Скала альбатросов

— Держись, дитя мое, ты ведь сильная, жизнестойкая девушка, моя надежда, мой шедевр, и надо примириться с реальностью, так угодно Господу Богу.

Но она резко оттолкнула его руку и бросила прямо в лицо:

— Ваш Бог злодей! Ваш Бог жестокий! Я потеряла все.

И тут в дверях появилась Марта. Она бросилась к Арианне, обняла ее. Девушка уткнулась ей в грудь, продолжая кричать:

— Нет!

Падре Арнальдо, не сказав больше ни слова, медленно вышел из комнаты. Марта принялась успокаивать Арианну, обняла ее, приласкала, тоже обливаясь слезами. Обессилев от слез и пригревшись на ее груди, девушка постепенно притихла.

Марта уложила ее в постель, укрыла одеялом, села рядом, сложив руки на коленях, дожидаясь, пока она уснет. Еще в коридоре она слышала, как Арианна кричит: «Я потеряла всех!» И Марта подумала о себе, она ведь тоже всех потеряла. И почувствовала, как сжалось сердце. Что поделаешь, так устроена жизнь. Арианна со временем это поймет. Через несколько дней она вновь увидит солнце, и, может быть, тогда действительность не покажется ей такой уж страшной.

* * *

Арианна спала недолго. Слишком сильно она переживала и слишком много плакала. Проснулась спустя несколько минут и увидела Марту, сидевшую с шитьем: очевидно, заканчивала ее платье. Вот самый подходящий момент поговорить с ней о Марио. Она не думала сдаваться, не хотела забывать любимого, ей неприятно бежать с острова, точно воровке. Нет, она должна разыскать Марио или хотя бы написать ему, а для этого надо выяснить у Марты, где же они будут жить в Милане.

Арианна закрыла глаза и стала обдумывать, что скажет сейчас Марте. В сущности, все то же, что собиралась высказать священнику, но не сумела. Почему-то каждый раз, увидев его, она забывала заранее заготовленные прекрасные речи и могла только плакать да возмущаться. Нет, она не в силах говорить обо всем даже с Мартой. Как она сможет убедить ее в чем-нибудь, если не в состоянии связать двух слов? Как хорошо было бы вот сейчас умереть! Исчезли бы все заботы! Однако и подобная мысль вскоре улетучилась из ее головы. Ей удавалось думать только о Марио.

Да, она любит его, любит в нем все — его смех, его пение, его странное молчание. Ох, если бы вдруг он вошел сейчас сюда и обнял ее! И не нужны были бы никакие слова! Достаточно одной лишь любви. Он увез бы ее отсюда, из этого мрачного подземелья. О Боже милостивый, сделай так, чтобы это случилось! Сделай так, чтобы Марио вошел бы сейчас сюда! Может, будет лучше, если она помолится. И тут вспомнила, какие слова сказала священнику о Боге. И теперь просит Господа простить ее, простить ее кощунства! Молит не быть таким жестоким! Молит простить ее, помочь ей! Она натянула простыню и с головой накрылась ею. Марта, увидев ее движение, удивилась:

— Что случилось, дорогая, отчего прячешься?

Арианна всхлипнула. Значит, Марта заметила, что она не спит. Какая она милая, всегда спокойно и ласково смотрит на нее своими большими карими глазами. Девушка молча привлекла ее к себе. Марта пересела на кровать.

— Ну что? Что скажешь? — спросила она.

Арианна не отвечала. Она была слишком взволнована. Марта увидела в ее синих глазах блеск, какого никогда прежде не замечала. Даже в полумраке заметно было, как пылают ее щеки.

— Что с тобой? — Марта ощутила, как девушка вся дрожит. — Что с тобой, Арианна?

Тысячи разных мыслей теснились в голове девушки, но ей не удавалось ухватить ни одну из них и тем более облечь в слова. Она смогла только покачать головой.

— Что случилось? — повторила Марта. — Секрет? Может, откроешь?

Внезапно Арианна нашла нужные слова.

— Да, секрет. Я хочу бежать сегодня же ночью и найти Марио.

Некоторое время Марта молчала. Девушка перестала дрожать.

Ее вдруг переполнили радость и даже счастье при мысли, что она нашла верный выход из положения. Отчего она не догадалась об этом раньше, когда все можно было проделать легче? Достаточно уговорить Марту, а лучше Сальваторе вывести ее из подземелья тем же путем, каким попала сюда. Она убежала бы ночью, на лодке и добралась бы до Марио. Она разыскала бы любимого во чтобы то ни стало, даже если бы пришлось босиком обойти весь Неаполь дом за домом. Арианна заглянула Марте в глаза и увидела в них растерянность, недоверие и что-то еще. Что? Ведь и падре Арнальдо точно так смотрел на нее в тот момент, когда она призналась, что влюблена в Марио. Отчего она вспомнила сейчас об этом? Какая глупость! Но почему Марта так странно смотрит на нее и молчит? Отчего так печальна?

Марта ласково улыбнулась.

— Тебе недостаточно того, что ты натворила? Разве не понимаешь, ведь все несчастья произошли только из-за твоего желания помчаться за неосуществимой мечтой! — Марта опять заговорила с девушкой мягко, даже шутливо. — А теперь хочешь втянуть в это дело все человечество? Ты знаешь, я всегда любила тебя, я отдала тебе свое сердце, еще когда у тебя прорезались первые зубки, но…

Нет, нет, нет! Она, Арианна, вовсе не такое имеет в виду. В вихре мыслей, обуревавших ее, одна стала вырисовываться отчетливее других. Марта не понимает ее и потому разговаривает с ней так, будто она капризничает, требуя себе новое платье, и не хочет осознать, что нынче все обстоит иначе.

— О, Марта, прошу тебя… Ты должна помочь мне! Не шути, пожалуйста! Ты ведь любишь меня.

— Ну конечно, дорогая, очень люблю.

— Ты должна помочь мне бежать, должна, должна помочь мне, иначе кто еще сделает это?

Марта быстро прикрыла ей рот ладонью.

— Ты не смеешь говорить подобные слова! Потом возненавидишь и себя, и меня, если я соглашусь на такое. Просто воспылаешь ненавистью ко мне, если помогу тебе в столь безумной затее.

Девушка отвернулась и проговорила:

— Я не смогу ненавидеть тебя, потому что люблю, и знаю, что ты тоже любишь меня. — Она помолчала. Никогда еще не видела она в глазах своей второй мамы столько страдания. — Марта, ты ведь любишь меня, правда?

— Да, — еле слышно ответила Марта, — люблю и всегда буду помогать, но только не в столь безумных поступках.

Если бы она сказала, что ненавидит ее, Арианна перепугалась бы меньше. Ее ужаснули твердость и непреклонность, прозвучавшие в голосе Марты. Девушка схватила ее за руку, вся задрожав, но ничего не ответила. А Марта спросила:

— Ты не могла бы уснуть и забыть все, что сказала мне?

— Нет, — тихо проговорила Арианна, — не могу… Не могу выйти замуж за другого, понимаешь? Не желаю! Я хочу только Марио.

Марта ответила так же твердо и спокойно:

— Марио необходимо жениться на фон Граффенберг.

Новая волна отчаяния бросила Арианну в объятия Марты. Девушка крепко обняла ее. Но почему, почему она говорит такую невероятную чушь? Мысли путались у нее в голове. Ни одну не удавалось выразить ясно. С губ слетали лишь бессвязные слова, не производившие на Марту никакого впечатления. Но и доводы Марты тоже с трудом доходили до ее сознания, хотя это и были добрые, ласковые слова, полные сочувствия, уговоры матери, утешающей обиженного ребенка. Но совсем не их хотела слышать Арианна. Неужели Марта ничего не понимает? Нет, она опять повторила:

— Марио необходимо жениться на фон Граффенберг. Скоро состоится их свадьба, вот увидишь. На Рождество будет объявлено о ней. Мне кажется, я слышала разговоры об их помолвке.

Арианна схватила Марту за руки:

— Что ты такое говоришь? Ведь всего несколько месяцев назад он уверял, что любит только меня и непременно женится на мне.

Девушка крепко ухватила Марту за плечи, но та постаралась высвободиться.

— Дорогая, ну зачем вынуждаешь меня говорить о том, что может ранить тебя? — Арианна промолчала, и Марта продолжила свою мысль: — Как тебе объяснить? Ты такая молодая и глупенькая, просто еще не знаешь, что такое брак.