Скандерия

В этот момент рядом материализовалась Агнесса. Несколько секунд она топталась за спиной отца, потом подошла, сбоку, так, чтобы он её увидел. Магнат ничем не выдал, что заметил появление дочери. Только когда она тихо что-то сказала, не приближаясь даже на сантиметр, он коротко кивнул, не отрывая взгляда от новой знакомой.

Агнесса сделала пару шагов назад, развернулась и буквально выскочила из здания, оставив отца рассматривать школьные интерьеры, которые широкими жестами показывала ему молоденькая учительница. У неё, кажется, дыхание перехватило от подобного внимания. По крайней мере, дышала она так глубоко, что грудь, поднимаясь, рисковала совсем выскочить из выреза.

Вместе с Викой и племянницей Истомин сел в подъехавшее такси и отправился домой. Всю дорогу Вика, не умолкая, расспрашивала его об Агнессе, книги которой обожала.

— Может, сменим тему? — не выдержал Истомин.

— Ладно, давай. Как с личным?

Истомин молча отвернулся и уставился в окно. Приехав домой, даже не стал дожидаться родителей, сразу лёг спать. Но в первый же сон ворвался мамин голос.

— Я забыла детское питание купить. Сходи, а?

— Да ладно тебе, — откуда-то произнёс отец. — Человек устал, только лёг.

— Отстань, — отмахнулась мама. — Ну сходи, а?

Пришлось встать, заставить себя сохранять равновесие, снова одеться. Вика куда-то пропала, дети играли у громко работающего телевизора, где в очередной раз в подробностях обсуждались скандалы в «Скандерии». Истомин, уже надевший куртку, приостановился. С экрана надменно смотрели блондин с пирсингом по лицу и блондинка в короткой юбке и ботфортах.

— … их называли Сидом и Нэнси своего времени, — вещал закадровый голос. — После того, как они вместе, романтично взявшись за руки, свели счёты с жизнью…

— Ты их знаешь? — спросил отец, сидевший в кресле с чашкой чая.

— Нет, ещё до меня было, — пробормотал Истомин.

— … покинули этот жестокий мир. Но некто кощунственно использовал их образы, ставшие для многих идолом вечной любви, в своих, одному ему понятных целях. Во время ежегодного рождественского бала в Гимназии для одарённых детей «Скандерия» вместо фильма о школе, подготовленного лучшим студентами, вандалы запустили голографический ролик, в котором…

Снова ощутив тошноту, Истомин отвернулся от экрана, где навстречу друг другу ползли подростки без ног, и вышел на улицу. Морозный воздух немного успокоил нервы. Хотя от резкого химического запаха, от которого он уже успел отвыкнуть, мигом засвербело в носу.

Истомину повезло — продуктовый ещё не закрылся, и он быстро выбрал полусинтетическое детское питание, оплатил и уже отправился домой в надежде наконец выспаться, когда рядом мелькнул знакомый силуэт.

Агнесса Русакова, засунув руки в карманы, быстро двигалась вдоль проспекта, ноги сами понесли Истомина следом. На перекрёстке, почти пустом в позднее время, Агнесса сверилась с коммуникатором и свернула во дворы. Обогнув автостоянку и котельную, пересекла детскую площадку, прошла вдоль палисадника и оказалась у торца четырёхэтажного дома с покатой крышей.

Вниз уходила крутая лестница, Истомин вслед за Агнессой спустился по ней и вошёл в небольшое тускло освещённое кафе. Пыльный зал и неяркий свет оказались очень кстати, обнаружить себя совсем не хотелось. Агнесса, не снимая пальто, прошла в угол, где у этажерки с искусственными цветами её ждал едва помещающийся за крохотным столиком лысый громила в высоких ботинках и чёрной куртке.

Истомин сел за соседний столик, за спиной Агнессы, плюс его очень удачно прикрывала этажерка.

— Держи, — произнёс низкий мужской голос. Громила положил на стол небольшой свёрток.

— Почему так долго? Я же просила в начале месяца. — Агнесса быстро убрала свёрток во внутренний карман пальто.

— Обстоятельства. Бумажные книги — редкий товар, если талонов нет. Сама понимаешь. — Парень хрустел чипсами, запивая их светлым пивом.

— Талоны, — фыркнула Агнесса. — Позапрошлый век.

— Что с того? — пожал плечами здоровяк. — Накопи и покупай. Не нравится волонтёрить на фермах и в теплицах?

— Ладно-ладно, — примирительно сказала Агнесса. — Просто ты же по предоплате. Я как-то сажала хвои в дендрарии. Мне за месяц всего на две книги талонов дали.

— Сочувствую, — равнодушно произнёс громила.

— А что со вторым вопросом?

Парень только отрицательно мотнул головой. Агнесса, закусив губу и сложив на груди руки, смотрела в сторону. Её нога под столом нервно дёргалась.

— Что, очень нужно?

Агнесса коротко кивнула.

— С чего ты вообще взяла, что ещё можно что-то найти? — после паузы спросил громила почти шёпотом.

— Нутром чую, — тихо произнесла Агнесса. — Не может быть, чтобы ничего не сохранилось. Надо только знать, где искать.

— Есть один вариант. — Парень откинулся на спинку стула, так что тот жалобно скрипнул под его огромным весом. — Только будет дороговато.

— Что за вариант? — быстро спросила Агнесса, глядя на здоровяка.

— Пока я работал по твоей просьбе, — медленно цедил слова громила, — прошёл один слушок, только, — он задумчиво улыбнулся, — даже не знаю, как сказать.

— Говори как есть.

— Это своего рода, — парень постукивал пальцами по столу, блуждая взглядом по потолку, — ну, небылица, что ли. Вроде детской страшилки.

— В них бывает куда больше правды, чем кажется.

— Что-то выбрали? — спросил знакомый голос, манерно растягивая слова.

Подняв взгляд от меню, за которым прятался, Истомин увидел свою бывшую… ученицу.

— Кофе, пожалуйста, — брякнул Истомин первое, что пришло на ум.

— Капучино?

— Да, пожалуй.

Осмотревшись, официантка наклонилась и прошептала:

— Освобожусь через полчаса.

Истомин только коротко кивнул. Ему было безразлично, когда у неё заканчивался рабочий день. Пока он делал заказ, соседний столик опустел. Теперь Истомин не мог решить, остаться и оплатить кофе, который не собирался даже пробовать, или попытаться сбежать.

Попытка к бегству провалилась, даже не начавшись. За столик Истомина уселась ещё одна его бывшая ученица.

— Привет, — заулыбалась девушка, имени которой он не помнил. Вроде бы это выпуск прошлого года, хотя выглядела она лет на тридцать пять. — Ничего, что на «ты»? Как на новом месте?

— Всё хорошо. Спасибо. — Истомин мечтал поскорей убраться из этого кафе.

— Ясно, получше, чем у нас. По крайней мере, интересней, это точно.

Появилась его бывшая… знакомая и поставила на стол чашку искусственного капучино.