Сиделка

Вот же дрянь! Намекает, что я ничего не знаю о Егоре? Да и плевать! Зато, в отличие от неё, рядом с ним я, и у меня ещё будет время всё узнать. А она пусть идёт в задницу и живет в ней, потому что там ей самое место!

— У тебя устаревшая информация, Кристина. — флегматично и даже расслаблено отвечает ей Егор. — Этот способ давно уже не действует на меня.

— Тогда, может, стоит попробовать снова? Иногда окунуться в прошлое очень даже полезно. Как ты считаешь?

Мне хочется выколоть её сучьи глаза, которыми она облапала, Егора во всех местах и помыть её лживый рот с мылом. Что она себе позволяет? Если бы мы не находились в стенах больницы, я бы обязательно вырвала пару блондинистых волос, чтобы сделать куклу Вуду и истыкать её иголкой. Из меня рвется ревность, и мне плевать, что сейчас для этого не подходящее время и место. Если бы не появившийся вовремя врач, я бы вряд ли сдержалась.

— Как он, доктор? — Спросил, Егор, подъезжая к мужчине в синей форме. Следом подскочила я. А затем и Кристина вальяжно поднялась со своего места.

— Состояние вашего отца на данный момент стабильно. У него был спазм коронарных артерий, который и вызвал приступ.

— Это опасно?

— Пока ничего сказать не могу. На моей практике в большинстве случаев всё обходится амбулаторным лечением в домашних условиях.

— А в остальных случаях? — Поинтересовалась я.

— Может понадобиться операция. Для начала нужно понять причину возникновения спазма. Это может быть курение, стресс или лекарственные препараты. На данный момент мы взяли нужные анализы и провели эхокардиографию, чтобы оценить работу сердца и обнаружить возможные патологии. Однако при непосредственном спазме коронарных артерий Узи может не дать достаточной информации о состоянии артерий в реальном времени, так как этот метод используется главным образом для визуализации структур сердца. Для оценки спазмов коронарных артерий обычно применяются более специализированные процедуры, такие как коронарография.

— Ну так сделайте свою коронарографию — возмущается Кристина, кладя ладонь на плечо Егору и вызывая во мне приступ неконтролируемой агрессии.

— Коронарография является инвазивной процедурой, которая связана с определенным риском и требует специализированного оборудования. Нужно для начала обследовать пациента, оценить риски и уже тогда принимать решение.

— Ну так оценивайте, решайте. Нам вас учить, что ли?

— Кристина, успокойся — Обращается к ней Егор, даже не пытаясь убрать клешню присоску со своего плеча. Это не просто злит, а жутко бесит. Но я понимаю, что будь я на его месте, не заметила бы даже трясущей перед моим лицом голой задницы бывшего. Потому что когда твоим близким плохо, ты чувствуешь себя морально убитым.

— Егор, как мне успокоится, когда такая ситуация?

Она обходит коляску и встает напротив Егора. На лице вселенское страдание и печаль. В глазах холодный расчет, который, судя по всему, виден только мне. В этом состоянии я не в состоянии переварить информацию, что Егор с Кристиной вместе с пеленок. Я в принципе не хочу об этом думать, потому что стоит напрячь мозги, меня рвет на маленькие кусочки.

— Сегодня посещение запрещено — сообщает доктор. — Вы можете приехать завтра. Думаю, через пару дней, если анализы будут хорошие и не возникнет никаких осложнений, вашего отца выпишут домой. А пока не советую вам здесь находится. До свидания.

Как только он уходит, оставив нас одних, Кристина сразу же набрасывается на Егора, закидывая его вопросами. Меня в расчет не ставит, будто я и вовсе не с ними. Пустое, обезличенное место.

— Отвезти тебя домой? Может, хочешь прогуляться? Это очень помогает успокоиться. А давай я позвоню папе, и мы приедем к нему? Он давно тебя не видел и будет рад. Или…

— Крис — Устало говорит Егор, глядя на бывшую подругу. Я стою позади и не могу в полной мере оценить его настроение. Зато взгляд этой суки вижу прекрасно. И он горит предвкушением и победой. Это подозрительно, ведь она вроде как должна страдать, учитывая их отношения с Павлом Викторовичем. Или хотя бы так рьяно не источать позитив, который бьется из неё фонтаном.

— Я знаю, что мы с тобой давно уже не близки так, как раньше, но… — она присаживается на корточки и, взяв ладони Егора в свои, заглядывает ему в лицо, изображая раскаяние… — может начнем всё сначала? У нас ещё есть шанс вернуться и исправить прошлое. Или забыть и начать с чистого листа. Я скучаю. И мне без тебя плохо.

Я стою, ощущая, как внутри взрываются миллион петард, а сердце в груди панически стучит. Потому что Егор не отталкивает свою подругу детства ни физически, ни словесно. А просто смотрит на неё долго, словно его накрыла ностальгия прошлого. А она…улыбается так, что мне хочется орать от злости. Но вместо того, чтобы вмешаться или прилюдно показать своё недовольство, я разворачиваюсь и на негнущихся ногах ухожу прочь, пока меня никто не видит.

Глава 32

В силу своих возможностей дальше территории больницы я уйти не смогла. Но и ждать долго, пока Егор налюбезничается со своей бывшей, мне не пришлось. Как только я вышла на улицу, вдохнув воздуха дрожащими губами, следом за мной выехал Егор. Надутой барби Кристины и след простыл. Надеюсь, её закатало в больничный пол.

— Ты куда убежала? — Осторожно спрашивает Егор, будто чувствует, что я не в настроении с ним разговаривать.

— Решила подождать тебя здесь, на воздухе — обманчиво спокойно сообщаю, присаживаясь на лавочку и отворачиваясь от него намеренно. Боюсь, как бы мои эмоции не пересилили здравый смысл. Я уже ни в чем не уверена. Ни в чем. Меня просто раздражает ложь, которой с ног до головы пропитана Кристина. Быть настолько фальшивой — это даже для неё слишком.

— Тебе было неприятно, что я общаюсь с Кристиной?

Пфф. Все то он знает.

— Вовсе нет. Общайтесь, сколько хотите. Мне всё равно.

Егор подъезжает и кладет горячую ладонь поверх моих холодных пальцев. Вздрогнув, я сглатываю, но продолжаю упрямо смотреть куда угодно, лишь бы не на него. Это не капризы. Просто мне нужно время, чтобы успокоится и всё осмыслить.

— С Кристиной давно всё. Да, мы знаем друг друга с детства и даже встречались какое — то время. Но наши дороги давно разошлись.

— Да? — Ухмыляюсь я, прыская ядом — Как — то не заметила. Вы так мило ворковали. Прям супружеская парочка.

— Ты ревнуешь? — Слышу в его голосе улыбку.

— Ещё чего. Наши отношения не на том уровне, чтобы ревновать друг друга. Мы с тобой решили попробовать, а не побежать через неделю в ЗАГС. И если у тебя вдруг возникли чувства к бывшей, кто я такая, чтобы вставать у вас на пути?

— Да нет у меня к ней никаких чувств.

— Тебе видней. — пожимаю плечами. — У Кристины на этот счет свое мнение. Кажется, она очень даже не прочь возобновить вашу прошлую связь.

— Мне плевать, что она хочет. Я не с ней, а с тобой. И это не прихоть или нежелание остаться в одиночестве. Это мой смысл на данный момент. И мне плевать, что ты считаешь, будто у нас ничего серьезного. Потому что нет ничего глупее, чем вступать в отношения ради того, чтобы понять, нужно оно тебе или нет. Я никогда не делаю то, в чем не уверен. А уж тем более не встречаюсь с теми, кого не боюсь потерять. И если мне повелось влюбиться. Возможно, даже впервые в жизни, но кто я такой, чтобы от этого отказываться.

Смысл его слов доходит до меня со скоростью черепашьего ползка. А когда все же мой мозг улавливает нужные нотки, сердце в груди заходится в пьяном галопе, порываясь выскочить в свободный полет. Медленно я поворачиваю голову и смотрю в карие глаза, источающие нежность, легкое волнение и улыбку. На его губах тоже застыла едва заметная улыбка, которая мгновенно передалась и мне.

— Ты типа мне в любви сейчас признался? — Сипло отозвалась я, забывая, как моргать, дышать и двигаться. Внутренности перекрутило, словно через центрифугу, а кожу облепило миллионом мурашек, как будто мне холодно. Но тело буквально горит огнем.