Сирена

— Санек, что за мрачное выражение лица? — Серега поравнялся со мной и обеспокоено вгляделся в мое лицо. — С Катькой, что ли повздорили?

На то он и есть — лучший друг, чтобы все понимать без слов. Светлокожий, рыжий, в достаточно хорошей физической форме, был другом с самого раннего детства. Еще, наверное, с тех времён, когда оба ходили с головой под стол.

Я вновь грустно усмехнулся, перекатывая слова Кати в голове.

— Если бы… — посмотрел в голубые глаза, — расстались!

Друг замер от новости, что я выдал так с ходу.

 Глава 2

— Да ладно!? — потрясено спросил он. Напряжённый взгляд прошёлся по моему осунувшемуся, наверняка усталому лицу.

Я пожал плечами, всем своим видом пытаясь показать, что я держусь бодряком и последние события в моей жизни всего лишь ерунда, которая скоро забудется, как страшный кошмар.

— Не бери в голову, значит такова судьба, — похлопал он меня по спине.

Я задумался, прислушиваясь к своим ощущениям. Не могу сказать, что пылал огромной любовью к Кате.

Нет.

Скорее она мне нравилась, она была интересным собеседником и в целом положительным человеком. Так уж повелось, что я был всегда серьёзным парнем. Меня никогда не тянуло в дурные компании, где меняют девушек, как перчатки, прогуливают школу или что-то подобное. Моя жизнь — это сплошные тренировки и учеба.

Спорт — это то, с чем я связывал все своё дальнейшее будущее. Но Катя права. Неизвестно, что будет со мной в будущем.

Все же… это серьёзное вмешательство в организм, последствия после которого невозможно было предсказать. — Что-то распогодилось! — Серега прижал ладонь ко лбу и сделал ее по форме козырька.

Его добродушнее веснушчатое лицо вглядывалось вдаль, будто желая что-то разглядеть.

— Серёг, будь другом, отведи Катю вниз. Чувствую, сейчас заштормит, — несмотря на то, что между нами и пробежала чёрная кошка, я не мог не волноваться о безопасности девушки, пусть теперь и бывшей.

В конце концов, она пришла сюда со мной, а значит я в ответе за девушку. Хоть мы и сойдём с яхты порознь — не как пара.

Серега хлопнул меня по плечу и двинулся прочь, в поисках Катерины.

Мысленно застонал, накручивая на руку жёсткий трос. Мокрая верёвка ранила кожу рук, вызывая желание бросить все к чертям и спуститься в каюту. Вот только, я слишком упрям, чтобы сдаться на полпути. Стиснув зубы, я, наконец, закрепил веревку и откинул со лба намокшие пряди волос.

Готово! Да, неужели!

Хорошо, что управился до того, как полностью стемнело. Промокший до нитки, хлюпая мокрыми кедами, быстро двинулся в кубрик. Каюта небольшая, но сейчас, после того, как я провозился с парусом, уставший и злой, готов был признать, что она ничем не хуже, чем самый настоящий люксовый номер.

Быстро спустившись по ступенькам, уже было направился к себе, но что-то заставило меня притормозить у каюты Кати. Негромкий смех и тихое шептание. С кем это она интересно разговаривает?

Слегка подтолкнув дверь, ошеломлено замер.

Мой друг детства — Сергей, обнимая Катю за талию, что-то весело рассказывал зардевшейся моей совсем недавно девушке… бывшей возлюбленной. Катерина явно была не против столь близкого общения с моим другом. Или уже бывшим другом.

Должно быть, я так цепко пожирал их глазами, что они почувствовали это и одновременно повернулись. У Катерины на лице проступило смущение. Она приоткрыта рот, чтобы что- то сказать, но, должно быть, не найдя нужные слова, решила промолчать, сомкнув по-детски пухлые губы. Сергей же, поспешно одернул от нее руки и спрятал их в карманы.

— Дружище, — начал говорить Серега. — Слушай, неловко как то вышло…

Я горько усмехнулся. Сегодняшний день просто полон сюрпризов. Что дальше?

— Ну почему же, — с сарказмом перебил я парня, — бывшая девушка и бывший друг… я бы даже сказал не неловко, а классика жанра.

Я сделал шаг назад. Противно было смотреть на них, да и находиться рядом. До недавнего времени я считал их одними из самых близких мне людей. И уж точно не ожидал предательства! Кто же поверит, что раньше у них ничего не было? Уж точно не я!

— Счастливо! — отсалютовал, прикрывая за собой дверь.

— Саша! — успела крикнуть Катька, но я лишь стиснул зубы, вернувшись обратно на карму.

 Глава 3

И все равно, что шторм. Пусть ветер ударит в лицо. Пусть морские брызги смоют ту грязь, что я только что увидел по отношению к себе. Легкие наполнились морским воздухом, но я старался вдохнуть еще глубже, словно страдал от недостатка кислорода.

Мне хватило всего пять минут, чтобы вновь почувствовать себя живым, как вдруг я услышал странные звуки. Они раздавались за бортом. Прикрывая ладонью лицо от беспощадно бьющего по глазам дождя, я двинулся вперёд, на звуки раздающиеся снизу.

Женский голос! Тонкий, взволнованный…

Я, словно завороженный, двинулся вперёд. Как такое может быть?! Кто-то упал за борт?! Продолжая укрывать глаза от бьющего в лицо ветра и морской воды, шёл на голос, что раздавался оттуда, где творился самый настоящий ад.

По-другому это нельзя было назвать: беснующиеся тёмные, почти чёрные волны, что с силой ударялись о карму корабля, превращаясь в пышную белую пену, что заливала всю палубу. Кое как добравшись до перил, я крикнул в почти кромешную тьму:

— Эй! Кто здесь?!

Стараясь перекричать ветер, чуть ли не сорвал связки:

— Где вы?! Я вас не вижу!

 Глава 4

И затем я сделал один из самых безумных в своей жизни поступков. Я наклонился через леер ***, пытаясь разглядеть хоть что-то или кого-то там внизу, в бурлящей воде. Но в беспокойных волнах невозможно было что-либо увидеть.

 От усилий удержаться на месте, тело дрожало, каждый мускул был напряжен до предела. Стиснув зубы, я упрямо вглядывался в темную даль и не просто так: вновь послышался звук женского голоса.

Наклонившись на вытянутых руках, я старался из-за всех сил сохранить равновесие. Казалось, словно я веду борьбу с самой стихией. Борьбу, где исход один… и не в мою пользу.

— Эй! Ну, где же ты?! — прокричал так громко, как только мог.

«Ну же, — думал я, — ответь, чтобы я понял твоё место нахождения».

Черт! Как же больно! Стертые веревкой ладони вибрировали от боли. Я упрямо сжал зубы, и крепче схватившись за намокший канат, двинулся вперед. Почти чёрное небо резко пронзила молния, будто пытаясь разорвать пространство пополам.