Синдбад
Шрифт:
– Все, нам конец, – сабля выпала из ослабевших пальцев Сорви-головы. Он медленно опустился на колени и прижался спиной к фальшборту. – Та хитрая бестия наверху лишь отвлекала наше внимание.
– Да вы чего, мужики? – Синдбад удивленно оглядел насмерть перепуганных моряков. – Это же обычные бабы! Вы поглядите на них.
Но все собравшиеся на палубе воротили в сторону лица, прикрываясь ладонями.
– Ой, какие мужчинки к нам пожаловали, – проворковала одна из стоявших внизу.
– И сразу так много! – вставила другая.
– Идите к нам! – махнула загорелой
– Честное слово! – поддакнула четвертая. – Ну, почему они не идут? Эгей, вы где там спрятались? Выходите, мы вас видели.
– Не выходят, – огорченно сказала первая. – Всего один… А было сто-олько!
– Какой хорошенький! – облизнулась еще одна.
Синдбада передернуло от ее пристального взгляда, но он не в силах был оторваться от ее милого личика.
– Иди к нам! Мы тебе яблочко дадим. Вот! – она покрутила ручкой с зажатым в ней спелым красным яблоком, неизвестно откуда взявшимся. – Не хочешь яблочко? А бананчик? – В другой ее руке возник перезрелый банан. – Тоже не хочешь? Сытый!
– По-моему, они нас боятся, – задумчиво произнесла вторая.
– А давайте к ним заберемся? – предложила еще одна. – Я страсть как хочу познакомиться с таким большим и усатеньким. Он во-он там только что стоял, – девушка указала пальчиком правее Синдбада.
Тот скосил глаза на притихшего за одной из бочек боцмана. Боцман еще больше побледнел, икнул и сполз по бочке на палубу.
– Нет, ну, я так не играю! – топнула ножкой первая. – Мы к ним со всей душой, а они даже говорить с нами не хотят. Вот сейчас как поднимусь!..
– Угомонись! – резко осадила ее молчавшая до того более старшая и высокая. – Не видите, вы их пугаете. А от пуганых мужчинок толку сами знаете.
– Мы их пугаем? – удивились несколько девушек разом. – Ты, сестра, хочешь обидеть нас? Да мы сама ласка и доброта! Это они тебя испугались, старой мымры.
– Меня?! – взвилась та, оскорбленная до глубины души. – Да ты на себя смотрела в зеркало? Тощая косоглазая обезьяна!
Синдбад отметил про себя, что девушка и вправду была несколько худа и чуть косила на один глаз.
– А ты!.. А ты!.. – задохнулась та, не находя слов. – А у тебя жвачка в волосах!
– Где? – испугалась старшая, судорожно ощупывая свою пышную прическу, будто это была вовсе не жвачка, а стая скорпионов.
– Вот! – молодая рванулась к ней, вытаскивая из зубов кусок смолы и с силой влипляя ее в волосы старшей.
– Ах ты, сволочь! Стерва проклятущая! – кинулась на нее старшая, повалила на песок и принялась мутузить. – Да я же из тебя отбивную по-багдадски сделаю!
Женщины сцепились, осыпая друг друга шлепками, щипками, царапаясь длинными ногтями, шипя и дергая друг друга за космы. Команда дружно подползла к фальшборту – такое зрелище пропустить было просто невозможно.
Другие женщины переступили через катавшихся на песке сестер и загородили их своими стройными телами.
– Вот они все, смотрите!
– Ах, какие красавчики!
– Идите же к нам!
– Не идут… Почему они не идут? Ой, смотрите, а у них дырочка, – заметила одна
из девушек пробоину.– Верно! Фи, какая некрасивая, – наморщила одна из них прелестный носик. – Терпеть не могу всякие дырочки!
– И я.
– И я!
– И мы! – хором согласились с ними остальные.
– Надо же, они жвачкой ее залепили. Вот глупенькие! – захихикала девушка.
– И верно! Кто же так делает?
– Глупые мужчинки.
– А вы все такие умные да пригожие! – не выдержал Синдбад.
– Молчи! – зашипел на него Сорви-голова, выкатывая глаза и дергая Синдбада за рукав. Тот только отмахнулся.
– Да, мы умненькие! Мы пригоженькие! Иди к нам, сладкий мужчинка, – обрадовались девушки, дружно заскакав на месте.
– Не пойду. Я обиделся.
– Обиделся? Почему? – у всех девушек одновременно огорченно отвалились челюсти, и вытянулись лица.
– Вы обижаете сладких мужчинок. И еще у нас дырочка.
– Дырочка? Ах, дырочка!
– А давайте ее починим, – загорелась внезапно одна. – Я страсть как люблю всякие дырочки чинить.
– И я.
– И я!
– И я тоже!
– А мы? – спросили остальные, которым явно не нравилось чинить всякие дырочки, залепленные черной жвачкой.
– А вы развлекайте мужчинок!
– Ура-а! – обрадовались те.
– А потом вы к нам спуститесь?
– Ничего обещать не могу, – решительно отрезал Синдбад. – Посмотрим на ваше поведение.
– Мы хорошие, мы очень хорошие. И хорошенькие. Смотри!
Девушки одна за другой поскидывали с себя туники. В их руках невесть откуда появились флейты, и они весело заскакали в танце по песку, изгибаясь, вертясь и взмахивая руками. Другие куда-то унеслись, так, что только пятки засверкали.
– О Аллах! – простонал Сорви-голова, сквозь пальцы косясь на пляшущих на песке у корабля девушек и не находя в себе сил оторваться. – Только не это! Теперь мы в их власти. Что ты наделал, сын греха и порока!
– А что такое? – недоуменно спросил Синдбад, спокойно наблюдая за экзотическим танцем. – Бабы как бабы. Ну, пляшут… Красиво, но до ансамбля песни и пляски Александрова точно не дотягивают.
– О, я не могу на это смотреть! – еще пуще застонал Сорви-голова. – Злобные происки шайтана. Это просто невыносимо.
Моряки бились головами о деревянные поручни, стонали и рвали на себе рубахи, пуская слюни и тараща глаза. Некоторые порывались спрыгнуть вниз, но Синдбад в корне пресекал эти попытки, щедро раздавая тумаки и оттаскивая одуревших моряков подальше в сторону, но те опять ползли к фальшборту и пялились на девушек.
Между тем внизу уже кипела работа по заделке пробоины. Девушки оказались не только мастерами дудеть, отплясывать и строить глазки, но еще и неплохо плотничали, хотя никак не могли сладить друг с другом. Внизу то и дело возникали ссоры, переходящие в локальные стычки.
– Как ты кладешь? Нужно вдоль, а ты поперек!
– Не лезь, без тебя знаю! Так крепче!
– Нет, вот так!
– А я говорю, так, дура набитая!
– Кто?
– Сама слышала!
– Ах ты…
Или: