Синтетик

— Не люблю я эти отходняки, — сказал он, подтвердив мою догадку. — Давай на сегодня закончим, а завтра будь в расположении, я тебя найду.

Мы попрощались и я смог выйти на улицу, вдохнуть сильно посвежевший воздух и застегнувшись на все пуговицы, пройтись по городским улочкам. Рана от выстрела Вильмута затянулась, а я получил бесценный опыт, который к счастью, дался мне так легко, всего лишь небольшой, залатанной дыркой в боку. Я взял правее и сейчас шел в той части города, где ни разу не был. Ходить старым маршрутом нельзя, чтобы ненароком не встретить Пастэра или других, знакомых и таким образом дать им понять, куда делся один из них. Эрик вообще сказал мне идти в казарму и не выходить оттуда, но я не смог. После вынужденного бездействия, очень хотелось подышать свежим воздухом и просто пройтись, никого не догоняя и ни от кого не убегая.

То ли благодаря одежде, а возможно моей неторопливой походке, никто не обращал на меня внимания. Я просто шел туда, куда хотелось. Почуяв запах жареных пирогов, не удержался и дойдя до небольшого киоска, купил сразу несколько. В горячий, круглый хлеб, были завернуты прокрученные через мощные жернова, куски вареного мяса, обильно политые разными соусами с травами. Я так быстро все это съел, что остановился в неуверенности, думая, а не купить ли еще? Здравый смысл победил, решил не объедаться и идти дальше. Все время забирал правее, в итоге оказался на достаточно широкой улочке. Дойдя до конца, увидел, как откуда-то свысока, льется внушительная струя воды. Она шумно билась о скальный пол. Никто не обращал на нее внимания, а значит для всех это было привычным зрелищем. Пока я двигался в сторону, несколько человек подходили к такому городскому водопаду и набирали полные ведра, принесенные с собой.

Я шел уже достаточно давно и вот передо мной, словно разделяя две половинки города, возникла стена с проходом. Он был свободный и стало понятно, что это путь на сторону к черным воротам.

Я окунулся словно в другой мир. Здесь все было каким-то сумрачным и даже одежды у людей казались темнее. Несколько раз, встретившаяся охрана с подозрением посмотрела на меня, но ничего не сказала. Они выделялись другим цветом формы, чем коллеги на белой половине города. Верхняя куртка и штаны были темно-серого цвета.

Мрачновато здесь, — подумал я, — вроде один город, а все совсем по-другому. Интересно, а за красными дверями, все в красном ходят? — пришла мысль и с улыбкой, привлеченный столпотворением впереди, направился туда.

Толпа окружила что-то явно интересное, она то и дело взрывалась радостными, возбужденными возгласами. Я прошел дальше, где плотность была поменьше и увидел, как прямо посередине стоял высокий, крепкий человек, с закатанными по локоть рукавами. Его голова по бокам коротко подстрижена, а вверху топорщился смешной хохолок волос. Он дурашливо кланялся, приглашая любого желающего из публики, продержаться с ним в кулачном бою, больше минуты. Наградой был лежащий тут же, на невысоком ящике, кусочек белого камня.

— Правил нет! Подходи любой, забери с собой, — громко выкрикивал он и показывал рукой, на достаточно дорогой кусок.

— Всего двадцать монет и задери меня волкмут, если у вас не появился шанс забрать мое сокровище.

Камень стоил гораздо дороже. По движениям зазывающего, по его жилистой фигуре и тому, как он натурально хочет казаться неуклюжим и смешным, мне стало понятно, что это боец высокого уровня. Стоящие сзади, в шутку толкали тех, кто стоял впереди. Над ухом раздался свист и какой-то парень закричал:

— Давайте, сделайте его. Мочите слабака.

Сразу стало понятно, этот зазывала из толпы работает в паре с бойцом. Но остальные подхватили его крик и под всеобщее возбуждение, вперед вышел настоящий гигант. Повисла мгновенная тишина, в которой жалобный голос произнес:

— Хана Блику!

Кто-то засмеялся и радостный рев, снова прокатился по толпе. Народу увеличилось и меня поджали сзади, пропихивая вперед. Я оказался в самом начале и приходилось то и дело упираться спиной, чтобы сдержать неутихающий напор. Хохолок, как я про себя назвал смешного бойца, стоял задрав голову и придурковато почесывал затылок. В его сторону послышались язвительные выкрики:

— Ну что клоун, накрылось твое сокровище. Наконец-то тебе начистят рожу. Хватит уже обманывать людей.

Гиганту надоело, видно интеллектом он был не одарен, поэтому просто махнул двумя руками пытаясь сгрести хохолка и раздавить в своих огромных объятьях. Не тут-то было. Блик веселил зрителей и рискуя жизнью, ловко поднырнул под руки и оказавшись за спиной у соперника, дал ему пинка. Затем он отпрыгнул назад и сложил руки на груди, наслаждаясь всеобщим вниманием. Толпа взревела от восторга. На их глазах разыгрывалось самое настоящее представление и его можно было смотреть бесплатно. Думаю, все прекрасно понимали, если Блик допустит даже небольшую оплошность, это будет стоить ему или увечья или жизни. Его противник, был поистине, чудовищно огромен. Он развернулся всем телом, заревел словно бешеный медмут и прыгнув вперед, махнул сначала одной ручищей, затем другой. Ловко уходя от взмахов, хохолок снова оказался сзади и сильно ударил под сгиб колена великана. Наверное до сих пор этот прием не давал сбоев, но сейчас, все произошло по-другому. Нога даже не прогнулась и огромный человек, не оборачиваясь, бросил свою клешню назад и ухватил за рубашку, не ожидавшего такого поворота Блика. Он от испуга рванулся и кусок материи остался в руке у развернувшегося великана.

Сквозь рев я слышал то и дело возникающие вопросы о том, кто этот огромный человек и откуда он взялся? Насколько разобрал через шум, Блика знали все, а вот его противника видели впервые. Зрелище продолжалось. Хохолок больше не играл, а бился по-настоящему. Ему приходилось нелегко. Все время уворачиваясь и уходя от ударов, он ничего не мог сделать со своим противником.

— Пятнадцать секунд, — раздалось из толпы.

Но гигант уже не слышал. Когда поворачивался, я видел налитые кровью глаза и понимал, что он не остановится, пока не убьет. Неожиданно детина бросился в толпу, которая в ужасе раздалась в сторону и выхватил у одного из стоящих, высокую, острую лопату. Вокруг него, сразу образовалась пустота, а он, не теряя времени развернулся и достаточно ловко, начал наносить удары, по едва успевающему уворачиваться противнику. Гигант, казалось не уставал и вот один из его махов, достиг цели. Блик не успел увернуться и все что смог, это поставить блок, загораживаясь от несущейся к нему лопаты. Черенок сломался, а Блик упал, зажав ушибленную или сломанную руку. У исполина остался обломок древка и он шагнул вперед, занеся его над головой. Было понятно, что сейчас просто воткнет его, в скорчившегося на земле соперника. Я колебался секунду и за мгновение до удара, со всей силы врезался в великана плечом. Он пошатнулся, развернулся ко мне всем телом и я увидел в его глазах удивление. Вероятно никто и никогда с ним так не поступал.

Мгновение на лице читалось недоумение, а потом, оно начало приобретать выражение дикой ярости. Я не ждал и сильно, с под шагом, ударил кулаком в ребро, защищавшее печень противника. Наверное, я не смогу сосчитать, сколько нанес тычков, тренируя попадание в эту область. Учитель запрещал проводить такие атаки в полную силу. Прием оказывался очень болезненным и если не рассчитать, можно легко сломать кость. Я бил точно, вложив почти всю силу, в среднюю костяшку кулака, понимая, что пробить этого монстра в человеческом обличье, будет не просто. Тело махины утробно ахнуло и слегка согнулось от боли. Надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки. Но как только его нога оторвалась от земли для шага, я подцепил ее своей и резко подсек, осмотрительно уйдя в сторону. Растяжка не была коньком громилы и он не найдя опоры, рухнул на землю. Прием я провел не до конца. В идеале я должен был протащить его ногу дальше, а второй наступить сверху и сломать или разорвать связки колена. Не смотря на всю ярость великана, унижать его точно не хотелось. Он упал и смешно опрокинулся в мою сторону, попытался подняться. Я дернул его за плечо, возвращая в лежачее положение и туша завалилась обратно. Еще несколько раз он старался встать, но я ловко уходил от его зацепов руками и опрокидывал вниз. Надо было что-то предпринимать, иначе так могло продолжаться вечно. В очередной раз, после того как мог соперник упал на землю, я наклонился к его уху и что есть силы заорал:

— Как тебя зовут?

Это, было неожиданно и он по инерции заткнул ухо своей огромной ладонью, развернулся ко мне и не пытаясь подняться, мощно громыхнул басом:

— Меня зовут Малек.

Смеялись все, так как не расслышать такой голос, было нельзя. Само имя и интонация произнеслись так неуклюже и смешно, что симпатия толпы, тут же вернулись обратно к нему. Ко всему прочему, зажимая ушибленную руку подошел Блик и протянул здоровую, предлагая встать.

Я снова привлек к себе ненужное внимание и попытался незаметно исчезнуть, но поднявшийся великан, вцепился в мою куртку и ни за что не хотел выпускать. Наверное, не было человека, который не подошел бы к нему и похлопав по плечу, не произнес несколько ободряющих или хвалебных слов. Мне кажется основной причиной, было просто желание прикоснуться к этому исполину. Когда я стоял рядом, то доходил ему немногим выше пояса.

Рука у Блика оказалась не сломана, но сильно распухла и болела. От грозного Малька не осталось и следа, он стоял, понурив голову, сопя носом и все время пытался извиниться за свой гнев.

— Понимаешь, я теряю голову, когда надо мной начинают смеяться. И это, ну как его. Прости меня в общем.

Хохолок оказался действительно веселым парнем и был очень рад, что рука серьезно не повреждена. Чтобы убедиться в этом наверняка, мы втроем пошли к его знакомому врачу. Потом хохолок предложил посидеть в хорошем заведении и получше познакомиться, естественно за его счет. Великан с удовольствием согласился, а я, немного поколебавшись решился и под возгласы и крики не до конца растаявшей толпы, направились в глубь города. Еще некоторое время за нами бежали мальчишки и что-то выкрикивали, но потом даже им это надоело. Когда мы подошли к нужному месту, никто нас уже не сопровождал, хотя на Малька оборачивались все, встречавшиеся на нашем пути.