Сингулярность 1.0. Космос

Иногда прогулки приводили Вольмира к заброшенной обсерватории, которую корабль медленно переваривал. Тут работали лишь проекционные экраны от телескопов, направленных в сторону Бегемота – издалека тот выглядел как сгусток свернувшейся крови на фоне охристого протопланетного диска. Корабль отстоял от него на миллионы километров, но даже на таком расстоянии Вольмир заметил явные изменения. Внутренняя часть приобрела тёмно-багровый цвет с чёрными прожилками. По всей видимости, в рое вовсю шёл какой-то нездоровый процесс.

Вольмир выругался.

Иногда в его голову приходила предательская мысль, что он разменял одну тюрьму на другую. С Урана можно было улететь, с «Сизифа» – никак. Все грузовые челноки, что прилетают на корабль, ассимилируются. Так звездолёт получает новую порцию информации и запчасти. Единственный способ покинуть эпсилон-3 – на самом «Сизифе». А он снимется с места только тогда, когда с Бегемотом будет покончено. Так что, с иронией подумал Вольмир, он сам себя загнал в ловушку.

Дез в жилом секторе, похоже, не бывала. Он понятия не имел, чем занималась эта женщина. Может, исследованиями Бегемота. Или безвылазно сидела в командирской каюте и развлекалась с симуляциями «Сизифа». Поэтому он сильно удивился, когда вдруг заверещал юникод – Изма приглашала на совместный обед. Вольмир слышал об этой старой традиции: приём пищи будто бы располагал к мирному и плодотворному общению. Сам он предпочитал есть в одиночестве, но… почему бы не согласиться?

– Надо же, вы пришли, – с напускным удивлением сказала Изма. В тот миг она выглядела почти дружелюбной.

– Так, выкроил свободную минутку. – Он оглядел зал, в котором ни разу не бывал. Настоящий ад агорафоба: пол был прозрачным, открывая вид на плывущую внизу космическую бездну. Какая-то древняя нейронная цепочка в мозгу забила тревогу. Невозможно было отделаться от иллюзии, что один неверный шаг, и стеклянная опора его не выдержит.

Изма выжидающе посмотрела на него. Вольмир на ватных ногах подошёл к столу и уселся на свободный стул. Система доставки тут же подала ему пакет с питательной смесью и контейнер поваренных мотов.

– Я сторонница свободного творчества, – объяснила Дез. – Даже в вопросе приготовления пищи. Посмотрим, что выйдет у вас.

Он украдкой взглянул на её тарелку. Там дымилось нечто совсем невразумительное.

– Вы держитесь молодцом, – сказала Изма. – На вашем месте я бы давно умерла от безделья. Но, поскольку деться с корабля всё равно никуда нельзя, думаю, нам следует наладить отношения.

– Да неужели? – Вольмир старался не смотреть в пол.

– Только не подумайте, что я хочу отдать вам «Сизиф». Но мы могли бы узнать друг друга поближе, почему нет? Сейчас же я о вас не знаю практически ничего. Мне не нравится, что на моём корабле живёт незнакомец, у которого в голове творится чёрт знает что.

– Значит, у нас будет что-то вроде доверительной беседы. Как у нормальных людей.

Изма усмехнулась.

– Для этого и нужно человеческое общение – заключать социальные сделки. Друзьями мы вряд ли будем, но если вы перестанете рассматривать, наконец, пол и пойдёте мне навстречу… Мы устраним явную напряжённость между нами. Я бы могла расширить круг ваших свобод, дать доступ в некоторые лаборатории и другие интересные места. Вы бы смогли заняться исследованиями.

У меня уже есть лаборатория, подумал Вольмир. В его чреве вынашивались ключи ко всему кораблю. Но из беседы с Измой тоже можно извлечь кое-что полезное. Например, ещё сильнее притупить её бдительность.

– А что я могу рассказать? – пожал он плечами. – Вам должны быть известны все детали моей биографии. Все они были на челноке, а челнок – уже часть «Сизифа».

– Мне иногда кажется, что вас эмоционально кастрировали. Я говорю о вашей личной истории, о том, что вами движет. Почему вы здесь, зачем вам нужен «Сизиф». И каким невероятным образом вам удалось убраться с Урана. Ничего этого в вашей биографии нет.

– Дался вам этот Уран.

– Дался. Потому что я на собственной шкуре испытала, как эта планета крушит мечты и карьеры. Худшее место, куда могут определить начинающего инженера. Каждый год я подавала запрос о переназначении, но Комитет продлевал срок. Мол, мы потратили на твоё обучение огромные ресурсы, теперь отработай их с процентами. Я почти перестала верить, что выберусь оттуда.

– Не знал, что вы начинали, как я, – искренне удивился Вольмир.

– Вот видите. Мало кто знает. Это было слишком давно, задолго до «Сизифа». Я прошла аттестацию, защитила работу по нелинейной динамике мотического строительства. Я, такая наивная, мечтала строить города в дальнем космосе, развивать логистику межзвёздных полётов, создавать обитаемые миры. Но меня направили на отработки. Стала пастушкой чёртовых газодобытчиков. Годы жизни пронеслись среди зелёной вони.

– Я думал, вы жили в золотой век астроинженерии.

– Кого создала природа, когда эра динозавров подошла к концу? Знаменитых тираннозавров. Я отношу себя к тому последнему поколению астроинженеров, которое умудрялось создавать изумительные вещи, несмотря на предчувствие упадка. Мы мечтали о великом. О полноценных сферах Дайсона, кольцевых мирах, полумифических суперкомпьютерах размером с планету. Сейчас нет никого, кто из себя что-то представлял. Родились бы вы этак на пятьдесят – сто лет раньше, может, и смогли бы чего-то добиться. Или нет. Мне помогла чистая случайность.

– Какая? – поинтересовался Вольмир. Он между делом запрограммировал контейнер и влил в него питательную смесь. Моты-повара принялись за работу.

– Мою аттестационную работу заметили, – хмыкнула Изма. – Спустя много лет батрачества. Прежний командир «Сизифа» удачно использовал её для строительства тороидального узла, после чего предложил мне место на судне. К сожалению, по трагической случайности он не дожил до моего прилёта. Я в одиночестве постигала азы на корабле, который впервые видела. Мне повезло: со смертью командира все уровни допуска перешли ко мне, иначе «Сизиф» превратился бы в склеп не с одной, а с двумя мумиями. Так и началась история Измы Дез.

– История, которая пропитана неприязнью к Комитету, я полагаю.

– Правильно полагаете. Комитетчики не приемлют риск, им тепло и уютно. Они забыли то время, когда были первопроходцами и создателями чего-то нового. Теперь эта структура существует лишь ради себя самой. Стоило мне узнать, что вы от Комитета, я к вам сразу стала относиться с предубеждением. Но теперь сообразила: вы не имеете никакого отношения к Комитету. – Она торжествующе помахала перед его носом вилкой.

– С чего вы взяли?