Слёзы империй
Шрифт:
– В Дугских горах есть воздушные корабли, многие из них не военные, но могут сгодится. Войска, должны наступать именно на кораблях. – Высказал свою идею Уркер.
– Я тоже об этом думал, но смогут ли маги защитить корабли, прежде чем десант доберется до эльфийских городов?
– Надо рискнуть! – Вскричал Уркер. – Иначе, мы никогда не добреемся до длинноухих.
– Возможно ты и прав. – Согласился Тугондэр. – Надо обдумать, какие города, будем атаковать.
– Я уже отметил их на карте в зале совещаний. – Генерал посмотрел на столб дыма вдали. Подул поры холодного зимнего ветра и оба горовика пошли к входу в трюм.
Красная
В этот день, когда Тугондэр и Уркер с офицерами планировали будущую воздушную атаку. Красная борода молча сидел в кресле. Он был погружен в молчаливую апатию созерцания, своего мрачного зала. Мысли его были о будущем, и о настоящем. Он что-то бормотал себе под нос, уставившись в одну точку.
– И теперь куда их несут черти? – С отчаяньем проговорил он. – Как нечистая сила толкает их вперед. Легионы уже не могут остановится. А ведь чувствую я, погибнут они. Меня чутье никогда не обманывало… Великие леса, были подобно спящему, не надо было их трогать и не проснулись бы. – Затем его речь стала опять невнятна. – И лишь можно было разобрать несколько слов: «И зачем мы все это начали?»
Глава 22
Было утро двадцать восьмого июля. «Белая стрела» с переменной скоростью приближалась к Акосу. Спешить особо было не куда, поэтому никаких мер по повышению скорости никто не принимал. Хотя и без этого попутный ветер нес их неустанно вперед.
По подсчетам Тироля до Одинокого рога, включая этот день, оставалось четыре дня пути, но Янт уже сейчас с нетерпением ожидал момента прилета в родную деревню. В мыслях он уже составил план, что нужно сделать, как только он сойдет с корабля наземь. Юноша боялся застать руины вместо своего дома, хотя и понимал, что Илэн не мог ошибаться. Да и карта, на которой были отмечены наступления горовиков тоже. Воины гор должны были миновать деревню.
Но Янт все равно волновался. С самого утра он уже важно расхаживал по кораблю ничем не занимаясь. Не то что бы он не хотел чем-либо заняться, просто все его занятия были весьма непродолжительны, поскольку он постоянно отвлекался и не мог ни на чем сосредоточиться. Однако, потом убедив себя что еще до Акоса далеко, он все же успокоился и оправился к отцу.
Эдэлин по мере приближения к Акосу, тоже менялся. В нем одновременно была и грусть и радость. Грусть была вызвана тем, что в Акосе не будет ни красивых магазинов, ни такой великолепной одежды, увиденной им в Иноиле. Эта мысль наводила на него плохое нестроение, и тоску по сверкающим витринам магазинов. Радость вызывало то, что когда он прилетит в Акос, то там будет перед кем порисоваться в своей новой одежде.
Что бы окончательно не страдать бездельем, Эдэлин писал свой роман. За этим занятием его и застал Янт, деликатно постучавшись, войдя в его каюту.
– Рад тебя видеть. – Эдэлин быстро отложил тальмовую авторучку в сторону, и подул на высыхающие на листе чернила. Затем он захлопнул толстенную тетрадь в кожаном переплете, вместилище своего
романа.– Надеюсь, я тебе не помешал? – Юноша аккуратно захлопнул дверь.
– Нисколько. – Отмахнулся полуэльф. – Я как раз оканчивал очередную главу. – Он встал и подошел к своим шкафам намереваясь показать своему сыну еще одну отличную вещь. Эти вещи были приобретены им в Иноиле и полуэльф любил похвастаться ими и своим умением покупать. Он открыл шкаф и из за дверцы вылетела белая моль. Насекомое пролетело по комнате и уселась на кристаллической лампе висящей на потолке.
Это поразило Эдэлина. В это мгновенье он потерял всякое душевное спокойствие. От мысли, что его одежду могут съесть насекомые его бросило в дрожь. Особенно усугубило это, то что в Акосе нигде не было такой хорошей одежды. А когда она испортится, никто не полетит ради покупки новой в Иноиль.
В это же мгновенье в голову ему пришла идея.
– Помнится, ты говорил что защитил себе одежу магией. – Обратился Тэн-Андэр к своему сыну.
– Да. – Кивнул тот. – Видишь на мне одежда. Она защищена магией от износа.
– Да. – Полуэльф осмотрел Янта с ног до головы, на нем была та же одежда, в которой он вылетал из Иноиля.
– Я ее ношу уже почти две недели не снимая и не стирая! – С гордостью сказал парень. Он провел рукой по плечу стряхивая невидимую пыль. – Вот что значит магия! – Сказал Янт с некоторой серьезностью, хотя больше шутил.
– Понятно. – Камзол Янта выглядел довольно свежим, и на нем не было ни единого пятнышка, по этому Эдэлин уже решил что сделать. – Ты сможешь проделать такое со всей моей одеждой.
– Ты издеваешься? – Серьезно спросил юноша. – Здесь работы на месяц, а если учесть и то что у тебя лежит под кроватью и мешках и в кладовке, то на два.
– Ну, то что лежит под кроватью можно опустить. – Предложил полуэльф. – Ну а в кладовке то что мне не идет. Можешь забрать себе. Тем более там одни обноски от прежних владельцев корабля.
– Все равно много. Три больших шкафа и сундук. – Покачал головой Янт. Хотя особых занятий у него не было все же он не хотел тратить свои силы на одежду отца, которой у того хватило бы что бы одеть если уж не все население их старой деревни, то на его львиную долю точно.
– Тогда хотя бы пару костюмов? – С надеждой попросил полуэльф.
– Ладно таки быть. – Вздохнул Янт, пожалевши своего отца. – Только один костюм.
– Отлично! – Обрадовался Эдэлин. В мыслях уже подбирая слова, которые окажутся наиболее эффективными для уговора старика. Он быстро достал из шкафа, один из лучших своих белых костюмов, положил в чистый холщевый мешок. Туда же бросил белые перчатки. Этот мешок он передал своему сыну, затем надел ему на голову белую шляпу с широкими полями, в свободную руку он ему дал белые сапоги, сделанные из очень мягкой и тонкой кожи.
– К вечеру сделаю. – Отозвался Янт.
Открыв сыну дверь, Эдэлин посмотрел ему в след.
– Отлично! – Усмехнулся полуэльф. – Один уже готов, осталось найти старика и уговорить его разобраться с тремя шкафами сразу.
Пока Янт честно начал выполнять обещанную отцу работу, Эдэлин нашел Фойдора, что-то писавшего в своем кабинете.
– У меня к тебе большая просьба. – Начал свое обращение к отцу Эдэлин мягким голосом.
– Что такое? – Повернулся к нему старик.