Симфония-333

«ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПАРК» – появилась надпись на мониторе, и через мгновение двери открылись. Центральный парк только назывался «центральным», на самом деле он был единственным местом в городе, где люди могли выйти на открытую поверхность и прогуляться среди цветов и деревьев. Это было единственное место, где осенью можно было услышать шуршание сухих листьев под ногами. Весь остальной город был лишен растительности. В пространстве между зеркальными стенами домов жизнь отсутствовала. «Счастливого пути!» – услышал Дан, покидая салон модуля. Сразу вслед за ним в модуль забежала молодая парочка счастливых влюбленных, смеясь и улыбаясь друг другу на ходу. Это заставило Дана вернуться к мысли о таинственной незнакомке.

Зачем она сказала, что она голая? Связано это как-то с Распутиным или нет? Что нужно от него этой незнакомке? Может, она одна из тех, кто получает удовольствие, унижая таких парней, как он. Дан прекрасно знал себе цену. Ни одна девочка на свете по доброй воле не станет с ним знакомиться. Нет, в принципе, он не сдрейфил. Он готов быть униженным, лишь бы только прикоснуться к живому телу настоящей красавицы. Он почему-то ни секунды не сомневался в том, что таинственная незнакомка является красавицей.

Ему нравилось это неожиданное приключение. Маленькая надежда забрезжила на горизонте его серой жизни. И пусть Дан не находил логического объяснения происходящему, но ему так сильно хотелось испытать что-то большее, чем деревенская любовь с Леркой на иголках соломы, что он готов был поверить во что угодно и принять любые правила игры.

Поглощенный своими мыслями, Дан не заметил, как покинул парк и оказался среди вереницы торчащих в небо зеркальных небоскребов. Он поднял голову, и ему открылось восхитительное зрелище – бесконечность отражающихся друг в друге зеркальных стен гигантских домов. Куда ни бросишь взгляд, он всюду проваливается в бездну зеркальных коридоров.

Дан, потрясенный и завороженный, бродил среди этой пустой зеркальной бесконечности, потеряв счет времени. Дело в том, что у этой бесконечности не было краев не только на уровне горизонта, но и в небе. Определить, где кончается небо, отраженное в небоскребах, и начинается небо настоящее, можно было только примерно по преломлению отражаемых облаков.

От осознания того, что ты находишься прямо в центре города, а видишь только небо и бескрайнюю бетонную пустыню, действительно терялось чувство времени. А ведь это «пустое» пространство битком набито людьми! Они сидят совсем рядом по ту сторону «зазеркалья» и пускают стрелки. Если бы эти стрелки вдруг стали видны с «этой стороны мира», то все пространство вокруг превратилось бы в живую паутину, состоящую из полосок света. Но это фантазия, а на самом деле… Идешь, идешь, идешь, ничего не меняется, и только тебя всегда преследует стройный ряд твоих собственных отражений. Лишь иногда, когда выходишь на перекрестки бетонных улиц, армия двойников ненадолго тебя покидает.

И над всей этой бесконечностью висит звезда ДанДана. Единственная звезда в небе, которую видно даже днем. В отражении стен небоскребов она превращалась в бесконечную гирлянду. Звезда, искусственно созданная человеком, от которой все человечество зависит теперь на сто процентов. Звезда, в течение нескольких лет превратившая в руины золотые замки нефтяных королей.

Дан смутно помнил из школьной программы, что звезда эта представляет собой маленькое солнце. Но, по сравнению с земными объектами, она была огромной. Это была гигантская кристаллическая линза, которая фокусировала космическую энергию в тонкий луч и направляла этот луч перпендикулярно поверхности земли вниз на принимающую полусферу, находящуюся в нескольких десятках километров от города. Энергия этого луча была такой силы, что вокруг него на необозримую высоту поднимался «вечный» гигантский смерч, а территория радиусом в десять километров вокруг принимающей полусферы считалась мертвой зоной. А дальше, уже в радиусе более десяти километров, находились «тяжелые» и химические заводы, выделяющие огромное количество токсичных отходов. Весь этот «тяжелый» воздух стягивался в центр гигантской воздушной воронки и уносился смерчем в никуда. Это создавало иллюзию, что мир не страдает от промышленных выбросов. На самом деле эти выбросы никуда не девались. Они оседали где-то за сотни километров от города, отравляя местных жителей.

Конечно же, звезда ДанДана была создана не для того, чтобы всасывать промышленные выбросы. Космическая энергия, попадая в принимающую полусферу, трансформировалась там в обычную электроэнергию. Звезды ДанДана висели над всеми крупнейшими городами мира и снабжали энергией весь модульный транспорт этих городов и все интерпространство.

«Сектор 32, здание 128, квартира 412» – высветилось на мониторе. Двери модуля открылись и Дан, затаив дыхание, вступил на территорию таинственной незнакомки.

Квартира была богато обставлена. Во всем чувствовались вкус и стиль. Дан, с благоговением глядя по сторонам, прогулялся по всей квартире в поисках хозяйки, но живая душа нигде не обнаружилась. Он задержался в одной из комнат, где все было приготовлено для того, чтобы провести время в приятной и интимной обстановке, и начал разглядывать на стене старинные, поблекшие от времени фотографии.

– Здравствуй, чудо! – Дан вздрогнул. Включились шторки, и на экране появилась богиня. Дан едва удержался, чтобы не упасть перед ней на колени.

– Располагайся и будь как дома. Я сейчас приведу себя в порядок и присоединюсь к тебе. Шторки погасли, но завороженный Дан продолжал стоять, созерцая оставшийся в глазах образ. «Это ОНА, действительно красавица, самая настоящая суперзвезда, и я сейчас увижу ее живой и возможно…»

Ноги подкосились. Дан доковылял до прозрачного стула и плюхнулся в него, едва не задев столик, на котором уже стояла бутылка вина и лежали деликатесы. Дрожащими руками он открыл бутылку и наполнил бокалы. Ерзая на стуле, в ожидании, когда богиня «спустится с небес на землю», пару раз отхлебнул из своего бокала для храбрости…

И вот она вошла. Настоящая красавица. Великолепные белокурые волосы, алые, пышущие здоровьем губы, красивые голубые глаза. Эластичное полупрозрачное белье в обтяжку было надето явно для того, чтобы продемонстрировать все достоинства фигуры: тонкую талию, крутые бёдра и упругую грудь. Девушка подошла к столику, взяла бокал с вином и слегка пригубила. Продолжая стоять, она оценивающе оглядела гостя с ног до головы, демонстрируя свой великолепный бугорок внизу живота, прямо на уровне глаз Дана. Помимо восхитительной внешности, она явно обладала острым умом. Острый, вприщур, взгляд сквозь длинные ресницы приводил Дана в благоговейный трепет. Не зная, что сказать, Дан схватил со стола бокал с вином и отхлебнул почти половину. Но, пока он собирался с мыслями и придумывал подходящую фразу для начала знакомства, стало происходить просто невероятное…

Незнакомка повернулась к гостю спиной, подошла к зеркальной стене и отодвинула ее в сторону. Дан увидел аккуратненькие стопочки с женским бельем. Девушка стала переодеваться прямо у него на глазах! Хорошее начало для первого знакомства! Раз – облегающий наряд оказался на полу. Девушка нагибается, демонстративно подставляя Дану на обозрение свою божественную попку. Ему даже показалось, что незнакомка слегка подмахивает ему бедрами.… Поднимает упавшую одежду и не спеша складывает на полочку, поправляя, опять же очень демонстративно, тонюсенькие трусики, совершенно утонувшие в щелочке между ягодицами…

Дан смотрел на все это и не верил своим глазам. Все это до смешного напоминало ему сцену из древнейшей комедии «Бриллиантовая рука». «По-мо-ги-те!» – зазвучала в голове песенка. Осталось только дождаться, когда ему подадут бокал с вином, в котором разбавлено снотворное… Дан закашлялся и покосился на полупустой бокал.

«Да нет, все нормально, ведь бутылку открыл я сам, и незнакомка тоже пригубила из своего бокала. Да и что можно с меня снять? Нет у меня, ни золота, ни бриллиантов. Я специально не взял с собой ничего ценного, оделся по простому и даже ноты оставил дома… так… короче… самая лучшая защита, это нападение», – решился Дан, встал и подошел к незнакомке, которая стояла к нему спиной и перебирала белье. Из одежды на ней остались только трусики, да и то – эти трусики одеждой можно было назвать только чисто символически. «Будь, что будет» и, обняв ее за плечи, он обдал горячим, прерывистым дыханием ее волосы и шею. Затем он обнял ее за грудь и поцеловал в плечо, вдыхая полной грудью аромат ее тела. Слегка вздрогнув, девушка напряглась и замерла. Она не оттолкнула его, просто стояла молча и не шевелилась.