвоздя и Пирога. Первый метал скобяные изделия с поразительной скоростью и точностью, второй обожал посылать семьям отступников их отрезанные пальцы, лично запеченные в пирог. Без всякого сомнения выдающиеся личности, с выдумкой и чувством юмора. Что там дальше? Базируются в кабаках на разных концах города. Никет поделен на две более или менее равные части, камнем преткновения является рынок. Его тоже поделили, но как-то неправильно. Почему? Торговцы не дураки и предпочитают торговать на той половине, где к ним лучше относятся. Перебегают то сюда, то туда. И ничего им не сделаешь, платят-то исправно! Попробуй тронь — конкуренты прибегут и на ножи поставят. Дурость какая, неужели нельзя осадить их на место? Оказывается нельзя, у них коммерция страдает. Ох, и хитрованы эти торгаши! Или же бандиты извлекают из этого какую-то выгоду, мне неизвестную.

Факт остается фактом, на рынке постоянно происходили поножовщины. Натаскивают молодежь? Силы обеих банд были примерно равны, человек по тридцать. Из них половина чистых боевиков. Не мало ли на целый город? Ага! Существуют и менее многочисленные банды, из них привлекают людей для единичной работы. В общем, они с руки предводителей кормятся. Вожаки ненавидели друг друга смертной ненавистью, пару раз были войны, город пылал в буквальном смысле слова. Под шумок и простые горожане были не прочь руки погреть. Тайные тропки тянулись вплоть до рыбацких деревушек на большой реке. Ясное дело, иначе откуда взяться контрабанде? Какой мне с этой информации толк? Адреса и явки мне известны, разберусь на месте, пора прощупать почву, благо уже достаточно стемнело.

Я порылся в гардеробе, нашел свой старый охотничий плащ с капюшоном, полностью вооружился, выпрыгнул в окно и растворился в сумерках. Примета верная: раз я один и в темноте — кто-то сегодня сдохнет, точно вам говорю!

Глава 27

Я прокрался по переулку и спрятался в тени. Луны светили достаточно ярко и приходилось таиться. Вокруг дома в котором проживал Гвоздь все было тихо и спокойно. Люди не ходят, свет в окнах не горит. Подпрыгнул и уцепился за край крыши пристройки. Взобрался на нее и осторожно заглянул в щель между ставнями. Спит голубчик! Откинул крючок кончиком ножа и проник внутрь. Гвоздь ли это? Точно он! Волос черный, морда рубленная, на лбу рваный шрам — такого трудно перепутать. Аккуратно и неторопливо спустился вниз по лестнице, делу способствовало то, что межкомнатных дверей в этом доме не было. Охранник тоже сладко похрапывал, сидя в кресле. Это ты зря. Сон на посту — преступление и совершать его буду я! Рукоятью кинжала нанес один точный удар в висок, проломив череп. Вот теперь можно и с вожаком поговорить, как положено — без свидетелей. Я намеревался предложить ему сотрудничество, уничтожим Пирога и поделим власть. По-моему заманчивая плюшка и труп сторожа не помеха, позволяет вести разговор с позиции силы.

Моим надеждам на плодотворное сотрудничество не суждено было осуществиться. Я обернулся и мы с Гвоздем уставились друг на друга. Он ухмыльнулся и показал мне кулак правой руки, между пальцами были зажаты четыре отполированных штыря. Бросок! Я распластался на полу и они пролетели мимо. Это все? Не тут-то было! В левой руке у него находилось что-то вроде патронташа, модифицированные гвозди так и засверкали в воздухе. Я изобразил танец таракана на раскаленной плите, в итоге спрятался за диваном. Прямо перед моим носом высунулось острие, которое пробило спинку насквозь. Эй-эй! Мы так не договаривались! Я же пришел с миром! Перекатился и «Кусака» отправился в полет, разрубил перила и снес Гвоздю правую руку по локоть. Бандит сосчитал телом ступени и упал на пол. Он тщетно зажимал обрубок, но жизнь уходила из него вместе с кровью.

— Тебя найдут!

— Я сделаю это первым. — ответил я и снес ему голову.

Какой отличный у меня был план! Кто же знал, что он меня почует и проснется? А чего я ждал? Я и сам сплю вполглаза, привычка у меня такая. Нужно торопится, ночь не такая уж и длинная. Комнат в доме было всего три, так что обыск много времени не занял. Кроме горстки монет я ничего не нашел, этого следовало ожидать. Гвоздь любил роскошь, но отсутствием ума явно не страдал. Зачем так рисковать? Наверняка у него где-то приличный схрон оборудован. Правда со мной он своими мыслями и тайнами уже не поделится. Я выдернул из половицы штырь и задумчиво подкинул его в ладони. Переходим ко второй стратегии, раз такая отличная задумка не удалась. Я собрал оружие и покинул дом прежним путем.

Темнота друг молодежи, ну и моя конечно. Я рассматривал кабак служивший притоном для банды Пирога. Жизнь в нем походу не замирала круглосуточно. Визг, писк и пьянка — куда же без нее? Кто-то бухал, кто-то блювал, кто-то пользовал девок. Дверей в питейном заведении не было, сорванные с петель, они мирно стояли в сторонке. По этой причине, мне все отлично было видно. Пошустрил по округе, присмотрел пути отступления. Выбрал момент, когда число желающих оросить стены сошло на нет, встал напротив двери. Заорал во весь голос:

— Смерть пироговским!

Наступила секундная тишина и я начал метать гвозди. А чего трудного-то? Я тоже так умею, не хуже покойного. Круглые штыри не такие удобные, как метательные ножи, без сноровки в цель вот так просто не попадешь. Да я и не старался никуда попасть, главное скорость и количество! Что тут началось, пытаясь спасти свои шкуры, народ начал переворачивать столы, лавки и прятаться за ними. Я поддал жару начав стрельбу из лука. Убил немногих — всего-то парочку человек, я сюда не за этим пришел. Прокричал:

— Город наш. Валите отсюда, если хотите жить!

Перепрыгнул через забор, шмыгнул в щель между домами, и вот крики преследователей раздаются на соседней улице. Побежал к рынку. По нему бродило двое охранников с факелами, они еще и в колотушки стучали. Сигналили всем, что воровать нужно в другом месте, а не там где они ходят. У нас на станции помнится, полицейские на карах тоже сирены еще на соседнем уровне включали, для того что бы преступники удрать успели. Другого смысла я в их действиях не вижу.

Подкрался, скрываясь за прилавками. Подождал пока они развернутся и посмотрят в разные стороны. Затем всадил в одного стрелу. Подскочил ко второму и приставил кинжал к горлу.

— Даже не думай!

Парнишка было дернулся, но увидев агонизирующего напарника затих.

— Ты чьих будешь?

— Гвоздя.

— Неправильно, ты теперь ничей, он умер. Сейчас пойдешь к своим дружкам и передашь, что Пирог дает время смыться до утра, оставшихся в городе убьем. Больше мы никого предупреждать не будем. Ты все понял?