Сингапурский Гамбит
Шрифт:
– Да, сэр.
– А вам известно его происхождение?
– Нет, сэр.
– "Лам" по-тибетски означает Путь или Дорогу, а Лама - это Идущий, особый титул Богов Египта. Следующий Путём, если пользоваться буддистской фразеологией. Его нумерологическое значение - 71. Вы понимаете?
Монах приотрыл рот, чтобы что-то сказать. Но сдержался и промолчал.
– Не совсем, сэр.
– Хорошо, зайдём с другой стороны. Посмотрите внимательно на моего консультанта. Скажите, он китаец?
– Нет, сэр.
– Малаец?
– Нет, сэр.
– А может быть, он ласкар из Индии?
– В этом я не могу быть уверен, сэр.
– Зато я
– Не совсем, сэр.
– Ласкары - это индусы. А мой консультант родился намного севернее. Почтенный Лобсан, где вы родились?
– В Бурятии,- сказал монах,- Это возле Байкала.
– Вот видите! Взгляните на карту, взгляните. Вот она, на стене висит. Вот Индия, где ласкары. А вот Тибет. Что вам непонятно?
– Простите, сэр, но разве озеро Байкал расположено в Тибете?- дежурный уже ничего не понимал.
– Разумеется, нет. Но это и не важно. Главное, что мой консультант - тибетский монах. Вы же не Байкал селите, а моего консультанта! Давайте, записывайте.
– Мне надо уточнить, сэр.
– Валяйте. Покажите мне место в ваших правилах, где запрещено селиться тибетским монахам.
Дежурный достал книжечку в кожаном переплёте и посмотрел на неё. Махнул рукой и спрятал обратно. Даже не открыл.
Потом развернул регистрационную книгу.
– Пожалуйста, господа. Ваш номер - четвёртый.
Джентльмен записался, как "сэр Саймон Алистер Кроу, литератор". А его спутник (как оказалось, он умел по-английски и писать) - как "Лобсан Сэнгэ Сумати, монах (будд.)"
Оказавшись в номере, джентльмен снял пиджак, старательно расправил его на вешелке, а потом с облегчением рухнул на кровать.
– Что за проклятый город!- пробурчал он, глядя в потолок.- И как тут душно. Лобсан, откройте окно! Хотя нет, не открывайте. Там тоже душно.
– Я хотел бы уточнить,- заговорил монах,- что вы неверно перевели тибетское слово "лама". Дословно оно означает "выше нет". Это титул духовного учителя, а не просто йогина-последователя Дхармы.
– Воздух спёртый, архитектура уродлива, люди с печатью вырождения на лицах,- бормотал Кроу,- Нет, англичанину здесь жить положительно невозможно! И зачем тащиться в такую даль? Не проще ли умереть на родине?
– Я полагал, что вы вернётесь в Англию,- сказал Лобсан,- В Калькутте вы тоже жаловались на климат.
– К сожалению, это для меня невозможно,- джентльмен закинул голову и глядел в низкий белый потолок,- Они идут по моему следу и хотят нанести мне последний удар. А у меня нет ни сил, ни денег, чтобы им ответить. И всё это сейчас, когда наступил новый эон - эон Гора! Послушайте, почтеннейший,- сэр Кроу ослабил галстук,- Вы не знаете, когда станет посвежее?
– Один тайский тхеравадин рассказывал мне, что здесь, на экваторе, погода почти никогда не меняется.
– Ох...
Новичку-северянину очень непросто переносить климат Сингапура. Лобсан не ошибся - город стоит почти на экваторе. Очень жарко и влажно, ходишь как по теплице. А здешние дожди - это сплошная стен из воды, под ними мгновенно промокнешь насквозь.
– Место, конечно, оставляет желать лучшего,- Кроу сел,- Дайте руку, мне встать надо. Да, конура ещё та. Но как приятно увидеть знакомую мебель! Может, в этом и есть гений Британской Империи? Куда бы ты не приехал - в Коломбо, Мадрас, проклятую Калькутту или в Сингапур, ты как дома.
Одни и те же язык, газеты, книги, мебель. Даже церкви,- оккультист бросил презрительный взгляд в окно, где вздымался восьмигранный готический шпиль кафедрального собора святого Иосифа,- Только вот климат перевозке не поддаётся... Смотрите-ка, Британская энциклопедия! Какая забота о досуге постояльца!Кроу опустился в тростниковое кресло и раскрыл толстый фолиант.
– Посмотрим, что сообщают. Итак, торговый оборот Сингапура, почтеннейший Лобсан, - это 332 с половиной миллиона долларов. Конечно, не фунтов, но сумма приличная. Из них 18 миллионов - вывоз жести. Половина всей жести мира производится в Сингапуре. И оборот постоянно растёт. Это старое издание, сейчас он мог вырасти и вдвое, и втрое! Помимо жести и консервированных ананасов, отсюда вывозят перец, лак, сало, кожи. И колоссальный транзит всего на свете, от каменного угля до керосина. Порто-франко для всех грузов, кроме вин, пива и опиума, который и так приносят достаточно дохода... Да, это же золотое дно, почтенный Лобсан! В этой душной оранжерее крутится больше денег, чем на Клондайке!
Сэр Саймон полез во внутренней карман и достал кожаное портмоне с серебряной застёжкой.
– Лобсан, скажите, у нас ещё остался бренди?
– Нет.
– Это огорчает,- Кроу отложил энциклопедию и поднялся, уже без посторонней помощи,- Отель так себе, конечно. Но по-своему уютный. Даже сбегать не хочется... Почтеннейший, дайте мне Singapore Herald. Надо узнать, где собираются люди, которые любят поговорить о йоге и не работать... Ага, всё верно. Похоже, здешнее отделение Теософского общества получает неплохие пожертования. Снять целый флигель Городского Клуба - как вам такое, почтеннейший? Уверен, они прилично платят за лекционные курсы. Особенно если привести живого тибетского монаха. Китайские и индийские, судя по Британской энциклопедии, в Сингпуре есть и так... Какие у вас планы на вечер?
– Я пойду в индийский квартал,- Лобсан тоже поднялся.
– Простите, я не с вами,- Кроу снова облачился в пиджак, подтянул галстук и примерял перед зеркалом шляпу-котелок,- хватит с меня жертвенного риса. Я, хвала богам, пока ещё не монах. Я сейчас в Бингли - ужинать и разведывать. Буду, как стемнеет. Ключ оставлю дежурному. Если он попытается вас не пустить - можете избить его от моего имени.
Отель Бингли выглядил точь-в-точь так же, как на открытках. Трёхэтажное белое здание с арками на первом этаже обсажено изящными зонтичными пальмами. На псевдоантичном фронтоне горят тонкие буквы названия.
В тени возле парадного входа расставили обеденные столики. Кроу подошёл, с достоинством снял котелок и осмотрелся. Здесь никого.
Он пересёк холл, устланный персидскими коврами, и кивнул дежурному.
– Тут остановился мой приятель,- пояснил Кроу,- Я пришёл, чтобы навестить его за ужином.
– Скорее всего, он в Бильярдном, сэр. Вот в эту дверь, пожалуйста.
В Бильярдном как раз обсуждали последние новости. Дело шло к скандалу.
– Вот увидите,- повторяла португалка,- эти коммунисты не остановятся. Они будут пытаться разрушить любое государство, куда проникнут. Вспомните, как это было в России, Финляндии, Баварии, Венгрии, Мексике... Они опять развязывают гражданскую войну. Будут убивать священников, громить монастыри. Это просто ужасно! Я никак не возьму в толк, почему Папа до сих пор не объявил потив них крестовый поход? Я уверена, синьор Муссолини поддержал бы это славное начинание.