Сказки

Да, это была правда. Мальчик ничего не ел два дня, и в животе у него было совсем пусто. Пришлось сделать привал. Перышко вышел на берег, а лосось спрятался в тени кустов, которые нависли над рекой.

Пройдя несколько сот метров, мальчик остановился перед приглянувшимся ему домиком. Дверь открылась, и вышел худенький растрепанный малыш с краюхой черного хлеба в грязной ручонке.

— Здравствуй, — сказал он Перышку.

— Привет, — ответил тот. — Тебе что надо?

— Я голоден.

— Сейчас я попрошу хлеба у своей невестки, — сказал худышка и вернулся в дом. Когда же он снова вышел, Перышко был уже далеко.

Вторая попытка была удачнее. Старая женщина в красивом кружевном чепце встретила его приветливо.

— Прелестный мальчик! Какой ты маленький! Ты голоден? Я дам тебе хлеба с вареньем и стакан молока.

Куда девалась легкость Перышка! Он так наелся, что едва мог поднимать свои отяжелевшие ноги.

— А теперь, голубчик, — продолжала старушка, — тебе надо поспать. Маленькие дети должны после завтрака отдыхать.

Отдыхать? Но ведь лосось ждет его под кустами!

— Это совершенно невозможно, сударыня! — твердо сказал Перышко. — Меня ждут.

— Тебя ждут, мальчуган? Кто же тебя ждет?

— Да… приятель.

— Почему ты не привел его с собой? Пойдем за ним.

Разве можно было привести старушку к лососю! Как объяснить ей все?

— Мой друг, — настаивал Перышко, — ждет меня далеко отсюда. Мне надо идти.

— Не могу же я отпустить ребенка одного! Я должна знать, куда ты идешь, и записать адрес твоих родителей.

И вот нашего героя раздели и уложили в мягкую постель с розовым одеялом. Он уже не мог больше сопротивляться и только что-то невнятно бормотал.

К счастью, старушка не сообразила, что легкий и смелый мальчик может спуститься со второго этажа через балкон по водосточной трубе. Очутившись на свободе, Перышко побежал к реке, где угрюмый лосось встретил его сердито.

— У тебя нет никакого представления о времени, — ворчал он. — Не думаешь ли ты, что мы можем отдыхать и ночью и днем? Сыт ли ты по крайней мере?

Тут мальчик рассказал о своем приключении.

— Все ясно, — сказал лосось. — Отныне ты будешь питаться рыбой.

— Рыбой? И это предлагаете мне вы?

— Это превосходная пища.

— Конечно, — согласился мальчик.

Ни за какие коврижки он не сознался бы, что однажды ел лососину.

— Конечно, — повторил он, — только я боюсь огорчить вас.

— Меня? Огорчить? В реке и в море большие рыбы едят маленьких. Это никого не удивляет. И не мешает дружбе.

Итак, порешили, что Перышко будет есть рыбу.

Но когда мальчик захотел поджарить улов лосося, тот очень рассердился. «Это было бы просто оскорбительно! — сказал он. — Случается, соседи поедают друг друга, но поджаривать! Тебя совсем не воспитывали!»

Кончилось тем, что Перышку пришлось довольствоваться паданцами, которые он подбирал вдоль изгородей, и сырой морковью с огородных грядок.

Перышко никогда не покидал своей деревни, и теперь он живо интересовался всем, что видел. Его приводили в восторг большие города с высокими домами, громадными мостами и соборами, шпили которых терялись в облаках.

Не раз путешественникам угрожала опасность. Люди толпились на мостах у перил, удивляясь мальчику, который скользит по воде. Случалось, что дорогу им преграждали сети и лососю приходилось делать невероятно большие прыжки, чтобы не стать их жертвой. А сколько раз Перышко чуть не падал со спины рыбы, как это произошло у первой плотины!

Они стали спать днем и путешествовать ночью, чтобы избежать ловушек, расставленных на их пути. Наконец без новых приключений они вышли в море. Плыть стало значительно труднее — громадные волны грозили смыть всадника, который едва держался на своем «коне».

О том, чтобы поесть, попить и поспать, не могло быть и речи. Сколько раз Перышко сожалел об охапке соломы, на которой дома он мог спокойно растянуться на ночь. Но лосось был иного мнения об этом и ободрял своего товарища.

— Еще немного терпения, — повторял он, когда вокруг бушевало море, — и ты будешь вознагражден за все свои страдания.

И вот в одно ясное, тихое утро они приплыли к маленькому островку.

— Я оставлю тебя здесь, — сказал лосось. — Ты будешь вполне счастлив. Тебе незачем плыть со мной дальше, ты совсем изведешься от усталости. На обратном пути я навещу тебя.

Мальчик был так утомлен, что не стал возражать. Едва очутившись на берегу, он лег на влажный песок и крепко заснул.

ОСТРОВ ПТИЦ

Перышко часто представлял себе, как после страшного кораблекрушения он один попадает на необитаемый остров. И вот, проснувшись, мальчик решил добросовестно исполнять роль Робинзона. Но ведь кораблекрушения не было и, значит, не было разных обломков, инструментов, бочонков с ромом или пресной водой, ящиков с бисквитами или с прессованной говядиной и тех неожиданных предметов, которые на необитаемом острове могут заменить мебель.

Мальчик мысленно составил список всего, что было совершенно необходимо для спокойной жизни на новом месте. Пока погода была чудесная — ни тени облачка на синем небе, — но надо было предвидеть и бури, и грозы, и проливные дожди.

Затем нужна была питьевая вода. Но на этот счет Перышко был спокоен — лосось не привез бы его в такое место, где можно умереть от жажды.

Наконец, надо было подумать и о пище. На пустынных островах питанием служат главным образом ракушки и фрукты.

Первая прогулка привела мальчика в восторг. Островок был небольшой, около четырех квадратных километров, и Перышко осмотрел его, не очень утомившись и не изранив ноги. Здесь было все, о чем мог мечтать потерпевший кораблекрушение!

Посреди острова возвышалась поросшая зонтообразными соснами небольшая горка с маленькими гротами, устланными, точно ковром, мелким песочком, где можно было прилечь и так чудесно отдохнуть.

Около одного грота из расщелины скалы бил холодный прозрачный ключ. Вода образовала там маленький пруд, на котором пестрели кувшинки всевозможных оттенков.

А из прудика вытекал ручеек и бежал по вырытой им лощинке вниз, к самому морю.

Это место особенно понравилось Перышку, оно сплошь было покрыто плодовыми деревьями. Высоко-высоко виднелись кокосовые орехи, пониже росли финики и ананасы, а еще ниже — апельсины, их легко можно было достать рукой.