Сильвио

Сильвио.

Сам не знаю…

Отец, я рвусь куда-то вдаль.

Но силы нет — и я страдаю…

Зачем ты душу мне смутил —

Слепому, жалкому невежде?..

Теперь мне свет дневной не мил.

Теперь мне стыдно жить, как прежде…

О, если б мог, я б полетел.

Раскинув крылья величаво,

Туда, в заоблачный предел…

С тех пор, как ты промолвишь «слава» —

Мне больно, жжет меня недуг

И мучит жажда…

Клотальдо.

Милый друг.

Прости, старик я безрассудный…

Испей вина

(подает ему кубок с отравой)

Сильвио (осушает кубок).

Напиток чудный! (После молчания).

Отец, легко мне стало вдруг.

Я крылья чувствую, и рада

Душа подняться от земли…

Прощай!.. Уж грохот водопада

Едва мне слышен издали…

Как сладко, страшно… Сердцем чую

Я беспредельное кругом,

Но выше… выше… и орлом

Лечу я в бездну голубую!..

Засыпает; являются слуги и уносят его.

Клотальдо (один).

Дитя мое, прости!

Занавес.

ВТОРОЕ ДЕЙСТВИЕ

Зал в королевском дворце. Толпа придворных и дам Сильвио. Шут.

Сильвио.

О где я? Что со мною? Ужель все это сон?..

За миг лишь перед тем уснул я над стремниной,

Беспомощный, нагой, под шкурою звериной.

И вдруг мелодией волшебной пробужден

Я не в глухом лесу, а в царственном покое.

Над головой моей не синева небес.

А складки голубых, таинственных завес,

Не камни подо мной, а ложе золотое…

И девушки, склонив серебряный сосуд.

Мне воду розовую льют.

Благоуханьями обрызганного тела

Их руки нежные касаются порой.

Мне кудри расчесал их гребень золотой.

И ткань пурпурная, как облако, одела

Мне члены мягкою, ласкающей волной.

И я иду меж них, блистая, как денница.

О, если б чудный сон, ты мог всю жизнь продлиться?

Шут.

Еще вопрос никем доныне не решен.

Где твой конец, о жизнь, твое начало, греза.

Где бред мечтателей, где будничная проза.

Где истина и ложь, действительность и сон:

Все в этом хаосе подвижно, мутно, слито.

И вереницею полубезумных слов.

Как бледно-радужной гирляндою цветов

Существование волшебно перевито.

Не вдумывайся в жизнь, разгадки не найдешь.

Коль можешь верить — верь в пленительную ложь.

Сильвио.

Кто ты?

Шут.

Я шут.

Так люди мудрецов непонятых зовут.

Сильвио.

Но что ты делаешь?

Шут.

Смеюсь я надо всем

И ни любовью, ни врагами.

Как буревестник над волнами.

Как вольный ураган — не связан я ничем.

Смеюсь над глупостью людей.

Над рабством, злом и лицемерьем,

И над величьем королей.

Я полон дерзостной отваги,

Я здесь презреннейший из всех, —

Но прямо в сердце, лучше шпаги,

Разит ударами мой смех!..

Первый министр (на пурпурной подушке подает Сильвио корону).

Великий государь, в благоговейном страхе

Позволь склониться мне и к трону подойти,

Чтоб здесь, у ног твоих, во прахе

Тебе корону поднести.

Верховный судья (на подушке подносит Сильвио золотой скипетр).

Вот скиптр, могучий царь, твой грозный атрибут.

Пускай же под его хранительною сенью

Все добродетели в стране твоей цветут

И, длани царственной покорны мановенью.

К тебе, наш судия, на неподкупный суд

Земные племена, как воды притекут!

Шут.

Я видел грозного судью.

Упитанный и жирный,

Склонил он голову свою

С улыбкой детски-мирной.

Недаром лик его так горд

И потом блещет ярко:

Он переваривает торт

И трюфели с пуляркой.

Очки сползли, и взор померк.

И на нос муха села;

Не слышит он, как тощий клерк

Пред ним читает дело…

Судья так громко захрапел

Что вдруг прервалось чтенье дел.

И муха улетела…

Главный казначей (подносит Сильвио червонцы).

Вот золото, мой царь

Сильвио.

Как блещут эти слитки.

Как весело звенят они в руках.

Казначей.

В подвалах у тебя, в железных сундуках.

Мерцая, тихо спят нетронутые слитки.

И только слова ждут, чтоб вырваться на свет

И загреметь дождем сверкающих монет

Их схватят с жадностью протянутые руки.

Благословят тебя промышленность и труд.

Искусства вольные, ремесла и науки,

И мертвые пески, как розы, зацветут.

Возникнут фабрики, театры и музеи,

И смелый рудокоп во внутренность земли

За жилой золотой пророет галереи.

И с моря синего примчатся корабли.

Здесь, в золоте твоем, владыка всемогущий.

Таится, как зерно, весь этот мир цветущий!

Сильвио (рассматривая золото).

Так вот где ключ к сердцам людей!

Но нет, не верю я, чтоб эта горсть металла

Игрушка жалкая, достойная детей. —

Такою властию над миром обладала…

Виночерпий (подавая Сильвио кубок).

Вина отведай, царь!

Сильвио (выпив вино).